flower empire

 Я провела ночь в спальне любовницы Гробового Барона. Несмотря на маячившую перед глазами опасность в виде моего мужа и ошивающейся поблизости Алиссии, я спала как младенец.

Впервые у меня появился шанс на то, что я смогу вернуть свою жизнь. И я собиралась им воспользоваться.

Настоящую меня никто не видел кроме Марии, служанки, которой велели молчать, и Бан Чан. Остальным было доложено, что Вонён вернулась из Парижа обратно к барону. Раньше она не жила в его особняке, но периодически оставалась на ночь.

Но теперь все домашние знали – я останусь, пока барону не станет лучше. А там видно будет.

Мне было непонятно, когда Чонгук захочет вернуться в столицу. Сколько времени он будет искать меня? Но я решила пока обживаться в Пусане. Средиземноморское побережье нравилось мне.

Да и когда я верну дочь, нам нужно будет где-то жить. Главное, подальше от семейки мужа.

Утром я первым делом защёлкнула на шее цепочку с кулоном, который подзарядился за ночь. И открыла замок на двери спальни. Мне обязательно нужно было запираться, чтобы никто не увидел меня настоящую.

Минни вошла, когда я уже зашнуровывала просто белое платье.

– Ваша Светлость! – воскликнула она. – Я же здесь, чтобы вам помогать! А вы уже и сами оделись...

– Тс-с, – шикнула я на служанку. – Зови меня сеньора Чан. Никаких Светлостей.

– Простите, забылась. Исправлюсь, – с досадой пробормотала девушка, подходя ко мне. – Давайте хотя бы помогу с волосами.

Через полчаса я спустилась на первый этаж. Завтракать мне накрыли на чудесной лоджии, увитой плетущимися розами.

Я села за небольшой стол в плетёное кресло. Утреннее солнце ласково гладило кожу, ветерок развевал пряди, уложенные Минни в затейливую причёску.

Чопорная служанка в белом переднике предложила мне выбор: кофе, чай, тортилью, чуррос с шоколадом или поджаренный хлеб с тёртыми помидорами. Я выбрала последнее, к удивлению прислуги.

Всё потому что именно хлеб, поджаренный на оливковом масле и натёртый чесноком любила готовить мне бабуля-испанка.

Здесь вообще всё неуловимо напоминало домик в бабушкиной деревне, только виды были совсем другие – на баронов сад, где росли розы, разумеется. Да и особняк явно не тянул на старую хибарку. Но атмосфера была та же, полностью пропитанная корейским колоритом.

Я накладывала на поджаренный хлеб тёртые помидоры, когда Бан Чан вышел на лоджию.

– Звали меня... сеньора Чан? – последнее он добавил для служанки, стоящей неподалёку на подхвате.

– Ты принёс то, что я просила?

Он скупо кивнул, а затем бросил прислуге:

– Можешь быть свободна.

Когда мы остались одни, я, наспех расправившись с кусочком хлеба, и сделав пару глотков кофе, пролистала бумажные листки, принесённые мне соратником Гробового Барона.

– Вот! – ткнула я пальцем в один из документов. – Они забрали у барона не всё.

– Старые земли на окраине города. Там раньше росли розы, из которых делали похоронные венки на продажу. Какой нам прок от этой земли? Даже если её продать...

– Мы не будем её продавать! – ответила я, задумчиво теребя кончик белоснежной, кружевной скатерти. – Мы продолжим растить розы.

– Вы, кажется, не совсем поняли, Вонён, – устало ответил Бан Чан. – Нам больше нельзя заниматься похоронным бизнесом. Если мы только туда сунемся... вам лучше не знать, что могут сделать члены мафии. Смерть покажется нам всем избавлением.

– Нет. Больше никаких похорон, – хмыкнула я, откидываясь в кресле. – Мы создадим цветочную империю, Бан Чан. И будем зарабатывать на этом хорошие деньги.

Вид у мужчины был не слишком счастливый.

– Барону это не понравится, – предупредил он уже в который раз.

А то я не поняла, что дядя тот ещё деспот.

