«30»
Прошёл месяц с того дня, как Какаши уехал. За это время Сумире продолжала выполнять свои обязанности медика, помогала в госпитале, тренировалась и иногда проводила вечера в компании Гаары и его брата с сестрой. Отношения с жителями Суны стали теплее — она уже не казалась чужой. Письма от Какаши приходили часто, и каждое она перечитывала по нескольку раз, сжимая в руках бумагу, словно ощущая его тепло.
Последний день перед отъездом выдался тёплым и немного ветряным. Сумире собрала вещи, убрала за собой комнату и вышла на площадь, где её уже ждали.
— Возвращаешься домой? — спросила Темари, сдерживая эмоции.
— Да, — с улыбкой кивнула Сумире. — Полгода пролетели незаметно. Спасибо тебе за всё — за разговоры, за магазины, за твою поддержку.
Темари обняла её крепко, по-сестрински.
— Удачи тебе. И... гости у нас чаще
Канкуро, как обычно, сделал вид, что не придаёт значения моменту, но всё же подошёл и протянул руку.
— Умело сражаешься и не ноешь. Скучать будем.
Баки подошёл последним, коротко кивнул.
— Вы хорошо справились. Деревня благодарна. Пусть путь будет лёгким.
И, наконец, Гаара. Он подошёл медленно, сдержанно, но глаза выдавали лёгкую грусть.
— Спасибо, Сумире. Ты показала, мне много всего, и помогла деревне, Мне было интересно и приятно с тобой общаться. Возвращайся в гости.
— Обязательно, — ответила она и, обняв его легко, добавила: — Ты стал для меня как младший брат Гаара.
Проводив взглядом троицу, она пошла по пути к дому своей наставницы в Суне — напоследок попрощаться с Чиё.
Чиё встретила её, как обычно — спокойно, но с лёгкой теплотой во взгляде.
— Уходишь, девочка? — спросила она, укрытая в тени.
— Да. Хотела поблагодарить вас. За всё, что вы показали мне. За бой, за знания. За вашу доброту.
Чиё кивнула, задумчиво глядя на неё.
— В тебе есть решимость. Не теряй её. И... если когда-нибудь снова будешь в этих краях — загляни. Может, ещё чему научу.
Сумире поклонилась глубоко и уважительно, затем развернулась и направилась к воротам деревни, где уже ждали шиноби, сопровождающие её в обратный путь.
Суна осталась позади — и впереди вновь была родная Каноха, любимый дом и человек, ради которого стоило пройти эти месяцы разлуки.
Солнце уже клонилось к закату, когда Сумире вместе с группой сопровождения пересекла границу Канохи. С каждым шагом сердце билось всё сильнее — деревня, в которой всё начиналось, казалась родной и знакомой до боли. Дома, улицы, запах воздуха... И особенно — мысль о том, кто ждёт её.
У ворот она на мгновение остановилась, вдохнув полной грудью. Взгляд зацепился за фигуру, стоящую чуть поодаль. Серебристые волосы, закрытая маской нижняя часть лица — Какаши. Он стоял, засунув руки в карманы, но при виде неё расправил плечи, и глаза заиграли мягкостью.
— Добро пожаловать домой, — произнёс он, подойдя ближе.
Сумире не сдержалась — кинулась к нему, обняв крепко, уткнувшись лицом в его плечо.
— Я так скучала, — прошептала она.
— Я считал дни, — тихо ответил он, прижимая её к себе. — Я тоже скучал.
Они долго стояли в объятиях, пока прохожие с улыбкой не начали переглядываться. Только тогда Какаши легко взял у неё сумку и, обняв за плечи, повёл домой.
По дороге они много не говорили — в этом не было нужды. Сумире смотрела по сторонам, замечая, как многое изменилось и одновременно осталось прежним. Её сердце наполнялось теплом: она дома.
Дома их встретила привычная тишина, запахи и уют. Сняв обувь, Сумире обернулась к Какаши.
— Я как будто вернулась в сон. И он стал явью.
Какаши прижал её лоб к своему и шепнул:
— Тогда пусть это будет самым долгим сном, из которого мы не захотим просыпаться.
