23
Замерев на месте, я снова столкнулась с ее огромными беспросветно черными зрачками. Не знаю, почему они повергли меня в такой ужас и вызвали чувство опасности? Раньше никого никогда так не боялась, как местных, с которыми тут сталкиваюсь не по своей воле...
В мыслях уже заиграл похоронный марш, ведь пойманный взгляд был совсем не из разряда доброжелательных. Но, на мое удивление, девушка в откровенной майке лишь ограничилась презрительным прищуриванием и, закатив глаза, пошла дальше по своим делам.
- Пронесло, - выдохнув, шепнула себе под нос.
Шурик давно скрылся в толпе. Пытаясь отыскать его белые волосы, я думала о том, почему уродилась такой неуклюжей. Не сосчитать, сколько раз из-за кривых ног или непослушных рук попадала в нелепые ситуации... Если бы в каждом случае, когда со мной такое приключалось, мне платили хоть доллар, могла бы остаться в России, сама себя обеспечивая. Но нет. В качестве награды за заслуги в сфере неловкости выдают только презрение высокомерных девчонок, подколы друзей да мамины нравоучения. И в результате я оказалась тут.
Теперь еще Шуру потеряла... Просто прекрасно! Пока я витала в мыслях, вокруг стали скапливаться зеваки. Сначала просто мялись рядом, глазея, но потом начали подходить, задавать вопросы на испанском. На все отвечала своим коронным "No hablo español"* и отмахивалась, пробираясь к окошку буфета. Мне было конкретно все равно, что они пытались сказать. Хотелось скорее уединиться где-нибудь и наконец накормить голодный желудок.
*Не говорю по-испански.
Подойдя ближе, буквально распихав локтями народ, я заметила Шуру. Встала рядом. Огляделась по сторонам.
- Вот ты где! - вскликнул он, заметив мое появление. - А я уже заволновался. Думал, искать пойти... Что, снова заблудилась в четырех соснах? - усмехнулся довольнешенький.
- Ой, не спрашивай... Скажи лучше, чем тут можно наесться?
- Похоже, ничем.
Шура пожал плечами, мотнув головой в сторону подносов, расставленных в окошке выдачи буфета.
На одном горой было навалено что-то в маленьких блестящих обертках, а другие полнились прозрачными стеклянными кружками, содержимое которых по цвету напоминало чай.
- И все? - простонала жалобно.
- И все.
- За это еще деньги платить?
- Бесплатно.
- Я думала, тут что-то вроде ларечка будет...
- Он тут есть, но не сегодня... Сегодня продавщицы бастуют. Только что спрашивал...
- Мда-а-а, - протянула недовольно. - И что делать?
- Не знаю. Ребята говорят, все обычно еду сами приносят, в контейнерах.
- Слу-у-ушай! - Глаза расширились от озарения. - Перемена ж длинная. Давай сбегаем до магазина? Я по пути сюда видела небольшой.
- Сбегаем? - нервно переспросил Шура, вытирая капельки пота, скопившиеся на висках.
- Ну сходим. Не голодать же теперь.
- В этом есть доля здравого смысла...
За руку я потащила его к воротам школы, не без труда преодолевая препятствия на пути. Когда подошли к будке охранницы, Шуру окликнул какой-то парень.
- Нам некогда! - ответила ему уже по-русски и постучала в окошко.
Толстая дама с томным взглядом, что встречала нас утром, вывалилась из двери.
- Скажи ей, что мы до магазина. Туда и обратно.
Шура начал объясняться, но женщина с ходу стала размахивать руками, настойчиво повторяя: "No, no!"
Понимая, к чему идет дело, я заприметила, что ворота, которые преграждала охранница, все это время стояли открытыми. "Почему бы просто не выйти в них как ни в чем не бывало?" - подначивал внутренний голос маленького дьяволенка на плече.
Попытка сразу же была предпринята. Я двинулась вправо. И она вправо. Я - влево. Она за мной.
- Señora, adónde vas? Te lo digo: no puedes!* - прокричала мне в лицо толстушка.
*Дамочка, Вы куда собрались? Говорю же - нельзя!
- Говорит, нельзя, - перевел Шура.
- Как это нельзя?! Мы что, звери, чтоб нас в клетке держать?!
Я уже чуть было не полезла на бедную охранницу с кулаками. Чувство голода взяло верх над рассудком, но Шура вовремя рукой придержал меня за плечо и повел обратно внутрь школы.
- П-п-порке?!* - смогла лишь выдавить я жалобно напоследок, вложив в этот крик все непонимание и несогласие, тикающие внутри как часовая бомба.
*Переводится как "почему" или "за что". Зависит от написания, но тут подойдут оба значения.
Дама руки-в-боки ответила что-то невнятное и полезла обратно в свою конуру.
- Спокойствие... Только спокойствие, - причитал Шурик, продолжая придерживать мое предплечье, видимо, чтоб не убежала. - Вдох-выдох... Вдох...