– Обрасти долгами и потерять всё имущество куда хуже, – небрежно ответила я. – Неизвестно сколько он проваляется в таком состоянии.

А может и вообще помрёт. Этого я говорить не стала. Всё-таки Бан Чан явно был предан барону и по-своему был к нему привязан. А мне нужно было заботиться о нашем с дочерью будущем.

– А теперь предлагаю проверить как там У Сик, а потом поехать осмотреть земли. У нас впереди много работы.

По-хорошему нужны были теплицы. Но как-то люди тут справлялись и без них. Может какая-то драконья магия? Мне ещё предстояло в этом разобраться.

– Вы научились вести дела, будучи запертой в комнате? – спросил Бан Чан, когда мы поднимались по лестнице к барону.

– Именно, – невозмутимо ответила я.

Кажется, он не слишком в меня верил. И я его понимала.

Но не говорить же Бан Чану, что в своей прошлой жизни я была топ-менеджером крупной IT-компании.

Семьи у нас с Фрэдом так и не получилось. Видимо, поэтому я так ударилась в работу. Раньше я не анализировала свою прошлую жизнь, теперь же всё предстало передо мной как на ладони.

Войдя в комнату барона, я увидела того, кого совсем не ожидала.

Белый кот удобно примостился на баронской груди и мял её лапками.

– Ты? – удивилась я.

– Ми-ау, – издал звук кот, продолжая мять лапками барона.

– Это Господин Пушистик, – пояснил мне Бан Чан. – Любимый кот барона.

– Любимый кот барона? С чего бы вдруг? Откуда он здесь?

Я ждала ответа от пушистого, но он молчал, лишь хитро поглядывал на меня.

– Да. Однажды его забыл в доме приезжий англичанин. Вот барон и оставил животину. Пожалел. Будьте осторожны, он только выглядит безобидным. На самом деле ужасная, злобная зверюга с острыми когтями.

Я замерла в недоумении. Ту же самую историю я слышала от Минни. Только вот дом был совсем другим, в сотне километров от Пусана.

– Ты морочишь всем голову, – обратилась я к коту, прищурившись.

Как он мог одновременно жить в двух домах?

– Мяу! – негромко ответил пушистый, ложась клубочком на баронской груди и прикрывая глаза.

Говорить при Бан Чан он не будет?

Меня всё ещё волновало происхождение кота. Откуда он вообще взялся? Что-то тут нечисто. Но пока что узнать что-либо я не могла.

Я подошла к кровати и бесцеремонно схватила будто бы дремавшего Господина Пушистика.

– Осторожнее, – предупредил Бан Чан. – Он может вцепиться вам в лицо!

Кот весь напрягся, фыркнул, но позволил держать его. А я села рядом с бароном.

– Дядя, надеюсь двух сиделок тебе достаточно, и они ухаживают за тобой, как положено.

Судя по налившимся кровью глазам, Гробовой Барон был мне совсем не рад. Но сказать ничего не мог, так что выбора у него не было, кроме как слушать меня.

– Сегодня мы с Бан Чаном едем загород. Хочу осмотреть земли, которые вам великодушно оставили бывшие подельники. Вот увидите, я не дам нам всем обнищать. Думаю, сад с розами был бы кстати. Можно продавать их в магазины на букеты. Или даже открыть лавки самим... Выздоровеете, а вас уже и не будут называть Гробовым Бароном! А может... Цветочным? Чудесно, правда?

Палец барона, которым он мог шевелить, гневно задрожал.

– Кажется, барон Бан не слишком согласен с тем, что вы говорите, – отметил Бан Чан.

– Глупости! Он просто рад, что мы не умрём в нищете, – улыбнулась я, вставая с котом на руках.

Мы вышли из комнаты, оставив дядю на сиделок. Кота я отпустила на первом этаже, велев слугам накормить.

Когда мы вышли из дома и уже хотели сесть в экипаж, к Бан Чану подбежал паренёк лет восемнадцати в жёлтой рубашке навыпуск и стоптанных старых башмаках. Он протянул моему помощнику бумажку. Взамен Бан Чан бросил пару монет пацану, а сам развернул записку.

