Глава XXVI
Оглядываю себя с ног до головы в огромное зеркало и удовлетворенно улыбаюсь.
Усилия не пропали даром — выгляжу я если не сногсшибательно, то очень хорошо.
В животе искрится волнение, смешанное с ожиданием. Я никогда не старалась поразить Андрея своей красотой, но сегодня все иначе: мне важно быть на высоте, ведь привлекательная внешность — это мой козырь в борьбе с его обидой.
Обидой, которую я во что бы то ни стало должна стереть из его памяти.
Поговорив с отцом, я полностью меняю планы на день: записываюсь на укладку и макияж в любимый салон, а после возвращаюсь в свою квартиру.
Именно здесь в шкафу осталось платье, которое я в последний момент решила надеть на праздник мужа, - из черного бархата, с жестким лифом и глубоким декольте, оно мягкими складками спускается до самого пола. В нем я выгляжу взрослее.
Задумчиво поправляю застежки на бриллиантовых сережках, и едва не подпрыгиваю от громкого звонка телефона увидеть на экране имя Андрея ,было неожиданно.
Я одновременно радуюсь, что он позвонил, и переживаю. Но радуюсь, наверное, все же больше.
- Привет, — говорю в трубку, стараясь сохранять спокойствие.
- Где ты? - требовательно спрашивает он, не утруждая себя приветствием.
- Дома, — робко отвечаю я и тут же поправляюсь: — В своей квартире.
Я оставила для тебя подарок.
- Это я заметил, — его голос звучит отрывисто и как-то отстраненно. — Когда ты вернешься?
- Я не... Я приеду сразу в ресторан, — от смущения и волнения я начинаю ходить из стороны в сторону по небольшой комнате. — Если ты, конечно, все еще планируешь отметить день рождения.
- Я ничего не отменял.
- Значит, в семь?
Андрей долго молчит, отчего моя нервозность усиливается . Что, если он не хочет меня видеть?
Что, если он попросит меня не приходить? Пока в моей голове возникают сюжеты один драматичнее другого, муж устало выдыхает:
— Да, Лера , в семь.
Когда я кладу телефон обратно на стол, у меня дрожат руки. Это все Косолапов - это он так действует на меня.
***
Такси останавливается возле ресторана в семь пятнадцать. Судорожно сжимая маленький клатч в руках, словно спасательный круг, я выхожу из машины. Помимо платья на мне тонкий плащ, в который я кутаюсь, ежась от зябкого порыва ветра, и туфли на шпильках.
Швейцар услужливо открывает для меня дверь в роскошное заведение. Едва переступив порог, я натыкаюсь на вежливый взгляд администратора.
- Добро пожаловать - церемонно произносит он. — Вы можете оставить верхнюю одежду в гардеробе прямо по коридору.
- Спасибо, - отвечаю я с натянутой улыбкой. -
А уборная?
— За гардеробом направо.
Оставив плащ, я иду в туалетную комнату. От волнения меня подташнивает, голова идет кругом, несмотря на комфортную температуру в помещении, меня бросает то в холод, то в жар. Может быть, это звучит чересчур драматично, но мне кажется, что от прощения Андрея зависит вся моя жизнь. Мне хочется, чтобы он улыбался мне как раньше, чтобы он делился со мной своими проблемами, чтобы он обнимал меня
Неужели это и есть любовь?
Стискивая в руках сумочку, я покидаю уединение уборной и иду в ресторан. Несмотря на то что Андрей позвал совсем немного гостей, заведение полностью закрыто под его праздник. Должно быть, это очень удобно, когда лучший друг владеет целой сетью ресторанов.
Я захожу в зал и оглядываюсь в поисках мужа. Когда мои глаза цепляются за высокую широкоплечую фигуру в противоположном углу помещения, меня прошибает холод.
Андрей стоит ко мне спиной, поэтому мое появление остается для него тайной. Но зато я вижу все - то, как вокруг него подобно змеям обвиваются руки Николь.
Инстинктивно я отступаю назад.
Сердце рвется на части. Внутренности болезненно сжимаются. Я стою достаточно долго — не менее десяти секунд, чтобы убедиться в том, что Андрей ее не отталкивает. Она его обнимает, а он не делает ничего, чтобы этого избежать.
Несмотря на то что никто не обращает на меня внимания, мне кажется, будто меня публично облили грязью.
Представить, что я могу пойти туда, чтобы своими глазами увидеть, как эта модель крутится около Андрея, а он ей это позволяет . Все еще оставаясь незамеченной всеми, кроме официантов, я срываюсь с места и возвращаюсь к гардеробу. Я даже не знаю, как в этой ситуации мне удается сохранять визуальное спокойствие, когда все, чего мне хочется, — это вернуться в ресторан и растерзать их обоих. За обман, за эту прилюдную демонстрацию, за мои потушенные мечты.
Накинув плащ, я мчусь к входной двери ресторана, но до того, как успеваю толкнуть ее, она распахивается навстречу, и я растерянно отступаю назад, ненавидя эту заминку, ведь сдерживать глаза слезы становится все сложнее с каждой секундой.
— Валерия?
Я быстро моргаю, и встречаю удивленный взгляд Романа .
- Дорогая , ты чем-то расстроена?
- Мне надо уйти, — сипло бормочу я.
- А Андрюха где? — в серых глазах читается недоумение.
- Он там. Пожалуйста, дай мне пройти, - прошу я
Рома отодвигается, но, когда я с облегчением выхожу в дверь, оказывается, что он следует за мной.
- Меня не надо сопровождать. Я уезжаю, - говорю я, взмахивая рукой в сторону такси.
- Одна ты не поедешь, — без тени сомнения заявляет он. — Или я звоню Андрюхе, или еду с тобой.
- Он очень занят, — едко выдавливаю я. — Ему не до меня, а я еду домой.
Рома приподнимает бровь, всем своим видом демонстрируя, что мое стремление к независимости его не впечатляет.
- Замечательно, я давно не был у Андрея в гостях.
- Я еду к себе домой, а не к нему домой! - отрезаю я.
- Я думал, у вас общий дом. Ну что ж, с интересом посмотрю, где живешь ты.
Не зная, как отвязаться от него , я ныряю в подъехавшее такси, не протестуя, когда он занимает соседнее место.
До моего дома ехать минут сорок - достаточно времени, чтобы подумать, как жить дальше. Откинув голову на спинку сиденья, я закрываю глаза. Меня трясет мелкой дрожью, гнев испаряется так же быстро, как он вспыхнул. Я чувствую опустошение. И боль, которая заслоняет собой все вокруг. И это любовь? Вот это выворачивающее наизнанку чувство? Если это действительно она, то она оказалась куда более сложным и тяжелым чувством, чем я наивно считала раньше.