- Это просто немыслимо! Насилие над детьми! - не унималась. - Я требую адвоката!
- Такими темпами он тебе точно понадобится...
Мы вернулись к буфету, взяли по блестящей упаковке и по кружке чая. Стекло оказалось горячим, пришлось держать за ручку. Маневрируя между учениками, пробрались к лужайке, на которую выходили окна чьего-то класса. Встали возле них, облокотившись на стену.
- И каким это чудом ты не пролила? - подстебнул Шура, поставив свою кружку рядом с моей на бетонный выступ оконного проема.
- Да-а... Не хватало еще кипятком обдаться. Остывать, наверно, до конца перемены будет... Просто сказка, а не день!
- Не нагнетай... - Он открыл упаковку, в которой оказалась большая овсяная печенька. Засунул ее в рот целиком, после чего едва разборчиво промычал: - Вкусно.
- Как не нагнетать, если все раздражает? Кто вообще подает чай в такую жару? У них тут совсем с датчиками температуры проблема?
- Неприятности притягиваются к тем, кто их ищет, - чавкая, ответил доморощенный философ.
- Кстати, о неприятностях...
Шура стоял спиной к школьному дворику. А через его плечо с моего ракурса было видно, как та, с которой он не сводил глаз сегодня утром, шагает из противоположного конца площадки в нашем направлении. На мой кивок в ту сторону Шура обернулся.
- О боже, это она... - сглотнув остатки печенья, выпалил он.
- О боже, - повторила я только с другой интонацией, саркастичной.
- Она идет сюда... Что делать? Что сказать?
- Успокойся, Александра, - сама посмеялась со своей же шутки. - Сто процентов не к нам.
Я была в этом более чем уверена. Зачем мы ей сдались? Новички иностранцы... А если бы хотела мне что-то высказать за тот толчок, уже давно бы это сделала. Логичных причин, по которым она могла бы до нас докопаться в голове не нашлось. Но что-то пошло не по плану.
- Hola, te gustaría unirte a nosotros?* - сказала местная звезда, остановившись в шаге от лица Шуры.
*Привет, не хотите к нам присоединиться?
Губы ее улыбались, но глаза выдавали стервозный характер.
Мой испаноговорящий блондин замер с открытым ртом.
- Ау-у, - помахала рукой. - Че застыл? Что она сказала?
- Приглашает присоединиться... - промямлил он краешком губ, не отводя взгляд от обтянутой майкой груди напротив.
- Я пас!
Шура проморгался и повернулся ко мне с видом, полным непонимания.
- Если хочешь - иди... Только на урок потом не опоздай, а то загипнотизирует тебя, так и останешься тут стоять.
- Ха-ха, - ответил он, закатив глаза. - Не выпендривайся, пошли с нами.
- Не хочу чувствовать себя белой вороной. Вы там будете болтать на своем этом...
- Я все тебе переведу. Пошли-и-и...
- Да что ты пристал? Не хочу, говорю.
- Почему?
- Не нравится мне эта высокомерная деваха. Что-то в ней есть такое... Еще смотрит осуждающе... - Я бросила взгляд в сторону недобайкерши, сложившей губы трубочкой. - Вот как сейчас...
Все время, что мы переговаривались, брюнетка так и стояла напротив, ожидая хоть какой-то реакции в ее сторону. Наконец, дождалась, пока я закончу обсуждать ее же при ней же и, не выдержав, спросила:
- Entiendes el español?*
*Вы понимаете по-испански?
- Sí! Discúlpame, por favor. Un minuto, - замешкавшись, ответил Шура. - Ты тут как? Точно будешь в порядке? - обратился он уже ко мне.
*Да! Извини, пожалуйста. Одну минутку.
- Не переживай, выживу. Иди, - сказала мягко.
Шура улыбнулся с каким-то едва заметным сожалением и пошел со своей новой любовью к ее подружкам, обосновавшимся возле другой стены.
Я осталась стоять одна. Открыла пачку с печеньем, жадно его сживала, запив чаем, но, сделав глоток, тут же выплюнула обратно в кружку. "Гадость какая... Будто чифирь", - возмутился внутренний голос.
В животе снова заурчало. "Конечно... - подумала. - Одной печенькой с отвратным чаем не наешься... Взять что ли еще парочку?" Я направилась к буфету, протиснулась через кучу зевак, околачивающихся возле. Взглядом выцепила поднос с печеньками. Осталась последняя! Вот черт! Потянулась к ней, но когда пальцы были уже почти у цели, большая мужская рука схватила упаковку.
- Вот козел! Прямо из-под носа увел! - разругалась в полный голос.
Парень, держащий мою последнюю надежду на то, чтоб не упасть в голодный обморок, обернулся, внимательно меня рассмотрел и выдал:
- Я не козел.