Стадия первая - влюбленность.
От автора: всем доброй ночи. Я пожаловала к вам с новым драбблом на тему мафии и принуждения. Заранее говорю, что эта история напрямую связана с «Неравные отношени», они обе живут в одной вселенной, я бы даже сказала - прямо по соседству. Давайте подарим Сокджину и его маленькому Наваждению немного своей любви.
🖇️
Влюбиться – лучший способ прикончить свое сердце, потому что оно тебе больше не принадлежит.
Вилле Вало.
***
Она выглядит словно цветок – это Сокджин понял сразу же, как увидел ее впервые. Мужчина ехал с важной встречи, на которой обязан был присутствовать, хотя находился в маленьком отпуске, размером в неделю. Джин ехал по загруженной трассе из пригорода в город и увидел ее, сидящую на обочине, окруженную корзинками с ягодами, фруктами и овощами, и плетенками с цветами. Какими были те цветы он не запомнил, да и разновидность съестного тоже не разглядывал – просто неожиданно для самого себя свернул к обочине и остановился аккурат возле девицы. Та напугалась, упала на мягкое место и больно ударилась локтями, забавно чихала от пыли и терла глаза из-за попавшего в них песка. Джин извинился за столь резкое и близкое торможение и скупил подчистую все, что продавала девчонка. Потом уже, когда ехал домой, понял, что не спросил даже имени. Примерно тогда же он и задумался, куда денет все продукты, а главное – цветы, что купил. Но с этим разобраться было не трудно: еду отправил в самый ближайший интернат, а цветы велел просто раздать женщинам на улице.
Так началась его одержимость. Он думал о девчонке целыми днями на протяжении нескольких недель. Она приходила к нему во снах, щекотала своими черными волосами его лицо, а пальчиками бегала туда-сюда по сильному телу. Это было точно наваждение. Сокджин не мог думать ни о чем другом. Ни о ком другом. Найти хоть что-то было тяжело – на трассе девушка больше не появлялась. Ни через неделю, ни через две, она будто испарилась. Пригодился лишь регистратор с автомобиля, который зафиксировал лицо незнакомки. Мутно, совсем не четко, так что найти ее было все так же тяжело.
Но Сокджин не привык сдаваться. Он корпел, орал на подчиненных, вкладывал все силы на ее поиски, которые были безрезультатны. Пока в один из дней, почти спустя месяц его одержимости, он не наткнулся на нее в кофейне. Девушка сидела за столиком в компании молодых людей приближенно ее возраста. Окруженные вкусным кофе с десертами и ноутбуками, они о чем-то упорно спорили, смеялись, и эта девушка улыбалась ярче всех. Ее завитые волосы аккуртано уложены за уши, на губах полупрозрачный тинт – он же на щеках и веках. Сегодня дождливо и ветренно, поэтому на девушке кардиган, расшитый цветочным узором, и короткая белая футболка в паре с голубыми джинсами. Джин помнит, что этот же кардиган был на ней и в день их первой встречи, делает вывод, что, должно быть, это одна из любимых ее вещей в гардеробе. Ему тоже нравится.
— Мистер, Вы уже готовы сделать заказ?— бариста, девушка лет двадцати пяти или около того, смотрит на него с любопытством. У нее хорошая память, но раньше она этого мужчину здесь не видела, хотя работает почти каждый день. Еще бы, Сокджин не любитель таких мест. Сборище уникумов и гениев - как он любил выражаться.
— Да, порцию эспрессо, пожалуйста.— Сокджин достает свой бумажник и наконец-то смотрит на бариста.— И я бы хотел оплатить счет столика, где сидят молодые люди.— он взглядом кидает на столик, где сидит его наваждение.