Прошло совсем немного времени с момента, как Сумире и Какаши уютно устроились дома, как в дверь постучали. Она, ещё не успев распаковать сумки, удивлённо посмотрела на Какаши. Он пожал плечами, будто сам не ожидал гостей.
Сумире открыла дверь — и тут же её крепко обнял Ирука, с широкой улыбкой на лице.
— Наконец-то ты вернулась! — воскликнул он. — Без тебя тут всё как будто затихло. Серьёзно, я уже начал с собой разговаривать.
Сумире рассмеялась, чувствуя, как приятно возвращаться туда, где её действительно ждали.
— Я тоже скучала, Ирука. Ты совсем не изменился.
— А вот ты стала... сильнее, кажется, — с теплотой сказал он, отступив на шаг.
— Это тебе кажется, — хмыкнула она, — но спасибо.
В этот момент сзади послышался ещё один голос:
— Ирука, ты что, сбежал без меня?
На пороге появилась Куренай — элегантная и улыбчивая, она сразу подошла к Сумире и тоже заключила её в объятия.
— Мы ужасно по тебе скучали, — мягко сказала она. — Особенно я. Без наших прогулок было как-то... пустовато. Мне не с кем было обсудить всё!
— Я так рада вас видеть, — сказала Сумире, чувствуя, как внутри разливается тепло.
— Мы тут с Ирукой подумали... — начала Куренай, — а почему бы не устроить небольшое празднование твоего возвращения? Все уже в курсе. Асуму с Гаем предупредили, Цунаде знает что ты сегодня вернулась и думаю что точно зайдёт, а с ней точно Шизуне будет.
— Всё будет в нашем любимом кафе, — добавил Ирука. — Сегодня вечером.
Сумире удивлённо оглянулась на Какаши.
— Ты знал?
Он лишь пожал плечами с притворной невинностью:
— Кто, я? Нет-нет... я вообще-то собирался укрыть тебя подальше от всех и не выпускать из дома хотя бы сутки.
— Не выйдет, — засмеялась Куренай. — Так что вы приходите. Сегодня ты вся наша.
Сумире с улыбкой кивнула, ощущая, как воспоминания о долгих месяцах в Сунагакуре постепенно сменяются радостью от возвращения. Её ждали. Здесь её дом.
И вот позже все собрались в кафе, разговоры лились вместе с шутками и рассказами друзей. Смех не стихал.
Когда все немного успокоились после первой волны восторгов, внимание снова переключилось на Сумире. Куренай, улыбаясь, первой задала вопрос:
— Ну, рассказывай! Как тебе эти полгода в Суне? Ты же почти не писала подробностей в письмах.
— Да-да, — подхватил Ирука, — ты нас держала в неведении! Мы тут переживали, как ты там.
Сумире смущённо усмехнулась, сделала глоток чая и кивнула:
— Всё прошло хорошо, правда. Сначала было сложно, скучала по вам и по Какаши, конечно. Но потом привыкла, влилась в ритм... Работа была интересной. Больница у них хорошо оборудована, а врачи — хорошие.
— И как тебе сам Казекаге, был строг? — спросил Асума с лёгкой ухмылкой.
Сумире чуть рассмеялась и, не задумываясь, сказала:
— Гаара — просто милашка.
— О-о-о! — протянул Асума, поднимая брови. — Милашка, говоришь?
Какаши лишь усмехнулся и посмотрел на Сумире с лукавым интересом.
— Ну вы чего, — смутилась девушка, — в хорошем смысле. Он серьёзный, но старается быть открытым, и вообще... очень старается сблизиться с людьми. Иногда заглядывал в больницу, помогал, даже на тренировки звал.
— Да, мы заметили по твоим письмам, как часто ты его упоминала, — мягко подтрунил Ирука.
— Потому что он хороший человек. И стал мне как младший брат, наверное, — спокойно пояснила Сумире, взглянув на Какаши, который молча, но с тёплой улыбкой кивнул.
— Ты, похоже, там как дипломат поработала, — с уважением добавил Гай.
— Скорее, как медик и человек, который хотел подарить немного тепла, — сказала она, — я ведь туда ехала не только как медик, а как просто... Сумире.
