Пролог
Маринэ сидела на последней на сегодня паре и откровенно скучала. Ну, потому что, как бы, зачем высшая математика будущему учителю английского и китайского языка? И ладно бы, если на первых курсах в числе общих предметов, но на последнем то зачем она сдалась, ещё и с экзаменом?! Вот и Маринэ не знала ответ на этот вопрос. Однако девушка, хоть и моргала крайне медленно, через раз открывая глаза, всё ещё держала свое сознание за порогом сна, активно отражая атаки Морфея.
«Губы, его губы шевелятся… О чём он вообще говорит? Да и зачем? Неужели не понимает, что нам всё равно?» – думала она, с усилием открывая глаза в очередной раз. Ответить на свои же вопросы она была не в силах, её ненагруженный учёбой мозг никак не желал воспринимать хоть малую часть информацию, что пытался донести преподаватель до студентов.
Услышав тихое сопение, Маринэ повернулась к соседу. Спрятавшись за спинами одногруппников и накрыв голову капюшоном объемной чёрной толстовки, Дима, развалившись больше чем на половину парты, в наглую дрых прямо на паре. А судя по некоторым сладким причмокиваниям с соседнего ряда, был в этом не одинок.
Дмитрий недавно устроился переводчиком в крупную фирму, платили очень прилично даже студенту без опыта, да и работа была в дистанционном формате. Нужно быть дураком, чтобы отказаться работать по профессии за приличную плату ещё до выпуска, правда? Вот и Дима дураком не был. Однако был в этом всё-таки один недостаток: компания находилась на другом конце страны, а потому работать большую часть времени приходилось ночью, что нормальному студенту очень мешало бы учиться на очном отделении. Но, как уже было сказано ранее, Дима дураком не был, а потому решил, что совмещать учёбу с работой вполне возможно. И надо сказать у него это прекрасно получалось, возмещая весь свой недосып на парах, Дима чувствовал себя просто великолепно.
И пусть Маринэ готова была уснуть прямо сейчас и до завтра, она всё равно наслаждалась сегодняшним днём. Ведь скучная и совершенно ненужная пара когда-нибудь закончится, а если быть точнее через три минуты и двадцать восемь секунд, уже двадцать семь, и она пойдёт домой. А дома ждёт весь семейный шабаш.
Что такое семья? Это люди, которым ты нужен всегда, они всегда приходят в трудную минуту, независимо от того, что ты натворил, они всегда будут на твоей стороне. Семья – это место, где тебя любят любым, где можно укрыться от любых проблем и страшных бед. Некоторые люди не ценят того счастья, что есть у них в лице родных, которые любят их несмотря ни на что. Но Маринэ к числу таковых не относилась. Возможно, многие не смогут понять её мыслей и чувств, это совершенно не важно, тратить и без того драгоценное время на спор и препирательство глупо, не так ли?
А тем временем, сегодня семья в своём полном составе встретится для вечерней игры в лото. Ах, как Маринэ любила дни, когда они собирались все вместе, хоть и приходилось потом мыть целую гору посуды, она не жаловалась. Тем более, мамино фирменное мясо мариновалось с прошлого вечера, соблазняя девушку своим восхитительным запахом специй и сухого чеснока. А ещё, тётя с бабушкой обещали с утра налепить пирожков, скорее всего они уже готовы и у неё получится стащить пару штук если забежит в гости. Боже, одни только мысли о домашних деликатесах заставляли рот наполняться слюной, она ещё и не завтракала сегодня, проспала. А время на часах будто и не двигалось совсем, заставляя ненавидеть его ещё больше. Ещё две минуты и тридцать три секунды.
И вот, наконец, прозвенел спасительный звонок. Пихнув в бок не намеревающегося просыпаться соседа, она принялась складывать вещи. Дима всхрапнул особенно громко, но вовремя одумался и всё-таки проснулся. Грамотно и не торопясь девушка собирала рюкзак, ибо не хотела, чтобы здоровенный словарь по английскому и не менее здоровенный учебник по китайскому упирались в поясницу во время ходьбы, она уже не так молода, чтобы сие действо прошло без последствий для итак не совсем здоровой спины.