Бариста улыбается, понятливо кивает и озвучивает сумму, которую Джин, ни минуты не сомневаясь, оплачивает своей картой. У него сегодня куча дел, но он звонит секретарю и просит все перенести, а сам садится за один из столиков и принимается ждать. Смотреть, как вкусно и с удовольствием его милое Наваждение уплетает десерты, запивая все кофе со взбитыми сливками. Его челюсть сводит только от одного представления, сколько же там сахара, но он все равно упорно сидит и смотрит. Не зная имени, не зная буквально ничего, он так скучал по Наваждению весь этот чертов месяц.
Несколько часов пролетает незаметно, Сокджин успел опустошить несколько порций эспрессо и в подарок ему дали шоколадный круассан, который Джин не съел, а попросил передать черноволосой девушке за тем столиком, счет которого он оплатил. Лицо наваждения тогда вытянулось в удивлении, она была в замешательстве и не знала, что делать. Брать круассан или отказаться? Что делать в такой ситуации? Когда красивый незнакомец делает такой призент. Подруги шептались, загадочно улыбались, подначивали подойти и поблагодарить, но девушка лишь залилась краской от смущения и неловко кивнула Сокджину. Он догадался, что она даже не узнала его. Конечно, они виделись всего раз и тогда он чуть не задавил ее своей машиной. Когда мужчина допивал чашку кофе, компания молодых людей начала собираться. Дождь прекратился, через тучи пыталось пробиться солнце, а они закончили то, над чем трудились с самого утра. Уже на кассе им сказали, что счет оплачен и бариста указала на Сокджина, кто, допив последние капли кофе, уже тоже собирался уходить. Его Наваждение отправляется дальше покарять этот мир, поэтому ему тут больше делать нечего.
— Здравствуйте.— сбоку мужчину неловко отдергивают за ткань пиджака и он поворачивается, смотря в глаза девушки.— Нам сказали, что вы оплатили наш счет. Спасибо, но не нужно было, правда. Мы в состоянии оплатить сами.
Сокджин улыбается, видя стеснение и застенчивость в глазах напротив. Он, не зная о ней буквально ничего, готов положить к ее ногам весь мир, что уж говорить об оплаченном счете в кофейне? Для него это сущий пустяк, капля в море, но видя, как Наваждение пытается спрятать свою улыбку, мужчина готов прямо сейчас выкупить эту кофейню.
— Мне было только в радость.— Джин улыбается и протягивает свою руку вперед. Девушка недоумевает, думает, что мужчина добивается рукопожатия, поэтому тянет свою в ответ и никак не ожидает того, что ее обхватят шершавые грубоватые пальцы, а сухие губы мягко впечатаются в тыльную сторону ладони.
Это все дико смущает, Наваждение тушуется и выдергивает руку, будто ошпарилась кипятком. Она отступает на пару шагов назад и смотрит так растерянно своими большими глазами, обрамленными густыми ресницами.
— Меня зовут Ким Сокджин. Очень надеюсь, что такая Радость представится в ответ и не откажет мне, скажем, в ужине сегодня вечером?
— Лалиса Манобан.— тихо произносит и заправляет прядки волос за уши.— Не думаю, что ужин будет уместен. Мы совсем не знакомы.
— Раньше мужчины выдерживали какое-то время с момента знакомства до свидания?
— Раньше меня приглашали на свидания мальчики, с которыми я уже была хорошо знакома.
Повисает неловкая для девушки пауза, она понимает по улыбке, расплывшейся на лица Сокджина, что сглупила. Что сказала лишнего и теперь выглядит простушкой в его глазах. Даже не догадывается, что одной своей фразой заставила тьму в мужском разуме отступить. Найти молодых людей для него не составит никакой проблемы: пробить ее бывших одноклассников и действующих одногруппников совсем не тяжело, если обладаешь связями, коими обладает Сокджин.
Нет, он не сумасшедший. Просто Наваждение для него и правда сродни наваждению.
— Свидания придуманы специально для того, чтобы узнавать друг друга. В этом нет ничего плохого, и мои намерения не такие страшные.
