«24»
Вернувшись домой, Сумире первым делом сняла обувь и повесила куртку на крючок. В квартире было тихо, почти гулко — как бывает, когда очень ждёшь, что кто-то вот-вот откроет дверь и войдёт. Она бросила взгляд на стол, где до сих пор лежала записка от Какаши, и мимоходом провела по ней пальцами.
«Два дня ещё», — подумала она с лёгкой грустью и пошла в душ.
После горячей воды, с мокрыми волосами, она надела домашнюю пижаму, заварила ромашковый чай и снова устроилась на диване, но на этот раз не за книгой — включила старую пластинку с любимыми мелодиями и просто смотрела в окно. Деревня жила своей жизнью — дети возвращались с занятий, шиноби проходили по улицам, слышались шаги, смех, обрывки разговоров.
— Скучаю, — прошептала она в никуда, прижимая к себе мягкий плед. — И по тебе, и по этому голосу, что всегда говорит: «Не переживай, всё будет хорошо».
Ночь она провела спокойно, проснувшись только под утро.
Следующий день прошёл почти так же — немного тренировок, короткая прогулка, заход в магазин, где она купила свежие продукты и милую вазу, чтобы поставить на кухне. Потом снова готовка, чтение, и только к вечеру ей пришла в голову идея — написать письмо Наруто.
Она взяла бумагу и, немного подумав, начала:
«Привет, лисёнок. Как ты там, далеко от дома? Всё думаю, как проходит тренировка с Джирайей. Наверное, ты уже стал ещё сильнее. Здесь всё спокойно. Я по тебе скучаю... Но горжусь тобой, как всегда. Обещай, что вернёшься и всё расскажешь, как всегда. Жду тебя.
Твоя тётя С.»
Закончив письмо, она аккуратно его сложила и положила в ящик стола, решив передать его, как только появится возможность.
Под вечер, как обычно приготовила ужин, и после Сумире села на балконе с кружкой чая. На небе зажигались звёзды. Лёгкий ветер трепал пряди её волос. И вдруг...
— Эй, разве кто-то разрешал быть такой красивой в одиночестве? — раздался знакомый голос.
Она резко обернулась — и увидела Какаши. Чуть взъерошенный, в тёмной одежде, уставший, но улыбающийся.
— Ты! — выдохнула она и тут же бросилась ему на шею. — Ты же писал, что придёшь только завтра!
— Я соскучился, — просто ответил он, крепко обнимая её. — Захотел сделать сюрприз.
— Получилось, — прошептала она, уткнувшись в его плечо.
И всё снова стало на свои места.
Сумире чуть отстранилась, заглядывая ему в глаза.
— Ты выглядишь уставшим. Миссия была тяжёлой?
Какаши кивнул, но в его взгляде уже не было той усталой отрешённости — теперь в нём была мягкость.
— Длинная дорога, много разговоров. Но я всё время думал о тебе. Это помогало не сойти с ума.
— Глупый, — она провела пальцами по его щеке, — ты должен больше отдыхать.
Он мягко взял её ладонь и прижал к губам.
— Вот я и пришёл — отдыхать.
Сумире повела его вглубь дома, на кухню, где всё ещё витал аромат свежеприготовленного ужина. Какаши уселся за стол, а она быстро разогрела еду, наблюдая, как он лениво потягивается, зевая.
— Тебе повезло, что я тебя люблю, иначе еда бы досталась соседскому коту, — усмехнулась она.
— Хорошо, что я вернулся вовремя, — фыркнул Какаши, принимая из её рук тарелку. — Ммм... пахнет великолепно.
Они ужинали в тишине, изредка перешёптываясь, как будто боялись разрушить уютный покой, окутавший их. Сумире кормила его с ложки, а он в ответ украдкой касался её пальцев губами, вызывая у неё лёгкий румянец.
Позже, уже лежа на диване, он прижимал её к себе, запуская пальцы в волосы.