– Вдовствующая герцогиня Чон покинула Пусан, – он испытывающе посмотрел на меня.

– Вы следили за ней? – спросила я хрипло.

Уже от одного её имени по коже шёл озноб. Ненависти. Боятся мне её надоело.

– У меня есть люди в городе, которые выполняют всякие мелкие поручения. Я попросил их наблюдать за ведьмой.

– И куда она собралась?

– Это уже не в моей компетенции. Она поехала на восток. Видимо, в столицу?

Мы с Бан Чаном сели в экипаж, уже ожидающий нас.

Я попыталась на время выкинуть из головы Алиссию.

Её сынок был куда ближе ко мне. Причём во всех смыслах. Сомнений не было, что он очень скоро даст о себе знать. Не сегодня, так завтра. Нужно было выработать стратегию поведения. Я должна быть осторожна, но при этом поддерживать в нём интерес к своей персоне.

Но это всё потом. Сейчас время заняться делом.

Я пригладила ткань своего нового наряда.

На мне было голубое платье Вонён, которое она оставила в шкафу. Оно было сшито из легкой, плавно струящейся шёлковой ткани и имело длинные, слегка воланистые рукава и глубокий вырез, украшенный тонкой ручной вышивкой из мелких жемчужин. Юбка платья расширялась к низу и была обильно декорирована всё теми же жемчужинами. Пояс на талии был подчеркнут изящным бантом.

Надо сказать, в шкафу осталось всего три платья. Явно маловато для женщины. Так что следовало бы обновить гардероб, но вчера я изучила денежные дела барона. И они были плачевны. Нам было не до платьев.

– Денег осталось на пару месяцев, учитывая расходы по содержанию дома, – сказала я Бан Чану, когда мы забрались в экипаж и поехали. – Вчера я открыла сейф в баронском кабинете. Там осталось всего около трёх тысяч вон. Может он хранил деньги где-то ещё?

– Боюсь, что я не знаю, – ответил мужчина. – Если и хранил, мне он не докладывал. В любом случае, мы точно на мели.

– И что собирался с этим делать барон?

– Он собирался мстить, – в голосе Бан Чан задрожал гнев. – Всем, кто подставил его и запятнал его честь.

– А «все», это кто? – спросила я на всякий случай. Надо же знать, кого избегать.

– Кто бы знал! В каморре все смотрят друг на друга волком. А характер у барона сложный. Друзей это не прибавляло.

Я задумчиво посмотрела в окно. Надеюсь, эти враги не придут к нам на порог. Все эти дела с местной мафией тревожили меня.

– То есть о возвращении доходов барон не думал? – снова поинтересовалась я.

Бан Чан пожал плечами.

– Он не обсуждал со мной денежные дела.

– Мяу! – раздалось из-под сиденья.

Господин Пушистик выбрался наружу и, мазанув по нам скучающим взглядом, принялся вылизывать лапу.

– Проклятое животное! – воскликнул Бан Чан, отодвигаясь. – Откуда он здесь взялся?

– Коты ходят, где хотят и сами по себе, – припомнила я фразу пушистого.

– Если он потеряется, барон мне голову оторвёт! – процедил Бан Чан. – Нужно отвезти кота обратно и запереть.

Господин Пушистик, услышав эти слова, тут же вскочил, зашипел и сел возле моих ног прямо на подол платья, вперив в мужчину злой взгляд.

– Пусть едет с нами. Он не сбежит, – попыталась успокоить я Алехендро.

Тот недоверчиво покачал головой и всю оставшуюся дорогу не спускал с кота глаз.

Земля, где располагались сады, была на самой окраине Пусана. Здесь кое где были натыканы древние хибарки, в которых жили крестьяне. Вдалеке кто-то пас скот.

Из экипажа выбрались не только мы с Бан Чаном, но и наглый кот. Который, видимо, решил не оставлять меня одну. Где же он был, когда герцог домогался меня и угрожал? Отсиживался в безопасности?

Сады были обнесены старым каменным забором. Калитка, если и была когда-то заперта на ключ, сейчас её вскрыли. И она сиротливо качалась на ветру, издавая тихий скрип.

Я прошла внутрь.