Лалиса не знает: соглашаться ей или нет? Все же мужчина выглядит как тот, кто гораздо старше нее. Что ему вообще он нее нужно? Но его внешность и голос завораживают. Сокджин точно не похож на того, кто хочет развести девочку на секс или просто опробовать на себе новые ощущения. Поэтому, тысячу и один раз подумав, она все же дает свое согласие. Они обмениваются номерами телефонов, Лиса говорит адрес, откуда ее можно будет забрать вечером. Джин сказал, что обязательно напишет точное время и дресс-код – на этой ноте они и разошлись, каждый по своим делам: Лиса к друзьям, чтобы закончить уже дома групповой проект, сдать его в ближайшее время и, наконец-то, уйти на каникулы.
Свидание проходит хорошо, следующие – еще лучше. Они общаются непрерывно уже почти месяц и девичье сердце трепещет каждый чертов раз, стоит просто увидеть или услышать мужчину. Лиса наконец-то завершила семестр и ушла на долгие два месяца каникул, чтобы набраться сил для нового учебного года. Сокджин пишет и звонит каждый день, девушка начала за собой замечать, что, наверное, ушла в омут с головой. Потому что ждать сообщения или звонка иногда кажется ей настолько странным... Можно ли вообще влюбиться насколько быстро? Настолько сильно, что сердце, при виде мужчины, замедляет свое биение, а дыхание застревает в глотке?
— Детка, ты опять летаешь в облаках.— бабушка, которой Лиса помогает перебирать ягоды для пирогов, загадочно улыбается и отправляет пару ягод в рот.— Ты весь месяц такая, признавайся – влюбилась?
Лалиса заливается краской, щеки и уши горят огнем – точно выдают со всеми потрохами. Она осуждающе смотрит на бабушку и, следуя ее примеру, съедает парочку ягод клубники.
— Не говори чуши, бабуль.— девушка пытается вывести разговор в свою сторону, но выходит, мягко говоря, не очень, потому что загадочная улыбка с лица старшей никуда не уходит.— Ладно. Мы... Знакомы чуть больше месяца, но мое сердце трепещет при виде него так сильно, что я не знаю, что с этим делать.
— Если он чувствует рядом с тобой тоже самое, то, полагаю, поддаться этим чувствам.— бабушка улыбается, поправляя волосы, даже не обращая внимания на свои грязные руки.— Помню, как впервые встретила твоего дедушку. Это было в середине января, шел сильный снег, ветер дул и снес мою шапку.— женщина смеется, а Лиса замирает и внимательно слушает.— Шапка приземлилась прямо ему в руки. Он был истинный джентльмен, отдал мне ее и угостил горячим чаем. Через полгода дедушка сделал мне предложение, а еще через год родилась твоя мама. И я ни разу не пожалела за годы жизни с ним, что ответила тогда взаимностью.
Лиса тепло улыбается бабушке, немного шмыгая носом и вытирая капельки слез, образовавшееся под глазами. Потому что дедушка ушел из жизни три года назад из-за болезни. И взгляд бабушки в моменты, когда она его вспоминает, наполняется грустью, тоской и болью. Она скучает. Прожив с человеком почти полвека, а потом лишиться его так внезапно, помнить все самое хорошее, саму себя рядом с ним – вот, что доставляет настоящую боль.
В тишине, разбавляемой тихой музыкой из радио, они перебирают ягоды быстро, каждая думая о своем. Лалиса долго думает о Сокджине. Она не знает о нем достаточно, чтобы быть уверенной в правильности своих действий, но в тоже время понимает, что если и дальше будет настороженной и недоверчивой, она может упустить свое счастье. Что, если Сокджин действительно тот, кто предназначен ей судьбой? А она из-за своих страхов сейчас разрушит все то хрупкое, что они выстраивали на протяжении месяца.