— Я не знаю, как я раньше жил без этого, — пробормотал он, почти засыпая.
— Ты ведь был слишком занят, чтобы замечать, — усмехнулась она, поглаживая его спину.
— Сейчас я точно знаю, чего не хочу упустить тебя , — прошептал он, и его голос стал тише.
Сумире улыбнулась, чувствуя, как он медленно погружается в сон, и с нежностью в сердце закрыла глаза, позволив себе тоже раствориться в этом спокойствии.
Прошла неделя, наполненная тёплыми моментами, прогулками под вечерним небом, домашними ужинами и спокойными разговорами под одеялом. Сумире и Какаши наслаждались каждой минутой, что могли провести вместе.
Но вскоре к их двери постучал Анбу с повесткой. Им обоим предстояло отправиться на новую миссию — охранять почётного посла Страны Чая, человека весьма уважаемого, но капризного.
Сумире оделась в лёгкую боевую форму и закинула волосы в высокий хвост, а Какаши, как всегда, появился уже в полной экипировке, с привычной повязкой на глазу и загадочной полуулыбкой под маской.
Они выдвинулись в путь вместе с отрядом охраны и караваном, в котором ехал сам посол — господин Рёган. Мужчина был лет сорока, с ухоженной бородкой, дорогими одеждами и весьма самоуверенной улыбкой.
И с самого начала поездки его взгляд приклеился к Сумире.
— О, прекрасная воительница, вы освещаете путь ярче солнца, — провозгласил он с первого дня.
Сумире только вежливо кивала, стараясь сохранять нейтралитет, но взгляд Какаши с каждой попыткой «комплимента» становился всё более опасным.
— И что же, — спросил Рёган в один из вечеров, сидя у костра рядом с Сумире, — такая утончённая и изысканная женщина до сих пор не замужем?
Сумире усмехнулась, не отводя взгляда:
— Может быть, я просто слишком занята, чтобы заниматься глупостями.
— Позвольте мне доказать, что это не глупости... — начал он, но в этот момент рядом возник Какаши, с чашкой чая, которую он демонстративно протянул Сумире.
— Она занята, — прозвучал его холодный голос. — Очень.
Рёган окинул его взглядом и, хмыкнув, отступил, оставив пару наедине.
Сумире с трудом сдерживала улыбку.
— Ты сейчас приревновал?
— Я? — Какаши фыркнул. — Просто делаю свою работу. Охраняю особо ценные объекты.
— А я, значит, «объект»?
— Самый важный.
Они обменялись взглядами и тихим смехом. Путь только начинался, но с такими моментами он обещал быть интересным.
День выдался жарким, сделав один раз остановку они снова двинулись и Сумире, идя рядом с Какаши, поправила повязку на плече, которую с утра небрежно завязала.
— Как думаешь, сколько нам ещё идти до ближайшей остановки? — спросила она, бросая взгляд вперёд на неспешно катящийся экипаж посла.
— Примерно полдня, если не будет сюрпризов, — ответил Какаши, лениво скользя взглядом по округе. — Хотя с таким послом сюрпризы гарантированы.
— Думаешь, он ещё попытается пригласить меня «послушать музыку у костра»? — усмехнулась Сумире.
— Он это сделает — я отравлю его чай. — Какаши сказал это так невозмутимо, что Сумире не сдержала смех.
— Ты ужасный.
— Ревнивый, — поправил он, чуть наклоняясь к её уху. — Особенно когда кто-то флиртует с моей девушкой.
Сумире слегка задела его локтем:
— Твоя девушка умеет сама за себя постоять.
— Да, но мне всё равно приятно защищать тебя.
Они продолжали идти рядом, пока не услышали звук — лёгкий щелчок, и в следующую секунду в кустах раздался треск. Из зелени вылетели три фигуры — враждебные шиноби, судя по форме и знакам на лбу — наёмники, возможно, преследующие именно посла.
— Осторожно! — крикнула Сумире, мгновенно метнув кунаи в одного из них.
