Ака проклятий 3

А в холле женского общежития установили зеркало. Большое такое, во всю стену, и, спускаясь по лестнице с котенком на руках, я видела стройную девушку с распущенными волосами, которые ярким пятном выделялись на фоне черной одежды. И мне неожиданно понравилось свое отражение. Никогда не страдала самолюбованием, а сейчас просто нравилось. Я выглядела элегантно, и удобно, и очень практично, наверное, нужно будет сказать спасибо леди Тьер.
А потом мой взгляд скользнул по стене, и я на мгновение дышать перестала – «Всем адепткам четвертого курса предоставить темы дипломных работ к окончанию зимних каникул. Старший следователь мастер Окено».
То есть Бездна знает, откуда нарисовалась дипломная по смертоубийству?!
До столовой я добежала, придерживая юбку и котенка. Счастливчика сдала с рук на руки старшей кухарке, развернулась и побежала обратно в свою комнату. К счастью, леди Верис все еще была там.
– У нас добавилась дипломная? – с ходу спросила я.
– И две курсовые, и нормативы, – лениво ответила куратор и, зевнув, добавила: – И да, обучение вам также увеличивают на год.
Я села на пол прямо у незакрытой двери!
– Риате, расслабься, – Верис сладко потянулась, – все зависит от специализации, кто остался на направлении «эксперт по проклятиям», завершает учебу, как и полагается, но направления «следователь-криминалист», «служба внутреннего контроля», «военный следователь» – нуждаются в дополнительном годе обучения.
В чем-то капитан была права, а в чем-то... еще два с половиной года! Когда ты на четвертом году обучения – это звучит страшным приговором, потому что полтора года звучит все же – лучше.
– А ты говоришь «замуж не хочет», – поддела Верис Дару, – видишь, как расстроилась. Риате, расслабься, кому говорят, для твоего направления «следователь-криминалист» шестой год обучения – это практика при Ночной страже, тебя лично к себе заберет Окено.
Все же поднявшись, я сипло спросила:
– А можно... получить весь список предметов и отчетности на весну?
Верис повернулась к духу смерти и проинструктировала:
– В моем столе слева третий верхний, выбери специализацию «следователь-криминалист».
Через мгновение Дара протянула мне исписанный листок... я долго впечатлялась. Кажется, на работу в конторе времени у меня не останется. А потом подумала – Юрао ведь следователь, и обучался он в профильной академии, может, у него конспекты попросить? Учитывая, что отчетность в «ДэЮре» он вел скрупулезно, значит, и конспекты должны остаться. Настроение поднялось мгновенно. Ну а еще я никак не могла забыть об императорской библиотеке, так что...
– Разберемся, – сказала я, направляясь с листком в свой учебный кабинет.
– Ты куда? – встревожилась Верис.
– Переписывать, – не стала врать я. – Кто предупрежден, тот вооружен. Кстати, список примерных тем дипломных от Окено есть?
– Неа, – куратор поднялась. – Зато список требований к оформлению и содержанию внушительный.
Кто бы сомневался!
* * *
Покинув территорию академии, я направилась к Тоби.
День выдался чудесный – ярко светило солнце, легкий морозец румянил щеки, а выпавший накануне снежок выбелил дома и дороги, и все сияло чистотой. Я шла по улицам Ардама, приветствуя знакомых и улыбаясь незнакомым, и радовалась жизни. Как бы то ни было, но родной Загреб давно перестал быть родным для меня, я жила Ардамом, я дышала Ардамом, и свое будущее я во многом связывала со столицей Приграничья. Удивительный это все же город. Здесь по дороге могут идти рядом оборотень и эльф, гном и тролль, ядовитый норт и прекрасная дриада, и, наверное, только здесь так много смешанных браков. Люблю Ардам.
– Дэя! – услышала я внезапно.
Обернулась на радостный детский голосок и приветственно раскинула руки – Сина, смешная и запорошенная снегом, тоже раскинув руки, побежала ко мне. Подхватив в полете, я закружила малышку, и ее радостный визг огласил всю улицу.