Когда дело близится к вечеру, на телефон приходит сообщение. Девушка быстро читает его и закусывает нижнюю губу. Пишет Сокджин и Лиса не может сказать, что не ждала сообщения. Еще пару дней назад она упоминала, что сегодня у нее нет никаких планов, она будет занята лишь в обед, чтобы помочь бабушки, а потом полностью свободна. Мужчина приглашает ее на очередное свидание и обещает заехать в семь вечера.
На сборы предостаточно времени, но почему Лисе хочется выглядеть по-особенному красиво сегодня. Она берет полотенце и идет в душ – совсем неважно то, что она была там утром; долго моется, наносит сахарный карамельный скраб, а потом и крем для тела с аналогичным запахом. За различными масками для лица и волос уходит много времени, в шесть вечера Лиса завивает волосы, закалывает некоторые прядки у лица цветными заколками. Она смотрит на себя в зеркало, мажет губы тинтом персикового цвета, его же наносит на веки и щеки, рисует аккуратные стрелки и приступает к одежде. Длинная джинсовая юбка, застегивающаяся спереди на пуговицы хорошо смотрится с розовым свитером – вечером сильно холодает и обещают дождь.
В семь за ней заезжает Сокджин и, взяв сумочку, Лиса быстро обувает белые кроссовки и выходит, напоследок поцеловав бабушку в щеки. Она обещает ей не задерживаться, чтобы та не волновалась, но бабушка знает, что дело это молодое, поэтому успокаивает и говорит не торопиться, а провести хорошо время. У Джина большой Гелендваген, в который девушка с трудом забирается и затихает, потому что мужчина с кем-то разговаривает по телефону. Она аккуратно, стараясь не шуметь и не отвлекать, кладет сумку на заднее сиденье и пристегивается ремнем безопасности.
— Я не понимаю, почему вы ни с чем не можете справиться сами.— жестко выговаривает Сокджин, кладя свою ладонь и девичью коленку, что выглядывала из-за разреза на юбке.— Мне самому приехать? Ты слышишь, что ты говоришь?— его голос становится громче, Лиса неуютно ерзает и начинает пальчиками перебирать по ремню. Джин это видит, поэтому успокаивающе улыбается, взглядом говоря, что все хорошо, что поводов для паники нет.— Я в другой части города и у меня были планы. Поэтому, ты останешься без зарплаты из-за того, что мне придется их отложить. Я приеду через час и разберусь, раз вы ни на что не пригодны.
Мужчина сбрасывает звонок и откидывает телефон на приборную панель. Его настроение подпорчено и даже Наваждение сейчас его не радует, не успокаивает. Он арендовал зал в кинотеатре, чтобы посмотреть недавно вышедший фильм, который Лиса ждала полгода. Она упоминала, что в кино поблизости его почему-то показывать не будут, а далеко ехать ей не хочется, потому что там трущебы и неблагополучный район. И Сокджин захотел порадовать девочку: арендовал зал кинотеатра, расположенном в дорогом торговом центре, специально позаботился о том, чтобы этот фильм там крутили, а сейчас понимает, что, вероятно, придется арендовать целый центр, чтобы попасть на него. Потому что до начала сеанса осталось полчаса, а ему приходится разгребать то, с чем не смогли справится его подручные.
Не так давно он совместно с Намджуном – своим верным другом – обнаружили крысу в своей команде бойцов, которая сливала информацию о поставках оружия. Поставки срывались, товар терялся – деньги утикали рекой. Если бы сорвалось еще несколько таких поставок, Шах и Джин потеряли бы очень серьезных клиентов, но, слава Богу, крыса сама себя нечаянно выдала. Но у кого она работала информатором, у проверенных бойцов так и не получилось выяснить. Крыса молчит, будто воды в рот набрала, и даже зверские пытки не помогли вытянуть из него имя. Бойцы могли бы позвонить самому Намджуну, но, во-первых, тогда бы их наказали сразу же за неумение вытягивать информацию, и во-вторых, мужчины нет в городе. Намджун сейчас в Вегасе на аукционе, где оценивают как раз статуи, в которых оружие и перемещается по стране и поставляется загряничным партнерам. Все же, это самый безопасный вариант: таможни быстро разнюхают ящики сколько денег им не заплати, а к предмету искусства, уже оцененному на аукционе в сумасшедшую сумму, даже на миллиметр подойти не посмеют – чтобы расплатиться в случает порчи им придется снять с себя не только последние трусы с носками, но и распрощаться с органами внутри себя.