Слушать домашнее задание смысла не было, добросовестная староста, наверняка, запишет его себе, а позже скинет в общую группу. Краем уха Мари услышала, что на следующей паре будет семинар и сделала мысленную заметку поставить будильник, чтобы не прохлопать время разбора вопросов к семинару, иначе придётся импровизировать прямо на паре. А это более энергозатратно и менее баллополучательно.
В коридоре, прямо напротив аудитории, на подоконнике, напротив друг друга расположились Анна и Михаил. Дружили они ещё со школы, а в этом году собирались праздновать годовщину – десять лет. Волею судьбы они оказались в разных группах одного факультета, ибо ребята с четырнадцати лет с головой погрузились в японскую культуру. Маринэ же, хоть и любила мангу и анимэ, а работы Хаяо Миядзаке буквально боготворила, решила пойти, всё-таки, на кафедру китайского языка. Однако учёба в разных группах, с совершенно разным расписанием, ни коем образом не мешала им всё так же крепко дружить. Расположившись друг напротив друга, ребята повторяли новые слова. Судя по тому, как Аня лихорадочно выводила иероглифы на каком-то клочке бумаги, уже почти исписанном с двух сторон – у Миши был перерыв.
– Грызёте гранит науки? – Мари пыталась найти удобное место на плече для лямки тяжёлого рюкзака, чтобы не было ощущения, что она режет её без анестезии.
– Ну, это вы у нас, барышня, идёте домой кушать пироги бабушкины, а у нас ещё контрольная по японскому.
Миша поцеловал подругу в щёку, не виделись целые выходные, соскучился. Аня, простонав: «Я тупая!», уткнулась в острые коленки, обтянутые тёмно-синими джинсами. Друг только ласково погладил её по голове, немного растрепав идеальную укладку, от чего она возмущённо вскинулась.
– Но ты же правильно всё написала, все слова знаешь на сто баллов.
– Знаю то знаю! Но я не могу красиво писать, он опять мне поэму на половину страницы накатает о том, как ужасен мой почерк!
– Это ладно, – встряла Маринэ, – Я, когда приехала после стажировки, приловчилась писать иероглифы под наклоном, мне мой оценки снижает за это, потому что, цитата: «Китайцы так не пишут», а они пишут!
– Да у всех свои заморочки, девочки, не расстраивайтесь. Прорвемся!
Миша всегда старался мыслить позитивно и, вот уже десять лет, учил тому же Аню. Однако у той данной наукой овладеть в полной мере всё никак не получалось, главной причиной тому служили строгие родители, которые ругали девушку за плохие оценки. Что, в свою очередь, являлось главной и единственной причиной для переезда сразу после поступления в университет. Как же удачно Миша тогда нашёл квартиру, почти в центре. Вот и живут они удачно вместе уже пять лет как. Почти.
В последнее время Мари подозревала этих двоих в тайных отношениях, они никак не хотели сознаваться, но ничего, Маринэ – девушка терпеливая.
Почувствовав вибрацию в заднем кармане джинс, Маринэ вытянула телефон.
– Вот сколько раз говорить тебе, не таскай так телефон, вытащат же.
– Не начинай, Миш, я всегда чувствую, если кто-то хочет пристроить свои руки у меня на заднице.
– Да ну?
– Ну да.
Примерно так и заканчивались все их маленькие перепалки.
– Ладно, пошли проводим тебя. Давно не видел твоего брата.
– Хорошо, только давайте быстрее, а то мне влетит, я на улице ждать должна была. Миша не любит стоять около универа, говорит это тригеррит его плохие воспоминания. Это я тебе, Ань.
– Брось меня солдат и иди один, – изобразив страдание, девушка ломанными движениями протянула руку к друзьями, будто преодоление каждого сантиметра пространства давался ей неимоверно тяжело. Голос по театральному надломился, а дрожащая от напряжения рука рухнула плетью. Вот ведь говорили ей идти в театральное, но нет, упёрлась как баран и попёрлась в языки, где внутренний перфекционист и преподаватели мотали ей нервы из-за подчерка.
