49
*(Аля)
Егор должен был провести еще неделю дома, на больничном. Это было непривычно, но приятно. Он спал, восстанавливался, а я старалась создать для него максимально комфортные условия. Сегодня у нас был день уборки и перестановок. Мы вдвоем отодвигали мебель, пылесосили, протирали пыль. Было весело, мы смеялись, обменивались шутками. Это было так по-домашнему, так естественно, что я почти забыла о всех наших трудностях.
Вечером у меня было запланировано интервью. Егор, хоть и был на больничном, поехал со мной. Он до трясучки боялся оставлять меня одну после той стрельбы. Не всех преступников поймали, и он не хотел рисковать моей безопасностью. Я чувствовала его тревогу, но и его заботу.
Интервью прошло хорошо. Я чувствовала себя увереннее, чем раньше, благодаря поддержке Егора и его вере в меня. После этого мы поехали за Евой в сад. Ева была безумно рада увидеть Егора. Она бросилась к нему с криком: «Папа!» – и крепко обняла его маленькими ручками. Она очень соскучилась по нему, ведь из-за его работы он в последнее время совсем мало ее видел.
Мы поехали домой. Ева всю дорогу сидела у Егора на коленях, обнимала его, что-то щебетала. Дома мы все вместе поужинали. Ева постоянно была с Егором, не отпуская его ни на шаг. Он читал ей сказки, играл с ней, а я с умилением смотрела на эту картину, чувствуя, как мое сердце переполняется любовью.
Когда Ника ушла, и Ева наконец-то уснула в своей кроватке, мы с Егором остались наедине. Я мыла посуду, наслаждаясь тишиной, которая наконец-то воцарилась в квартире. Я чувствовала легкое возбуждение – давно у нас не было такого времени вдвоем.
Как только я закончила с посудой и выключила воду, я почувствовала его руки на своей талии. Теплые, сильные. Егор притянул меня к себе, развернул к себе лицом. Его губы нежно коснулись моей мокрой шеи, потом спустились к ключицам. Я простонала. Давно у нас не было такой близости, такой страсти, которая сжигала меня изнутри. Мое тело откликалось на каждое его прикосновение.
Егор оттянул край моей футболки, оголив плечо, чтобы продолжить свои поцелуи. Он был весь во власти желания, его глаза горели. Мое сердце колотилось в бешеном ритме.
И тут… раздался звонок в дверь. Неожиданный, настойчивый, словно разорвавший ткань момента.
Егор недовольно вздохнул. Он поднял голову, его взгляд, полный страсти, был устремлен прямо в мои глаза. В нем читалось и разочарование от прерванного момента, и немое обещание, что это еще не конец. Но кто бы это ни был, он должен был ответить.