– Осторожнее, Дэя худенькая, а ты уже ж выросла, – крикнул племяннице Тоби.
– А я соскучила-ась! – прокричала Сина и сжала меня в далеко не слабых объятиях. – Дэя, где ты пропадала-а?!!
Я остановилась, и кудряшки Сины повисли черными спиральками с пойманными в плен снежинками.
– Долго тебя не было, – заявил мне ребенок.
– Да не так уж и долго. – Я опустила ее на землю, разглядывая румяное создание с блестящими черными глазами. – Но ты успела вырасти.
– Я большая! – уверенно заявила Сина. – И красивая!
– Ага, – стараясь не улыбаться, подтвердила я.
– И на День смерти зимы мне достанутся самые лучшие подарки!
Ой, совсем из головы вылетело – скоро неделя праздников в честь смерти зимы!
– Син, смотри, там твой друг Митик, – лукаво заметил подошедший к нам Тоби.
– Где?! – Малышка тут же начала озираться, а увидев невдалеке мальчишку немногим ее старше, подхватила подол шубки и со всех ног побежала к нему.
Мы проследили за ее быстро мелькающими ножками, и только после этого Тоби шагнул ко мне, взял за плечи и всмотрелся в мое лицо. Вердикт был таков:
– Стала увереннее, спокойнее и в то же время ревела, наверное, ночь напролет.
– Было дело, – решила покаяться я. – Как у вас дела?
– Растем. – Раскосые глаза Тоби внимательно оглядывали меня. – Ты ко мне шла?
– Ага, – радостно улыбнулась клыкастенькому лицу нашего повара, – я так соскучилась.
– А то, я тоже. – Тоби похлопал по плечу. – У меня блинчики есть.
– С чем? – Я вдруг вспомнила, что совсем голодная.
– И яйца пожарю, – правильно понял мой взгляд Тоби. – Сина, домой!
* * *
Кухня у Тоби замечательная – вроде небольшая, а все в ней есть. И рабочий стол, и маленький столик для еды, и плита, и целый шкаф спе-ций.
– Та-а-ак, – протянул орк, выкладывая на мою тарелку чуть поджаренные яйца с кисленькими лесными ягодами, – а еще у нас убийство в таверне случилось.
– Как? – Я даже хлеб, сыром намазанный, жевать перестала.
– А так. – Тоби налил молока мне в кружку, добавил туда масла, сливок и тертого шоколада. – Сэл смотрит, напился он, стражник, стало быть, а как к нему – не дышит.
– Страж? – переспросила я.
– Угу. – Мне передали вкусно пахнущую кружку. – Шейдер дело все прикрыл, как и всегда, но видела б ты его лицо.
– НОЧНОЙ СТРАЖ БЫЛ УБИТ?! – Я ушам своим не поверила. – Но как?!
– Ты не нервничай, ты ешь давай, – приструнил меня Тоби и полез в печь доставать подогретые блины.
Увы, аппетит я растеряла и почти не почувствовала вкус яиц, зато ягоды вернули на землю.
– Тоби, – прожевав и помахивая вилкой, начала я, – а кто вообще это был?
– Да дроу какой-то, – вытаскивая казан, ответил орк.
Вилка со звоном упала на тарелку.
– Не твой дроу! – Тоби тарелки любил, а я тут одну едва не расколотила. – Не Найтес, хотя похож на него.
Я молча отодвинула тарелку и теперь глаз не сводила с повара. Тоби понял, что, пока все не расскажет, есть не буду, тяжело вздохнул, опустился на скамью и начал:
– Да кто его знает, от чего помер? Лорд Мерос и сам понять не мог. И следов смерти никаких, просто дроу вдруг взял и перестал дышать. – Тоби пожал могучими плечами. – Как будто забыл вообще, как это делается. То есть дышал, дышал, а потом все.