— Ну и как тебе удалось вернуться такой свежей, весёлой и красивой после полугода миссии? — прищурилась Куренай.
— Благодаря письмам от одного копирующего ниндзя, — с улыбкой прошептала Сумире, подмигнув Какаши.
Все засмеялись, а Какаши, слегка покраснев, пробормотал:
— Ну... кто-то же должен был следить за моральным состоянием ценного медика.
— Это была отличная миссия, — подвела итог Сумире. — Я многое поняла, научилась, повзрослела. Но самое главное — я снова дома.
— И мы этому безумно рады, — сказала Куренай и обняла её.
Когда вечер подходил к концу, шум в кафе стал тише — друзья уже насытились и разговорились вполголоса, наслаждаясь уютной атмосферой. Какаши обнял Сумире за плечи, и она с благодарностью прижалась к нему. Её щека касалась его груди, а сердце билось спокойно и счастливо — так, как бывает только дома.
— Устала? — спросил он, наклоняясь к её уху.
— Немного, — прошептала она. — Но это приятная усталость.
Он кивнул, поднимаясь из-за стола.
— Мы, пожалуй, потихоньку пойдём. Спасибо вам всем за вечер.
— Отдыхайте, голубки, — подмигнула Куренай.
— Ещё встретимся — добавил Ирука, и Сумире тепло ему улыбнулась.
Они с Какаши вышли в прохладную ночь, улицы были тихими и залиты светом фонарей. Пока шли по дороге домой, Какаши держал её за руку, крепко, словно боялся отпустить хоть на шаг.
— Я так рад, что ты снова здесь, — сказал он тихо, когда они уже стояли у порога их дома.
— Я тоже, — ответила она, заглядывая ему в глаза. — Это были долгих шесть месяцев.
Когда они зашли внутрь, всё вокруг будто сразу обрело тёплый оттенок. Дом снова был полон — и не просто вещей, а уюта, жизни, присутствия. Сумире сбросила плащ и потянулась.
— Хочешь чай?
— Только если ты его сделаешь, — лениво улыбнулся Какаши, обняв её сзади.
Она засмеялась и повернулась к нему лицом.
— Хорошо. Но потом ты читаешь мне что-нибудь перед сном.
— Даже не спорю.
Позже, сидя вместе на диване под пледом, Сумире, обняв колени, слушала, как Какаши читает вслух. Его голос был спокойным, глубоким, почти убаюкивающим. Когда он замолчал, она закрыла глаза и прижалась к нему. Он поцеловал её в макушку и крепче прижал к себе.
Год спустя.
Солнечный день в Конохе был по-настоящему теплым и живым. Жители деревни шли по делам, торговцы выкрикивали о скидках, а на улице всё чаще слышался смех детей. В этот момент у главных ворот появился знакомый силуэт в оранжевом, а рядом — высокий мужчина с белыми волосами и хищной ухмылкой. Наруто и Джирайя вернулись домой.
— Уф, наконец-то! — радостно выдохнул Наруто, разглядывая знакомые улицы. — Как же я скучал!
— Не так уж много изменилось, — усмехнулся Джирайя. — Но ты заметишь разницу, если приглядеться.
Они прошли сквозь ворота, и Наруто, не теряя ни секунды, почти бегом направился к своей квартире. В голове крутились мысли: как всё выглядит? Есть ли пыль? Где Рамен?
Он распахнул дверь... и застыл.
Пусто.
Комната выглядела не то чтобы заброшенной — просто аккуратно вычищенной. Ни единого следа повседневной жизни. Пыль сдута, постель сложена. Он поднял бровь.
— Эээ... а где все?
Спустя некоторое время он заметил на улице Сакуру и, конечно, подскочил к ней.
— Сакурааа! — радостно крикнул он. — Ты не поверишь, я дома!
— Наруто! — девушка воскликнула в ответ и с улыбкой подбежала обнять его. — Как ты вырос! Ты стал серьёзнее...
— Да-да! Но где тётя? Я думал, она в квартире.
Сакура хихикнула.
— Она давно уже не живёт там. Съехалась с Какаши-сенсеем почти сразу после твоего отъезда.
