День, когда всё закончилось
Школа была такой же, как всегда.
Те же голоса в коридоре.
Смех.
Шум шагов.
Кто-то спорит, кто-то бежит на урок, кто-то лениво тянется вдоль стен, листая телефон.
Но внутри у меня было странное ощущение.
Как будто что-то не так.
Я стояла у окна и смотрела во двор.
Обычно в это время Даниель уже был там — с ребятами, смеялся, махал мне, когда замечал.
Сегодня — нет.
— Ты чего зависла? — голос Фионы вырывает меня из мыслей.
— Он не писал тебе? — спрашиваю я.
Она качает головой.
— Нет... думала, с тобой.
Я достаю телефон.
Пусто.
Ни сообщений. Ни пропущенных.
— Странно... — тихо говорю я.
— Может, задержался, — пожимает она плечами, но я вижу: ей тоже не по себе.
Мы идём по коридору вместе.
Медленно.
Я постоянно оборачиваюсь — будто он сейчас просто появится из-за угла, как всегда.
Скажет что-нибудь глупое.
Улыбнётся.
Но его нет.
Урок начинается.
Я сижу за нашей партой одна.
Слишком много места.
Слишком тихо.
Я машинально кладу руку под стол — туда, где обычно была ладонь Даниеля.
Пусто.
Сердце сжимается.
Учительница Мисс Харрис что-то объясняет, пишет на доске, но слова проходят мимо.
Я смотрю на дверь.
Каждый звук шагов в коридоре заставляет меня поднимать голову.
Не он.
Не он.
Не он.
— Ты вообще здесь? — тихо спрашивает Фиона сзади.
Я оборачиваюсь.
— Мне это не нравится...
Она не отвечает.
И в этот момент дверь открывается.
Мы обе резко поднимаем головы.
Но это не Даниель.
Это кто-то из учителей.
И сразу — тишина.
Та самая.
Тяжёлая.
Неправильная.
Учитель подходит к Мисс Харрис и что-то тихо говорит ей на ухо.
Я не слышу слов.
Но вижу лицо.
Как оно меняется.
Как исчезает обычное спокойствие.
Как появляется... что-то другое.
Холодное.
Она смотрит в класс.
И вдруг — на нас. На Фиону.
— Выйди, пожалуйста, — тихо говорит Мисс Харрис.
Сердце падает куда-то вниз.
— Что случилось? — спрашивает Фиона, уже вставая.
Ответа нет.
Они выходят.
Дверь закрывается.
Я сижу.
Секунда.
Две.
Три.
И вдруг не выдерживаю.
Встаю.
— Можно выйти?
Учительница кивает.
Я почти бегу в коридор.
Они стоят там.
Фиона — спиной ко мне.
Мисс Харрис держит её за плечи.
— ...это было быстро... — слышу обрывок фразы.
— Нет... — шепчет Фиона. — Нет, вы ошиблись...
Я подхожу ближе.
— Что происходит?
Она поворачивается ко мне.
И я никогда не забуду это лицо.
Пустое.
Сломанное.
— Его... нет... — говорит она.
Я не понимаю.
Просто не понимаю.
— В смысле? — голос звучит чужим.
— Он умер...
Слова падают между нами.
Тяжёлые.
Невозможные.
— Нет, — сразу отвечаю я. — Нет, это какая-то ошибка.
Она качает головой.
Слёзы начинают течь по её лицу.
— Мне сказали... это... несчастный случай...
Мир вокруг будто отключается.
Звуки глохнут.
Люди проходят мимо, но я их не вижу.
— Нет... — повторяю я тише. — Он не мог...
Я хватаюсь за стену.
Дышать становится тяжело.
Как будто воздуха нет.
Вообще.
— Он был... он же был сегодня... — шепчу я.
— Я знаю... — отвечает Фиона, срываясь на плач.
Мы медленно опускаемся на пол прямо в коридоре.
Холодный кафель.
Чужие шаги рядом.
Чьи-то голоса.
Но всё это — далеко.
Я сжимаю её руку.
Сильно.
Как будто если отпустить — всё станет окончательно реальным.
— Это неправда... — шепчет она.
— Да... — отвечаю я. — Неправда...
Но внутри уже что-то ломается.
Тихо.
Без звука.
И мы обе понимаем: это правда.