«Проклятие Забвения – ХагаэроТшха», – пронеслось в моей голове, но я тут же отбросила эту мысль, ведь данное проклятие отсроченного действия. Отсроченного, а тут офицер... если бы он начал забывать хоть что-то, был бы отстранен от службы мгновенно – Ночные стражи категория особая, у них проверки практически каждый день проходят. И все же Тоби обладал одной удивительной чертой характера – он словно видел суть, и его слова о случившемся... Мелькнула вдруг совсем неприятная мысль – что, если существуют проклятия Забвения мгновенного действия?! Совершенствуется же магия, и заклинания не стоят на месте, изменяется все, так что мешает меняться проклятиям? Мысль крайне малоприятная, так как очень неприятно было бы узнать: то, что мы учили столько лет наизусть, вдруг устарело. Но это было бы не просто неприятно, это было бы еще и страшно.
– Дэя, – позвал Тоби, – ты белая вся стала.
Белая... возможно. Я вдруг отчетливо вспомнила ту странность, что разглядела в кристаллах, оставшихся после проклятия в таверне «Яйцо дракона». Там, помимо проклятия «Живая Смерть», было что-то не отдельное, а скорее сопутствующее, вплетенное в кристаллы проклятия, ставшее его составной частью... И опять же, проблема в том, что большинство проклятий выше первого уровня срабатывают не сразу, и для «Живой Смерти» тоже требуется время... А если бы оно прошло, посетители таверны ведь разбрелись бы, так? Действительно! Они бы разбрелись умертвиями, а вышло, что все сидели там. Можно ли предположить, что проклятие сработало мгновенно?! И если это предположить, тогда можно также предположить: что-то странное, что было мной замечено, являлось ускорителем! То есть катализатором проклятия «Живая Смерть». Бредовое предположение, да, но в то же время... Что, если я права?!
– Тоби, мне пора. – Я встала, впервые в жизни не доев что-либо, приготовленное нашим поваром. – Я... вечером зайду.
– Да что с тобой происходит? – не на шутку встревожился орк.
– Со мной ничего, – я все же не удержалась, взяла кружку и махом выпила половину сладкого молока, – а вообще да, происходит что-то очень странное.
Тоби только руками развел, глядя на мои торопливые сборы. Однако, надев пальто и завязав шарф, я все же вернулась, ухватила один блинчик, запила его, спешно прожеванный, остатками молока и, чмокнув повара на прощание, помчалась обратно в академию.
* * *
По улицам Ардама я бежала, да так быстро, что, пройдя в калитку сквозь ограду академии, согнулась, пытаясь восстановить дыхание.
– Дэйка вернулась! – Жловис величественно вышел из своей каморки. – Румяная вся, а глаза страшенные, почти круглые.
– Темных, Жловис, – с трудом дыша, поприветствовала его я.
– И тебе ужасающих, от кого бежишь?
Махнув рукой по направлению к академии, я еще немного постояла, пытаясь восстановить дыхание, потом спросила:
– А Тесме не знаешь где?
– Как не знать? – Гоблин расплылся в улыбке. – В западном крыле, опять эксперименты ставит...
Я сорвалась на очередной забег, крикнув на ходу:
– Спасибо, Жловис!
– И вот вам загадка... – донеслось до меня, но в остальное я не вслушивалась.
Западное крыло от входа самое удаленное, и, чтобы в него попасть, можно пойти по длинному пути, в обход административной части, или напрямую – правда, для этого нужно пересечь внутренний дворик и пройти в опасной близости от кабинета директора, но эти мелочи сейчас не тревожили.
Вбежав в учебный корпус, я поспешно сняла пальто и шарф, повесила на вешалку, сейчас в отсутствие большинства адептов практически пустую, и помчалась сразу через сквозные двери во дворик. А снегу там оказалось по колено. Все равно пробралась через сугробы, не обращая внимания на набившийся в сапоги снег. Подбежала к дверям, открыла и...
– Адептка Риате, что вы творите? – Холодно мне стало от одного только тона лорда-директора.
Невольно обернувшись, глянула на широкую борозду, мною же по снегу проложенную. Затем поворачиваюсь к магистру, понимаю, что он в широкой галерее не один стоит, а с двумя субъектами странного вида, и решаю все разъяснить, как и полагается:
– Темных вам дней, лорд-директор магистр Тьер, – дышу со свистом, – понимаете... темы дипломных работ нужно утвердить и... – замечаю проступившие на лице черные вены, – и... мне срочно требуется сообщить тему научной работы магистру Тесме.
