Глава 32
Дождь бил по окнам, ветер завывал. Я знала, что это сон - слишком часто его видела, - но все равно не могла проснуться. Мой разум был парализован, будто ждал, когда на сцену выйдет финальный элемент - моя мама. Только в этот раз она не показалась в моей комнате, как происходило всегда. Наоборот, я перенеслась на заднее сиденье ее машины, которую заносило в разные стороны от сильного ветра.
Снаружи было черным - черно. Вокруг ничего не видно, только красный дождь, барабанчщий по окнам. Мне не хотелось здесь находиться. Впервые за всю историю снов я заметила, что лицо мамы залито слезами. Она плакала. Навзрыд.
Я не почувствовала, как машина перевернулась, но увидела, как закружился мир - мамины руки взлетели в воздух, стекло рассыпалось вокруг нас, сверкая острыми краями, - а затем все замерло. Дождь исчез, стекло тоже, и все, что я могла видеть между передними сиденьями, - мамину бледную руку, обмякшую и красную от крови.
Я закричала.
Глаза распахнулись навстречу тишине, челюсти крепко сжались. Досчитав до трёх, я вспомнила, где нахожусь. Пойманный в ловушку моих ног, Брейден по - прежнему сидел на диване, но все остальные ушли. Из кухни донёсся смех, и я поняла, что Гейдж с Эмбер были там. Я несколько раз глубоко вдохнула, чтобы выровнять дыхание.
Брейден сжал мою руку, и только тогда я заметила, что он ее держал. Быстро выдернув руку, я села и стёрла пот с лица.
- Поговори со мной, - попросил Брейден. - Тебе приснился кошмар?
- Да.
- О маме?
- Да. - Я потянула колени к груди и вперила взгляд в пространство на диване между нами. - Тут не о чем говорить. Это был просто сон. - Скорее всего, в этот раз мама плакала потому, что сегодня так много плакала я.
Сны - странная штука.
Он несколько раз глубоко вдохнул.
- Помнишь, когда тебе было десять, ты открыла свое окно, сняла сетку и вылезла на крышу?
Я погрузилась в воспоминания, задаваясь вопросом, почему он вдруг поднял эту тему.
- Да.
- Ты вообще испугалась, Чарли? Потому что я помню, что, когда мы тебя нашли спустя несколько часов по району, ты просто сидела там так, будто в этом нет ничего особенного.
- Я не помню, что чувствовала. Может, и была немного напугана.
- Ты помнишь, почему туда вылезла?
- Нет. А что, ты знаешь?
- Да.
Я наконец посмотрела ему в глаза, и сожаление, отражающееся в них, меня напугало.
- Почему? Почему ты так на меня смотришь? Почему ты мне это говоришь?
Он взял мою руку и крепко ее сжал, теперь мне стало по - настоящему страшно.
- Помнишь, твой папа с братьями хотели поговорить с тобой? О твоей маме?
- О маме?
Я задумалась, пытаясь собрать воедино фрагметы шестилетней давности. Я вспомнила, как бежала вверх по лестнице, чтобы добраться до своей комнаты. Вспомнила, как выбралась в окно и залезла на крышу. Но не вспомнила почему. Голова трещала, пока я перебирала мысли. Папа посадил меня на диван и завел разговор о маме. Помню, как голова закружилась, в ушах зазвенело. Мне не хватало воздуха. Вот почему я вылезла в окно.
- Что он хотел мне сказать?
Голос Брейдена стал мягким, его большой палец вырисовывал круги на тыльной стороне моей ладони.
- Твой папа хотел рассказать, что на самом деле случилось с твоей мамой той ночью.
- Когда она попала в аварию?
Он внимательно посмотрел на меня:
- Ты действительно не помнишь, что он сказал? Если нет, Чарли, то я не вправе это рассказывать. Я думал, ты все вспомнила и тебе нужно с кем - то об этом поговорить.
Думал, из - за этого тебе снятся кошмары.
В голове всплыл образ седовласого мужчины в очках. Я сидела в кресле и болтала ногами. Я была маленькой. Он попросил меня нарисовать картинки, и я изобразила дождь и стекло. Красный дождь. Я закрыла глаза, и темному заполнила бледная, безжизненая рука.
- Расскажи мне.
- Ш... Все хорошо. - Брейден прижал меня к груди, и тогда я почувствовала влагу на своих щеках. Я быстро вытерла щеки, смущаясь своей неожиданности. - Ты такая сильная, Чарли. Ты все вспомнишь. И я буду рядом, когда это произойдет.
Часть меня хотела умолять его рассказать мне. Но другая часть, та, которая все ещё смущалась слез в глазах, хотела закрыть эту тему и никогда ее больше не поднимать. Хотела сесть в машину и умчаться подальше от прошлого.
Сердце Брейдена размерено билось под моей щекой. Каждый удар притягивал меня все ближе к нему. Вскоре его рука начала выписывать ленивые круги на моей спине. Вот оно, определение пытки - любить кого - то, кто всего лишь хочет быть твоим другом.
- Я хочу узнать, - в конце концов прошептала я. Мне казалось, рядом с ним я могу справиться с чем угодно.
- Тогда тебе нужно поговорить с папой.
- Он работает в ночную смену. Я увижусь с ним только завтра, когда вернусь с работы. Ты не можешь мне рассказать?
- Не могу. Не имею права.
Из кухни донёсся громкий смех, и я почувствовала, как взгляд Брейдена устремился к двери. Интересно, хотелось ли ему быть там с Эмбер? Переживал ли он из - за того, что Гейдж проводит с ней время? Этих мыслей было достаточно, чтобы отрваться от Брейдена и сесть прямо.
- Я в порядке, - заверила я, вытирая глаза, чтобы не осталось и следа слез. - Думаю, я просто очень устала. Эта неделя была тяжёлой.
- Видимо, ты не захочешь завтра сыграть в футбол?
Твой брат организовал игру. - Брейден пытался понять мне настроение. Он думал, что футбол, как всегда, поможет, но сейчас мне хотелось только одного - позвонить папе и выяснить, что все от меня срывают. - Извини.
Тебе сейчас многое нужно переосмыслить.
Я выдавила улыбку:
- Прекрати меня читать. Это жутко.
- Но ты как открытая книга. Я же говорил, что знаю тебя лучше, чем ты знаешь меня.
Наши взгляды встретились. От его упоминания о разговорах у забора, так нарочито брошенного средь бела дня, мои щеки на многвение зарделись. И что он хотел этим сказать? Что догадался о моем маленьком открытии в лагере? Что мои чувства к нему были ясно написаны у меня на лице?
Смех Эмбер прервал наше уединение. Она заглянула в гостиную:
- Брейден, Гейдж снова это делает. Иди побей его.
И вновь шутка, частью которой я не являлась.
Я резко встала:
- Я все - таки пойду спать.
Брейден схватил меня за запястье:
- Ночью у забора?
Я еле заметно кивнула и пошла наверх.