— ЧЕГО?! — глаза Наруто округлились. — Она... с ним?! Я думал что тётя ещё не скоро съедется с сенсеем.
— Да, — спокойно кивнула Сакура. — Но, знаешь, они прекрасно смотрятся вместе.
— Хм... — пробормотал Наруто, почесывая затылок. — Ну ладно... главное, чтобы она была счастлива.
С этими мыслями он направился в сторону Резиденции Хокаге. Там, у ступеней, он заметил Цунаде, Джирайю... и Сумире. Она стояла с лёгкой улыбкой, как всегда в аккуратной одежде шиноби, и рассказывала что-то Цунаде, оживлённо жестикулируя.
Наруто мгновенно засиял:
— ЭЙ, ТЁТЯ СУМИРЕ!!!
Девушка обернулась, и её глаза загорелись:
— Наруто!
Они подошли друг к другу, и Сумире, несмотря на свой сдержанный характер, обняла его крепко.
— Ты вернулся, — сказала она, чуть отстранившись. — Я так скучала.
— А я-то как! — фыркнул он. — Ты только не говори, что совсем забыла обо мне с этим Какаши сенсеем!
Цунаде рассмеялась, а Джирайя подмигнул Сумире:
— Ну, по глазам видно — счастливая женщина.
— Сумире хорошо устроилась, — поддакнула Хокаге. — Молодец, девочка.
Наруто вздохнул и улыбнулся шире:
— Ладно, ладно, главное, что дома всё в порядке.
Сумире мягко улыбнулась, взяв его за руку:
— Пойдёмте, расскажете, что видели в дороге. А я — что здесь изменилось.
Вечер в Конохе был мягким и тёплым. По улицам уже тянуло запахами ужина, и солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в нежные золотисто-розовые оттенки.
Сумире пригласила Наруто и Джирайю на ужин — в дом, который теперь разделяла с Какаши. Её аккуратность чувствовалась во всём: уютная обстановка, ароматный рис, тушёные овощи, нежные ломтики рыбы, а также любимый Наруто рамен — пусть и не из «Ичираку», но приготовленный с заботой.
Наруто с аппетитом ел, болтая без умолку:
— Вот мы всегда тренировались! Я думал будет легче но всё оказалось сложно !И ты бы видела лягушек! — он захохотал. — Неудивительно, что учитель Джирайя был как дома.
— Смотри, юноша, — усмехнулся Джирайя, прихлёбывая сакэ. — Я по крайней с лягушками хорошо лажу, в отличие от тебя!
Сумире слушала с улыбкой, подливая чай, когда раздался звук открывающейся двери. На пороге появился Какаши, сняв протектор, как обычно. Он застыл в дверях, увидев гостей, а затем с теплом улыбнулся:
— Ну надо же, я всего на пару минут вышел — и уже праздник?
— Какаши-сенсей! — обрадовался Наруто. — А я-то думал, вы задержитесь!
— Вы ведь всё равно без меня ужин начали, — спокойно сказал он, подходя и мягко целуя Сумире в висок. Она чуть смущённо улыбнулась и провела его к столу.
После пары тостов и множества историй Джирая лениво потянулся и вдруг лукаво заметил:
— Слушайте, я, конечно, рад за вас, но вы вместе уже не первый год... И дом у вас уютный, и всё улажено. Я удивлён, что вы ещё не завели детишек.
Сумире покраснела, а Какаши лишь усмехнулся, быстро отхлебнув чаю, вернув так же быстро маску ,не отвечая сразу.
— Эй! — вмешался Наруто, чуть фыркая. — Мне ещё рано быть дядей! Я не готов к племяшкам, вы чего!
— О, — Джирайя расплылся в ухмылке, — готов ты или нет, дети не спрашивают разрешения.
— Не слушай его, — пробормотал Какаши, переглянувшись с Сумире. — Всё приходит в своё время.
Она улыбнулась в ответ, в её глазах мелькнула мягкость. Наруто засмеялся, всё ещё краснея.
— Ну, только не называйте их в честь меня, ладно?
— Уж не переживай, — фыркнула Сумире. — Ты и так вечно будешь рядом.
