Глава XXVII
Отвратительное ощущение - чувствовать себя виноватым. Это хуже, чем быть тем, кого обидели. Особенно если человек тебе дорог.
Я раньше не задумывался об этом, но, глядя в умоляющие глаза Леры, в которых застыли слезы, понял. И все же не смог вести себя как ни в чем не бывало - слишком сильно было потрясение, вызванное ее ложью.
Я знаю: если бы я не доверял ей столь безоговорочно, если бы она не была столь дорога мне, обман не смог бы меня так ранить. Я бы переступил через эту ситуацию, как часто делал в прошлом, когда люди разочаровывали меня. Но с Лерой так не могу. Поэтому сейчас мне нужно успокоиться самому, прежде чем обсуждать с ней Макеева, его выходки и последствия ее общения с ним для нас.
Той ночью я долго лежу без сна с открытыми глазами, невидящим взглядом уставившись в потолок. А когда засыпаю, даже во сне борюсь с желанием наплевать на свои принципы и пойти к жене, от которой меня отделяют стены квартиры и собственная гордость.
Рано утром я уехал. Приехав днем у себя в комнате я увидел коробку.
Мысль о том, что красиво оформленная коробка, подписанная Лерой, — это прощальный жест, сдавливает сердце тисками страха. Сейчас я с особенной ясностью понимаю, что не могу и не хочу потерять ее. Вся эта история с Макеевым не стоит того, чтобы попусту прожигать время.
Отгоняя дурные мысли, я набираю ее номер. Несколько гудков, которые кажутся мне вечностью, и ставший таким важным голос, который сейчас звучит отстраненно и холодно:
— Привет.
- Где ты? — я готов придушить себя за этот грубый вопрос страшно боюсь услышать ответ.
- Дома. В своей квартире. Я оставила для тебя подарок.
- Это я заметил, - сглатывая горечь, произношу отрывисто. — Когда ты вернешься?
- Я не... Я приеду сразу в ресторан, — говорит она тихо. — Если ты, конечно, все еще планируешь отметить день рождения.
Она приедет. Она не ушла от меня. Эта мысль стучит в голове, позволяя мне немного расслабиться.
— Я ничего не отменял.
— Значит, в семь? - в ее голосе звучат печаль и надежда.
Я облегченно выдыхаю:
- Да, Лера , в семь.
Несмотря на то что у меня совсем нет настроения что-либо праздновать и десять минут назад я всерьез думал о том, чтобы все отменить, сейчас я не могу дождаться того момента, как приеду в ресторан и увижу Леру.
Потому что я уверен — свою жену я люблю. Как это случилось и почему, я не понимаю, но разве теперь это важно?
Через полтора часа Ромка встречает меня в дверях своего ресторана и заключает в медвежьи объятия.
— С днем рождения, брат! — говорит он, хлопая меня по плечу.
Мой друг , тот самый, на мальчишнике которого я гулял всего несколько недель назад, поднимается первым. Выразительно смотрит на мою руку, на которой блестит обручальное кольцо, и с улыбкой про-износит.
- А ты не так прост, Косолапов. И хоть бы словом обмолвился!
- Не хотел отвлекать тебя от мальчишника, - говорю я, думая, что никому не стоит знать, что в тот день я даже не знал девушку, которая так стремительно вошла в мою жизнь и стала женой.
Когда я наконец выслушиваю все поздравления, знакомый приторно-сладкий запах духов заставляет меня поморщиться и обернуться.
Что Николь здесь забыла, я не представляю. Я ее не приглашал. Рома тоже не мог этого сделать, зная о моих отношениях с Валерией. Значит, она пришла без приглашения?
- Андрюша, дорогой, прекрасно выглядишь, — щебечет она, откидывая за спину копну волос. - С днем рождения!
- Спасибо, - говорю сухо.
Ей здесь не место. У нас есть определенное прошлое, которое там и должно остаться.
Но и выгнать я ее не могу. Абсурдная ситуация. Где Рома, когда он так нужен?
Я оглядываюсь по сторонам в поисках хозяина вечеринки, а в это время Ника вдруг прижимается ко мне всем телом, обвивая вокруг меня свои руки.
Я кладу руки ей на талию, чтобы отодвинуть от себя и закончить этот цирк , но ее слова меня останавливают.
— У Макеева вывих челюсти. Он рвет и мечет.
И собирается написать на тебя заявление в полицию.
Мне становится смешно.
- Он просил передать тебе, что откажется от этого, если ты оставишь в покое Горскую, — продолжает она.
- Начнем с того, что она не Горская , а Косолапова, — говорю недоумевая, как этот тип при всей своей жалкой натуре умудряется поддерживать имидж мачо.
- Он может писать заявы сколько и куда ему угодно, это не изменит того факта, что моей жены ему не видать как своих ушей. А если он попробует еще хоть раз сунуться к нам — вывихом не отделается. Раз уж ты добровольно взяла на себя роль почтового голубя, так ему и передай.
- С этими словами я подчеркнуто вежливо отодвигаю от себя Нику и оборачиваюсь, чтобы посмотреть на вход.
- Столько времени прошло, а Леры все еще нет. Может быть, она все же передумала?