Сад, где когда-то росли розы, представлял собой удивительное сочетание красоты и запустения. Когда-то ухоженные клумбы теперь были обвиты сорняками и дикими растениями. Старые, покосившиеся садовые дорожки, покрытые мхом, вели к заросшим беседкам, где лианы уже давно оплели старые скамейки.

Видимо, когда-то сад был не только для промышленного выращивания цветов, раз здесь были скамьи и статуи, к которым барон, очевидно, питал слабость.

– Почему дядя перестал выращивать здесь цветы? – спросила я у Бан Чан.

– Однажды тут завелись какие-то жуки. Пришлось уничтожить весь урожай. Жуков вывели, но только вот сад настолько маленький, что потребности в нём не возникло. У нас были огромные поля, в сотню раз больше. А этот так... мелочь.

– Хм.

Я осмотрелась. Сад действительно был небольшой. Квадратов сто пятьдесят. Неудивительно, что никто не стал забирать его у барона. Вряд ли на нём можно было заработать приличные по меркам богатых предпринимателей деньги. Но мне для начала сойдёт.

К тому же у меня был план.

Я хотела выращивать не простые розы. Готова была поспорить, что скоро за мои цветы будут драться хозяева местных лавок. Такого они в этом мире точно не видели.

– Мяу! – издал требовательный звук кот, запрыгнув на каменный забор рядом со мной.

Я перевела взгляд на пушистого. Он внимательно смотрел мне за спину.

Я обернулась, но там был лишь Бан Чан, ожидающий, когда я закончу осмотр.

– Не отвлекай меня, – пробормотала я коту.

Так.

Первым делом нужно всё привести в порядок. Вырвать сорняки, убрать мусор. На это сгодится и несколько человек.

Затем...

– Мя-я-я-я-я-у! – звук стал почти истошным. Кот выпучил на меня свои голубые глаза, а затем спрыгнул и вцепился зубами в подол моего шёлкового платья, как пёс.

– Эй, прекрати! – строго сказала я, потянув платье на себя.

– Я же говорил вам! Он бешенный! В него словно бесы вселяются! – Бан Чан поспешил мне на помощь.

Но вдруг вдалеке послышался странный грохот. Этот звук отдалённо напоминал противный шум, с которым ездят очень старые автомобили. И он всё приближался.

– Проклятье! – Бан Чан тут же забыл про кота.

Он быстрым шагом подошёл к каменному забору и выглянул на дорогу.

– Нужно срочно уходить, – бросил он, разворачиваясь ко мне.

– Но почему? Что случилось? – его нервозность передалась и мне.

Кот сел, прижавшись к моей ноге. Я запоздала поняла, что должно быть он что-то услышал. Или снова увидел будущее и хотел предупредить?

– Это люди Теневого Архонта.

– Знать бы ещё кто это.

– Что-то вроде главаря мафии.

У меня сердце свалилось куда-то в желудок. Только этого не хватало. Головорезы и убийцы!

Рёв всё нарастал, едва не оглушая.

Я подошла к заборчику, встала цыпочки и выглянула наружу.

По дороге ехало нечто отдалённо напоминающее автомобиль. Только ему явно не хватало доработки. Уж слишком сильно он шумел, да и выглядел, как творение безумного учёного.

– Вам нужно уходить, Ваша Светлость. Там есть лаз в стене, который так и не заделали. Знаю... предлагать такое женщине вашего положения моветон, но жизнь дороже, – Бан Чан указал на стену, густо увитую плющом.

Лаза я там не увидела.

– А ты? – спросила я, чувствуя всё нарастающую жгучую тревогу.

– Я отвлеку их, а вы бегите. Тут роща неподалёку, она скроет вас от их глаз. Затем выберетесь на дорогу и...

– Подожди! – я снова с осторожностью выглянула за забор.

Надежды о том, что негодяи просто проезжали мимо, лопнули как мыльный пузырь.

Из машины уже вышло четверо мужчин. Двое из них что-то несли в руках.

– Хотят всё сжечь, это горючее вещество, – пояснил мне Бан Чан.