Какаши за долю секунды оказался перед послом, защищая его от возможной атаки, и в то же мгновение активировал Шаринган.
Схватка была быстрой — Сумире справилась с одним, второй попал в гениальные ловушки Какаши, а третий, пытаясь сбежать, был пойман командой охраны.
Когда всё закончилось, посол, отряхивая одежду, с пафосом произнёс:
— Я потрясён! Такое мастерство! Особенно у вас, леди Сумире... как изящно вы двигаетесь!
Какаши даже не обернулся, но напряжённо молчал, а Сумире, чуть улыбаясь, коротко кивнула:
— Спасибо. Но всё благодаря нашему сенсею. — Она многозначительно посмотрела на Какаши.
Тот, наконец, обернулся, и его взгляд был полон тихой гордости.
— Продолжим путь, — сказал он. — Надо добраться до деревни до заката.
Позже, когда они остановились на привал, и посол ушёл в свою палатку, Какаши тихо подошёл к Сумире, когда они остались вдвоём у костра.
— Я думал, мне будет всё равно, — признался он, — но когда он на тебя так смотрел...
— Какаши... — она мягко коснулась его руки. — Ты же знаешь, кто мне нужен. Один человек. С маской и Шаринганом.
Он слегка усмехнулся и склонился к ней ближе.
— Тогда я спокойнее. Но всё равно... думаю, сегодня ты спишь в моей палатке. На всякий случай.
— На случай флирта во сне?
— На случай, если мне захочется поцеловать тебя под звёздами.
И он это сделал — тихо, искренне, так, что даже ночной воздух будто стал мягче.
А звёзды, кажется, смотрели на них с лёгкой завистью.
Какаши пришлось дежурить в ночь, но он был не против.
На следующий день миссия подошла к концу. Посла благополучно доставили в нужный пункт, и, к облегчению Какаши, он попрощался с Сумире с парой напыщенных фраз и поцелуем в воздух — под её сдержанную вежливую улыбку и очень недовольный взгляд Копирующего Ниндзя Конохи.
Когда они наконец покинули пост, и деревня скрылась за горизонтом, Сумире, шагавшая рядом с Какаши, глубоко выдохнула.
— Я думала, он не отпустит меня никогда.
— Если бы не статус миссии, я бы его в реку кинул, — буркнул Какаши, закатив глаза. — И сказал бы, что поскользнулся.
Сумире засмеялась и легко ткнула его плечом:
— Ревнуешь.
— Очень, — честно ответил он, подхватывая её за руку. — Особенно когда ты такая красивая, смелая и находишься в нескольких метрах от безвкусного флирта.
— Мне нравишься только ты, — мягко ответила она.
Какаши на мгновение замолчал, сжав её ладонь в своей.
— Знаю. Но всё равно приятно слышать.
Дорога домой заняла два дня. Они шли не спеша, позволив себе немного расслабиться: устроили привал у реки, купались, как дети, гоняясь друг за другом по берегу, сушили одежду на ветру, ели что под руку попадётся, и смеялись просто так, без причины.
К ночи они добрались до границ Конохи.
— Почти дома, — сказала Сумире, бросив взгляд на знакомые деревья впереди.
— Хочешь сразу домой или ко мне? — спросил Какаши, не отпуская её руку.
— А ты куда? — спросила она в ответ.
— А я... туда, где ты.
Она улыбнулась, не говоря больше ни слова, просто сжала его пальцы в своих.
Когда они пересекли ворота деревни, солнце уже клонилось к закату. Лёгкий ветер приносил знакомые запахи улиц, и всё казалось таким привычным и тёплым — особенно рядом друг с другом.
Какаши чуть повернулся к ней:
— Хорошая была миссия.
— Потому что мы были вместе и было весело? — с легкой усмешкой спросила Сумире.
— Именно, — кивнул он. — Даже если какой-то болван пытался тебя клеить.
Они засмеялись.
И вернулись домой. Вместе.