Вечер продолжался легко и уютно — с шутками, добрыми воспоминаниями и разговором о будущем. Ужин плавно перетёк в чаепитие на веранде, где над деревней зажглись звёзды, а за столом царила настоящая семейная атмосфера.
Утро выдалось бодрым и слегка прохладным — свежий ветерок шумел в кронах деревьев, а над Конохой поднималось солнце, освещая пробуждающуюся деревню. Сумире провожала Какаши до порога, поправляя на нём жилет.
— Ты уверен, что хочешь быть таким серьёзным с ними? — с нежной улыбкой спросила она.
— Кто-то должен напомнить им, что я не просто читаю книги, — с полуприкрытым глазом ответил он, и, нагнувшись, поцеловал её в щёку. — Встретимся ещё.
Тем временем в кабинете Хокаге Цунаде с деловитым видом сидела и смотрела на команду, а рядом стоял Джирайя.
— Испытание в формате боя. Вы должны продемонстрировать, насколько выросли за время тренировок, — сказала Цунаде строго. — Какаши будет вашим противником.
— Серьёзно?! — Наруто засиял. — Ооо, я готов! Мы с Сакурой покажем всё, чему научились!
— Главное — не забудьте, кто перед вами, — спокойно заметил Какаши, вытаскивая из мешочка колокольчики — думаю вы знаете что нужно сделать.
Чуть позже, на одной из тренировочных площадок, собрались наблюдатели — Цунаде, Джирайя и Сумире. Девушка с интересом смотрела, как Какаши стоял напротив Наруто и Сакуры, лениво доставая два знакомых колокольчика.
— Начали, — сказал он, и бой стремительно начался.
Сакура проявила впечатляющую силу, а Наруто — скорость и выносливость, используя даже клонов и обманные приёмы. Но Какаши, активировав Шаринган, легко читал их движения. Он уклонялся, блокировал, контратаковал — казалось, будто он даже не напрягался. Несколько раз он мог бы завершить бой, но, видимо, хотел посмотреть, как далеко они зайдут.
— Да он их не щадит, — пробормотал Джирайя, наблюдая в полглаза. — Всё ещё чертовски хорош.
— Это точно, — усмехнулась Цунаде.
В этот момент Наруто, затаившись на дереве с Сакурой, пошли в лобовую:
— Эй, Какаши-сенсей! Если вы сейчас не сдадитесь, я прямо при всех озвучу сюжет вашей любимой главы из новой книги Джирайи!
У Какаши дрогнул глаз. Он обернулся с совершенно серьёзным выражением лица.
— Ты бы не посмел...
— О, ещё как! Там сцена в бане — помните, да? — ухмыльнулся Наруто.
Какаши отвлёкся закрыв уши, а потом и глаза, буквально на долю секунды — но этого оказалось достаточно. Сакура ловко подкралась сбоку и сорвала один колокольчик, а Наруто — второй.
— Мы победили! — закричал он, подбрасывая колокольчик.
С трибуны раздался смех, и Сумире, едва сдерживая улыбку, подошла ближе:
— Неужели тебя смогли победить таким образом, Какаши? — с притворно строгим видом произнесла она. — Наруто, ты обязан рассказать мне всё! Я должна знать каждую деталь, чтобы дразнить его годами!
Какаши опустил плечи, но уголки губ дрогнули.
— Предатели... все.
Смех звучал долго, разлетаясь над полем. Наруто и Сакура были рады что смогли доказать что они выросли.
После тренировки, в приподнятом настроении и с победным блеском в глазах, Наруто торжественно взмахнул колокольчиком и с широкой ухмылкой повернулся к Какаши:
— Ну всё, сенсей, вы проиграли! Теперь по правилам — вы должны нас угостить раменом!
Какаши приподнял бровь.
— Это с каких это пор такие правила?
— С самых древних времён! — важно заявил Наруто. — А ещё с тех времён, когда вы заставляли нас ничего не есть перед испытанием! Так что по справедливости — в Ичираку за ваш счёт!
Сакура фыркнула со смехом, поправляя волосы.
— А я не против. Я даже знаю, что закажу.