– Ну, ты догоняй тогда, – кинула ей Мари и поспешила за другом. Иногда у девушки складывалось впечатление, что друг скучает по её брату больше чем она. Эх, вот если бы у брата невесты прелестной не было, определённо свела бы их. Главное, чтобы парни о её греховных мыслях не узнали, а то влетит ей в двойном размере.
– Сколько лет дружим, а я до сих пор не могу понять логики твоих родителей, почему брат у тебя Миша, а ты Маринэ, что за армянские родственники вмешались в процессе наречения имени?
– Так это не ко мне, это к родителям.
– Надо будет узнать. Кстати, наши решили собраться в субботу посидеть в баре, ты же с нами?
– Конечно, что за глупый вопрос. Ты же знаешь, я за любой кипиш, кроме голодовки.
Группа японистов нравилась Маринэ гораздо больше чем своя, там ребята были очень дружными. В среднем, пару раз в месяц обязательно куда-нибудь выбирались развеяться, то в боулинг, то в бильярд, в тёплое время года часто ходили на шашлыки, или вот, в бар. Китаисты же из-за баллов готовы были друг другу глотки перегрызть и друг с другом почти не общались, как будто это каким-то образом влияло на качество их знаний.
Старший брат Маринэ стоял у машины, опираясь на неё бёдрами. Весь такой серьезный, красивый и сильный, иначе свалился бы от напора, с которым девушка на него налетела, ведь не виделись целых три месяца. Расцеловав брата в обе щёки, она не переставала улыбаться.
– Малыш, ну ты, как всегда, опаздываешь.
– Между прочим, я – будущий учитель, а учителя не опаздывают, они задерживаются, – с важным видом кивнула она и уступила место другу поприветствовать тёзку. А тут как раз и Аня подоспела.
– Ребят, вас подвести?
– Нет, у нас ещё пара, мы тебя увидеть хотели, вот и вышли.
– Вот засранцы, а говорили, что меня проводить хотят! – Маринэ сделала вид, что обиделась, но фокус не сработал.
– Ну, что же поделать, если я такой замечательный. Ай!
– Не паясничай, а то бабушке все расскажу, и она тебя в угол поставит.
– Ладно-ладно.
Забравшись в машину, брат с сестрой поехали, наконец, домой. По дороге позвонила мама и сказала, что без майонеза и горчицы они домой могут не возвращаться. Летя по шоссе синей птицей, они наслаждались дорогой, скоростью и музыкой.
– С кем ты там переписываешься всё время?
– Да так, один знакомый пишет. Нас недавно познакомила моя одногруппница.
– Боже мой! Нашей малышки Маринэ появился парень!
– Эй! Он мне не парень! Мы знаем друг друга всего пару месяцев! – Вспылила девушка, выпрямив спину от возмущения. – Просто с ним интересно общаться, он умеет вести диалог, вот и всё. Дальше смотреть и загадывать ещё рано.
– Господи, систр, такое ощущение, будто ты из восемнадцатого века, или даже старше. Сейчас многие совместный случайный перепихон считают началом великой любви, а они имена друг друга иногда узнают только утром после всего этого самого.
– Ну, а я так не могу! Между прочим, если я правильно помню, Настю ты обхаживал месяца четыре, или даже больше? – с ехидством спросила Маринэ.
– Э, ладно, один – один. Ладно, малыш, подай бутылку воды, пожалуйста, она на заднем сидении, а то пить хочу, не могу уже.
– Конечно.
Отстегнув ремень безопасности, Маринэ изображая змею, попыталась пролезть в достаточно узкое пространство между сидениями автомобиля и дотянуться до воды.
– Ещё чуть-чуть… Ещё маленько… Есть!
– Блять!
Только и услышала Мари, прежде чем неведомая сила вздёрнула её вверх, а далее только оглушающая боль в спине и темнота.