Лицо лорда Тьера стало темнее, двое его сопровождающих с интересом перевели взгляд с магистра на меня, и я поняла, что сейчас что-то будет... Нервно сглотнув, решилась на недопустимое:
– Я... очень прошу меня извинить и, – сорвалась на торопливый шаг, правда, иду как можно ближе к стеночке и как можно дальше от следившего за каждым моим движением магистра, – но я очень, очень опаздываю и...
И когда я почти миновала неких темных личностей, услышала страшное:
– Господа, я догоню вас!
А ведь почти получилось. Или еще не все потеряно?
– Риате, стойте, где стоите!
Все потеряно. Плохо.
В итоге стою под портретом Визериуса Молниеносного, того самого человеческого мага, которого и в Темной империи уважают, и, не поднимая головы, угрюмо смотрю на приближающиеся ноги магистра. Ноги приблизились вплотную, в то время как звук шагов двух свидетелей все удалялся, и я услышала раздраженное:
– По снегу, полураздетая!
А что, если увиденное мной в таверне действительно действует как катализатор? Так, исключительно в качестве предположения?! Смотрю на пуговицы на рубашке магистра, голову выше поднять страшновато как-то, и думаю... Думаю, думаю, думаю... Что, если этот катализатор воздействовал на любую магию, в том числе и первого уровня?! По сути, само проклятие «Живая Смерть» реагировало на все от второго уровня и выше, но что, если сам катализатор... А лорд Тьер вчера произносил заклинания противодействия, и это как раз первый магический уровень!
– Риан, – вскинув голову, вглядываюсь в его черные глаза, – а ты ничего странного в своем поведении не заметил?
Лицо магистра потемнело еще сильнее, однако пытливый ум адепта не испугать. И воспоминания, мелкие детали, разговоры как-то начали вспыхивать, складываясь в логическую цепочку... Внезапно вспомнилась наша беседа там, по дороге в таверну, полную умертвий. Мой возмущенный вопрос «А почему вы так... со мной обращались тогда?» и ответ магистра: «Дэя, а как, по-твоему, действует проклятие «Вечной Страсти», которым ты меня «наградила»?!» Проклятие... То есть магистр был под проклятием, а там имелся катализатор, ускоритель и, возможно, – ну так, в качестве бреда – возможно, усилитель... Нет, правда, а что, если я права?!
И я задумчиво сказала:
– Ты говорил, что я прокляла тебя «Вечной Страстью». Не совсем согласна, учитывая, что там как бы взаимоисключающие формулы, но что, если это действительно так? – Одна бровь лорда Тьера медленно поползла вверх. – И все же, – упорствовала я, – что, если те странные кристаллы действительно являлись свидетельством присутствия ускорителя или закрепителя, да пусть будет – катализатора, и данное проклятие значительно усилилось после того, как ты использовал заклинания противодействия, пытаясь спасти того Бессмертного? Так, исключительно в качестве предположения?!
Риан несколько секунд молчал, затем произнес:
– Не совсем понял, о чем ты, но я никогда не слышал о проклятиях-усилителях старых про-клятий.
– Да?! – Я задумалась. – А о проклятии «Живая Смерть»?
Вспыхнуло алое пламя. Огонь, теплый и ласковый, в мгновение иссушил мои мокрые ноги и юбку, а затем пламя угасло.
– Идем, – Риан властно взял за руку и повел по направлению к экспериментальным подземельям, – если Тесме не в курсе, спросим новое обретение академии, я о проклятийниках.
И все же, когда мы начали спускаться вниз по крутой лестнице и магистр шел впереди, фактически придерживая меня, он спросил:
– Откуда вообще возникла эта мысль?
– Я у Тоби была. – Мне показалось, или Риан стал идти чуть медленнее? – Он рассказывал о последних новостях, рассказал и о гибели стража в «Зубе дракона».
Лорд Тьер остановился и удивленно переспросил:
– Убийство стража?!
– Ночного, – подтвердила его худшее предположение я.