Сумире, стоявшая рядом с Какаши, тихо рассмеялась:
— Думаю, у тебя нет выбора, Какаши. Против троих тебе не выстоять — снова проиграешь.
Какаши театрально вздохнул, убирая руки в карманы.
— Ладно, ладно. Убедили. Один раз проиграл — проиграю и второй раз. Пошли.
Тем временем на скамейке, под деревом неподалёку, Цунаде сидела и куда то смотрела, а Джирайя о чём то говорил . Наруто, махнул им рукой:
— Эй! Идёмте с нами!
Цунаде отмахнулась.
— Не, с вами пойдёшь — потом всю дорогу слушай про "самый вкусный бульон на свете". Я лучше в кабинет вернусь.
— А я останусь с ней, — сказал Джирайя, подмигнув. — У нас... важные дела.
— Например, есть ещё документы, — буркнула Цунаде.
— Или написать вдохновляющую сцену о бане, — задумчиво пробормотал Джирайя, уже доставая блокнот.
И так компания из четырёх человек направилась к любимой закусочной Ичираку. По дороге Наруто болтал без умолку, рассказывая, как чуть не сорвался с дерева, как он вместе Джирайей ходили все эти годы.
Когда они дошли, хозяин лавки — старик Тейучи — радостно встретил их:
— Ого, какая уважаемая компания! Какаши, ты сегодня угощаешь что ли?
— Не напоминай, — чуть поник тот и сел рядом с Сумире.
Четыре миски ароматного рамена, шумные разговоры и добрые взгляды — всё это создавало ощущение настоящего уюта. Наруто с аппетитом хрустел лапшой, а Сакура ворчала, что он снова всё проливает.
Сумире облокотилась на прилавок и тихо сказала Какаши:
— А мне нравится, когда ты проигрываешь. У тебя такое... милое выражение лица.
Какаши чуть наклонился к ней, взъерошив той волосы.
— Тогда, может, проиграть тебе ещё раз — наедине?
Она рассмеялась, и вечер продолжился под звуки смеха, гул голосов и запах любимого рамена.
На их идиллический вечер, наполненный ароматом рамена и тёплыми разговорами, внезапно обрушилась тень. Один из анбу возник прямо у входа в Ичираку, его голос был резким, официальным:
— Вас срочно вызывает Хокаге.
Все сразу насторожились. Какаши мгновенно встал, его весёлое выражение сменилось серьёзным. Сумире отложила палочки и посмотрела на него, чувствуя, как что-то нехорошее витает в воздухе.
— Что-то случилось... — пробормотала Сакура, следуя за остальными.
В кабинете Хокаге Цунаде встретила их жёстким взглядом. На столе были разложены документы и карта. Джирайя стоял у окна, мрачно глядя на улицы Конохи. В помещении ощущалось напряжение, будто воздух сам напрягся, ожидая плохих новостей.
— Гаару похитили, — без предисловий произнесла Цунаде.
Эти слова прозвучали как удар. Наруто застыл на месте, Сакура в шоке прикрыла рот рукой. Сумире почувствовала, как сердце уходит в пятки. Какаши сжал кулаки, мгновенно собравшись.
— Песок запросил помощи. — Цунаде перевела взгляд на Какаши. — Ты возглавишь команду. Это серьёзно. Мы подозреваем, что за похищением стоят Акацуки.
— Я тоже могу пойти? — спросила Сумире, сделав шаг вперёд. Её голос был твёрд.
Цунаде на миг задумалась, затем кивнула:
— Да. Ты провела полгода в Сунагакуре, знаешь их, тебе доверяют. Если Казакаге потребуется лечение, твои навыки понадобятся.
Какаши обернулся к ней, взгляд его был полон тревоги — и признания. Он знал: Сумире не из тех, кто будет стоять в стороне, когда нужно спасать близких.
Через короткое время они уже были в пути. Быстро и бесшумно неслись по деревьям, и каждый из них был погружён в свои мысли. Где-то между сменой темпа и передышкой к ним присоединилась Темари — она как раз возвращалась в Скрытый Песок после экзаменов на чуунина, где представляла свою деревню.