– Я не позволю! Это наш последний шанс сохранить дом и положение в обществе. По миру же пойдём!

– Думаете, они будут вас спрашивать? У них оружие с собой.

– Чёрт! – я прижалась спиной к прохладному камню забора. – Они же убьют тебя! Ты сам говорил – нельзя попадаться каморре. Бежим тогда вместе. Приведём помощь?

– Они уже видели экипаж с гербом барона. И будут нас искать, если сбежим. Меня они не убьют, Ваша Светлость. Я знаю их. Но вот что они сделают с женщиной, вам лучше не знать. Так что уходите, пока я буду их отвлекать.

– М-ЯЯЯЯЯЯ-У! – коту надоели мои препирательства, он встал на задние лапы и вцепился когтями в шёлк платья, надрывая его.

– Ай! – я стряхнула засранца, бросив на него раздражённый взгляд. – Ладно, бежим!

Я метнулась к стене, которую мне указал Бан Чан, пытаясь найти лаз.

Если привести охранников, которые сейчас в особняке дяди, успеем ли мы? Вряд ли.

Попросить помощи у местных?

Или остаться и попытаться договориться с людьми мафии?

Мысли сметали одну другую. Сердце колотилось где-то в горле.

Я увидела лаз, заросший тонкими лианами и принялась очищать его. Пролезть будет сложно – совсем узкий проход.

Господин Пушистик начал помогать мне. Его когти действительно оказались острыми, я бы даже сказала слишком острыми для простого кота. Он вмиг очистил проход.

Я упала на колени и протиснулась наружу, вывалявшись в грязи и надорвав платье.

Кот выскочил за мной.

В саду послышались голоса. Бан Чан говорил что-то спокойно и уверенно. Ему отвечали резко, на повышенных тонах.

Я чувствовала себя беспомощной. Хотелось вернуться и попытаться их остановить.

– Сделай что-нибудь! – приказала ему коту. – В тебе же магии хоть отбавляй!

– Бежим! Не стой столбом! – вякнул он, беспокойно переступая с лапы на лапу. – Я что похож на воина?

– Они же убьют Бан Чан! – мой голос звучал надломлено. Я чувствовала вину, что бросила его.

– Его вряд ли, а вот тебя точно убьют. Или изнасилуют.

– Видишь наше будущее?

– Не надо быть провидцем, чтобы догадаться, – фыркнул Пушистик.

Я подхватила юбки дрожащими руками и побежала вдоль стены. Роща, о которой говорил Бан Чан была слева. Кот бежал следом за мной.

Солнце нещадно пекло голову, спина вспотела и платье начало натирать. Туфли на небольших каблуках явно не были предназначены для таких приключений – камни впивались в ступни, несколько раз я чуть не упала.

Я миновала стену сада. Осталось всего несколько метров, и я была бы в спасительной тени деревьев. Но помедлила.

Всё-таки решила, что буду умолять о помощи местных.

Если придётся защищать своего помощника и крохотный садик одной, я готова с вилами пойти на врагов!

Развернулась, полная решимости и едва не обмерла.

На меня смотрел молодой кореец лет двадцати пяти в чёрном сюртуке и белой рубашке. Он был красив, словно бог. Высокий, накачанный, с правильными чертами лица, смуглой кожей и с лёгкой однодневной щетиной.

Нас разделяло метров десять, не больше.

Я сглотнула, понимая, что видела мужчину издалека. Он выбирался из машины вместе с остальными.

И незнакомец как-то понял, что Бан Чан был не один, раз пошёл искать меня?

– Вонён? – он сделал шаг вперёд, всматриваясь в меня.

Кот рядом со мной угрожающе зашипел, но мужчина не обратил внимания на моего питомца.

– Что ты здесь делаешь? Ты же сказала, что как только сдашь барона с потрохами, сразу свалишь в Париж от греха подальше, – в голосе незнакомца было подозрение.

Вот тебе номер.

Мало того, что он знает Вонён, так ещё и она оказалась тем, кто замешан в падении Гробового барона.

Я надела личину предательницы!

– А ну, стой на месте, – приказным тоном велел он, и не дожидаясь ответа сам пошёл на меня.