Риан странно посмотрел на меня. В этом взгляде было и удивление, и... опасение одновременно, затем он медленно произнес:
– Только не говори мне, что убитым был твой...
– Не Юрао, – тут же поторопилась успокоить я, – но тоже дроу.
Я думала, мы пойдем дальше, но Риан стоял как вкопанный и продолжал смотреть на меня, затем последовал хриплый вопрос:
– Во что вы ввязались?! – Я промолчала, магистр добавил: – Быстро, четко, по существу!
Даже не знаю, что на это ответить.
– Ты мне сейчас только одно скажи, – рык сквозь подчеркнуто спокойный голос, – это хоть как-то связано с человеческой магией?!
Я подумала и решила сдать часть информации:
– Твой отец в курсе!
Разгневанное лицо приняло удивленное выражение.
– И мама тоже, – продолжила я.
Удивление перешло в полнейшее изумление.
Наношу решающий удар:
– А я молчала, потому что иначе свекромонстр на меня Эмму натравит! А мне одного раза хватило, и испытать повторно ощущения от ползущего по ноге, а затем и по телу медальона не хочется, правда.
Удар достиг цели – временно лишившийся дара речи магистр развернулся и вновь повел меня вниз по лестнице. Эффекта от моей сумбурной речи хватило ровно на четыре сту-пеньки.
– Хорошо, выясню все сам! – раздраженно сообщили мне.
– Я... могу рассказать, – предложила осторожно.
– Пообедаешь со мной? – мгновенно внес предложение Риан.
Теперь остановилась я, глядя на лорда-директора. И может, стоило смолчать, но я не стала:
– Нет, – тихо, но уверенно сказала магистру.
Чуть поморщившись, мне сделали другое предложение:
– Ужин?
– Нет!
Больше лорд-директор не спрашивал, и мы продолжили путь вниз, вскоре дойдя до украшенных черным агатом дверей. Технология сложнейшая, но только этот расплавленный огнем драконов камень впитывал любые проклятия без остатка, почти как Бездна.
Я собиралась постучаться, но Риан просто открыл дверь и крикнул:
– Магистр Тесме!
В ответ тишина. Затем звук торопливых шагов и удивленное:
– Лорд-директор?
– Да, и не один. – Риан галантно пропустил меня вперед, в кромешную тьму. Затем требовательно приказал: – Дара, свет!
Свет вспыхнул разом в трех местах, осветив огромное, выложенное необработанным серым камнем помещение. На первый взгляд могло показаться, что это обычное подземелье, но внимательный взгляд замечал черные потеки расплавленных камней между серой кладкой, а специалист, пусть даже адепт-проклятийник, как я, не мог не обратить внимания на вкрапления обсидиана в расплавленный агат.
– Удивлен, должен признать, – несмотря на язвительность замечания, нашим появлением Тесме был несколько смущен, – чем обязан?
Риан отпустил мою ладонь, предоставляя свободу действий. Иного и не требовалось.
– Магистр, – я направилась к преподавателю, обошла его и стремительно вошла в учебное помещение, – я столкнулась с невероятным проклятием.
Дальше без слов. Они и не требовались – подхватив грифель, я начала рисовать увиденные в таверне «Яйцо дракона» кристаллы на доске. И я самозабвенно рисовала и вычерчивала схемы проклятия, отмечая лишь краем сознания подошедших обоих магистров, а после и удивленные восклицания Тесме. Кстати, проклятие он определил сразу:
– «Живая Смерть». Это ж запрещенная зззараза! Оно двустороннего действия!
– Я вам больше скажу, – обернувшись к магистру, сообщаю почти невероятное: – Оно еще и мгновенного действия.
Тесме хмыкнул, уселся на парту и укоризненно произнес:
– Риате, Риате, семь раз ты уже сдавала, теперь будешь сдавать мне Смертельные проклятия десять раз! – и уже на повышенных тонах: – Опомнись, деточка, мы говорим о внесенном в реестр запрещенных проклятий проклятии «Живая Смерть». А оно у нас какое?
Покивав для приличия, я таки сказала:
– Вы ошибаетесь, магистр.