— Гаара... — только и выдохнула она, узнав о случившемся. — Тогда пошли. Я тоже с вами.
Путь был напряжённым, но не молчаливым. Наруто, глядя на земли, проплывающие внизу, наконец нарушил тишину:
— Я должен вам кое-что рассказать... — Он сделал паузу, затем повернулся к Сакуре и Темари. — Гаару похитили из за того что он джинчурики Однохвостого. Я тоже джинчурики. Во мне Девятихвостый Лис. Именно из-за этого Акацуки охотятся и на меня. И на Гаару тоже.
Сакура остановилась. Лёгкое потрясение промелькнуло в её глазах, но она взяла себя в руки, подошла и положила руку ему на плечо.
— Тогда я защищу тебя, Наруто. Мы все — одна команда.
Темари тоже молча кивнула, но затем тихо проговорила, смотря прямо на него:
— Спасибо, ты понимаешь каково ему и спешишь на помощь. Если кто-то может спасти его, то это ты.
По прибытии в Сунагакуре воздух сразу же окутал их сухой жарой и пыльными ветрами, но даже погодные условия не могли скрыть тревожную атмосферу в деревне. Сумире первым делом ощутила это на уровне инстинкта — как медик она чувствовала напряжение, как куноичи — предчувствовала бурю.
Встреча с местными шиноби была короткой. Один из них, обеспокоенный, подвёл их к штабу, где срочно сообщили:
— На Канкуро напали. Он отравлен. Мы не можем его стабилизировать.
Ни минуты не теряя, Сакура тут же бросилась в госпиталь. Сумире последовала за ней, рука уже тянулась к сумке с медицинскими инструментами. Команда Какаши, вместе с Темари, поспешила вслед.
В госпитале царила почти паника. Молодые медики бросались от одной койки к другой, но возле Канкуро царило отчаяние — его пульс был нестабильным, тело судорожно дёргалось, а яд быстро распространялся.
— Отойдите, — твёрдо сказала Сакура, опускаясь на колени у койки. — Я справлюсь.
Сумире встала рядом, и Сакура кивнула ей с благодарностью:
— Подай мне очищающий экстракт и держи чакру в его лёгких — я начну выводить яд.
Слаженные действия девушек вскоре начали приносить результат. Сумире, сосредоточившись, аккуратно контролировала приток чакры, удерживая жизненные функции Канкуро, в то время как Сакура оперативно определяла состав яда и создавала антидот. Спустя некоторое время, Сакура уже смешивала противоядие, создавая несколько порций на будущее.
Их работа прервалась громким голосом:
— Белый Клык Конохи?! Это ты?! — раздался крик у входа. Старушка с остротой в глазах, сжимающая кулак, бросилась к Какаши.
— Он погиб много лет назад, — спокойно ответил Какаши, не сдвинувшись с места.
Чиё остановилась как вкопанная. Её лицо побледнело, а рука задрожала. Секунду спустя она опустила её и отошла, не проронив ни слова.
Сумире вышла проверить кто же кричал.
— Госпожа Чиё... — прошептала Сумире, тихо кивнув ей в знак уважения, прежде чем вернуться к Сакуре, не теряя времени.
Пока девушки продолжали работу, Наруто, поражённый, подошёл к Какаши:
— Кто такой Белый Клык?
— Это был мой отец, Сакумо Хатаке, — ответил Какаши тихо. — Великий шиноби... и человек, которого не поняли.
После лечения Канкуро, в обломках одной из марионеток, Сакура обнаружила клочок ткани, принадлежащий одному из Акацуки. Это позволило Какаши выследить след, ведущий от места нападения.
— Мы знаем, где их искать, — заявил он. — Идём.
— Я тоже пойду, — настаивала Темари.
Но на этот раз Чиё — всё ещё напряжённая, но более собранная — шагнула вперёд:
— Я пойду вместо неё. Это... личное.
Все обменялись взглядами, и Какаши коротко кивнул. Чиё присоединилась к команде.
Тем временем, в Скрытом Листе, Цунаде решила отправить ещё отряд на помощь отряду Какаши.
— Отправьте Команду Гая. Они будут подкреплением. Нам нужно быть готовыми ко всему.