— У меня был для тебя сюрприз, но придется отложить его на пару часов.— виновато улыбается Сокджин, на голых инстинктах сильнее сжимая девичью коленку.— Нам придется заехать в одно место, возникли проблемы на работе.
— Мы поедем к тебе на работу?— Лисе это кажется вполне интересным. Она, честно признаться, даже не знает, кем работает ее мужчина. Она очень хочет надеяться, что ее.— А кем ты работаешь?
— Я занимаюсь... Коллекционированием предметов искусства. Покупаю, перепродаю то, что не подходит для коллекции. Работа тяжелая и муторная, тебе будет скучно слушать о ней.— мужчина смеется, а через несколько секунд затихает, когда девушка отстегивает ремень.
Лиса быстро облизывает пересохшие губы и тянется к Сокджину, прикасаясь в легком поцелуе. Это их первый поцелуй за время знакомства, Лиса как узнала, что Джину тридцать четыре года, так сразу застеснялась и смутилась. Сам мужчина все прекрасно понимал, а потому не напирал, давал время привыкнуть к себе, а также смириться с ухаживаниями. Хотя мог последовать примеру друга – кольцо на палец, чтобы точно никуда не делась, но Джин прекрасно помнит состояние Дженнифер – жены Намджуна – поэтому посчитал правильным не торопиться, а действовать аккуратно. Все же, ему бы не хотелось, чтобы его Наваждение причиняла себе вред. И сейчас, когда девочка наконец-то начинает переступать ту невидимую, но очень ощутимую черту, он теряется на долю секунды. Но только на эту малость, потому как в следующий миг он укладывает ладони на тонкую талию, сжимает, немного не рассчитав силы, вероятно, причинив немного боли, и тянет Лалису на себя, едва ли не пересаживая на свои колени. Он углубляет поцелуй, его глаза, в отличии от девичьих, открыты и он хорошо видит, как трепещут накрашенные коричневой тушью реснички, как сама Лиса неуверенно отвечает его напору и сжимает ладошками ткань его рубашки на плечах, собирая ту гармошкой. Сокджин слышит, как девочка тяжело сопит носом и как громко бьется ее сердце в унисон его сердцу. И когда воздуха становится недостаточно им обоим, поцелуй прерывается и Лисе необходимо еще немного времени, чтобы прийти в себя, чтобы перевести дыхание и смущенно посмотреть в глаза напротив.
— Мне интересно все, чем ты занимаешься.— неловко произносит она и вновь пробегается по губам юрким язычком.— Вот я учусь на агронома и мы проходили зерна – там действительно ничего интересного нет, а ты занимаешься искусством. Это уже звучит куда захватывающе, нежели у меня.
Сокджин смеется, вновь прикасается к чужим, но уже принадлежащим ему, губам, но поцелуй не углубляет. Пальцами поправляет выбившиеся из прически прядки и заводит автомобиль.
— Нужно заехать на склад, где хранятся... Статуи, готовые к продаже. Одну то ли разбили, то ли поцарапали. Необходимо оценить ущерб – не думаю, что это займет много времени, а потом мы поедем смотреть фильм, который ты ждала.
Лиса не скрывает улыбки, снова пристегивается и кивает, сообщая, что готова к поездке. Предметы искусства она видела лишь в музеях и ей было интересно посмотреть на них вживую, может, даже прикоснуться пальчиками, если разрешат.
Если бы она только знала, куда едет и какое «искусство» там хранится, она бы забилась в уголок машины, моля Господа о своем спасении.