Взгляд у Тесме очень такой недобрый стал, но адептам, вставшим на путь истины, все нипочем.
– Смотрите, – я вновь вернулась к вычерчиванию кристаллов, – я тогда отметила это как странность, а еще поразил тот факт, что проклятие срабатывало дважды до нашего появления, но только сегодня догадалась: именно это является прямым свидетельством, что оно было мгновенным. – Тесме не перебивал, Риан так же слушал молча, и я продолжила: – Каюсь, тогда мне не до подозрений было, я обратила на это внимание и запомнила схему, но осознать увиденное... – грифель дрогнул, пришлось брать губку, подтирать кривую линую, – в общем, мне не до этого было. Догадка пришла сегодня, как озарение.
Я закончила рисовать кристаллы, вычертила схему, указала места сплетения, затем, отойдя на шаг, полюбовалась собственным творчеством, сравнила с картинкой, отпечатавшейся в памяти, и торжественно заявила:
– Вот!
Оба магистра ответили на мое заявление гробовой тишиной, но меня это не смутило, и я продолжила:
– У меня есть предположение, что это какой-то катализатор, то есть ускоритель, а даже, возможно, и усилитель. Потому что, как видите, схема проклятия «Живая Смерть» без изменений, но все же действовало оно мгновенно. И вот что еще странно, катализатор...
В этот миг Тесме, который во время монолога меня словно и не замечал, спрыгнул со стола, подошел, забрал грифель и направился к доске.
– Это знак времени, – магистр отсек у крайнего кристалла сердцевину, – время здесь закручено в спираль. Это, – отсеканию подверглась сердцевина второго кристалла, – страж... маяк... он реагирует на...
– Магию, – подсказала я.
– Похоже, что так. – Тесме остановился у третьей части схемы. – Это не знаю что, и меня оно пугает. Никогда не видел ничего подобного...
В учебном зале повисла тишина. Нарушил ее, как ни удивительно, Риан:
– Уберите нижний зигзаг и добавьте символ смерти, то есть в данном контексте скорее света, – глухо произнес он.
Тесме на мгновение замер, а затем рванул к изображению и последовал указаниям лорда-директора, чтобы в следующее мгновение изумленно воскликнуть:
– Активация на магию Бессмертных! – в конце Тесме едва не сорвался на визг, но почти сразу плечи его поникли и глухим, совершенно убитым голосом магистр произнес: – Проклятие направленного действия... Это проклятие направленного действия, это... – бледный преподаватель обернулся к Риану и совсем тихо добавил: – Это страшно, лорд Тьер.
Кривая усмешка, кивок, а затем уже совершенно спокойное:
– Странность еще вот в чем, лорд Тесме. – Риан бросил взгляд на меня. – Я прочел заклинание противодействия дважды, и оно не сработало. Адептка Риате едва начала произносить требуемое, и проклятие поддалось мгновенно. Почему?!
Риан теперь смотрел на магистра, ожидая его ответа, но вот как раз Тесме требовательно взглянул на меня и спросил:
– Какое заклинание противодействия вы использовали, адептка Риате?
Казалось бы, очень простой вопрос и все такое, но... Как признаться магистру Тесме, что это самое заклинание мною было подло и незаконно переписано из его собственной книги?! А взгляд требовательный, и ответа от меня ждут, и...
– Ваше заклинание, – опустив голову, созналась я.
– Естественно, мое, кто еще учит вас подобному, – с некоторым замешательством произнес магистр Тесме, – но... то, чему учу вас я, знает и лорд-директор, а он... – возникла пауза, потом, видимо, наступило осознание произошедшего: – Какое МОЕ заклинание вы использовали, адептка?!
– Ваше, – пискнула я, делая заодно пару шагов подальше от разозлившегося магистра.
– МОЕ?! Вы опять уворовали мою книгу?!
Быстрые шаги, удар чем-то тяжелым по столу и гневный рев преподавателя:
– Какое?!
Подняв на него виноватый взгляд, увидела ту самую книгу и поняла, что это ею грохнули об стол. На Риана я старалась и вовсе не смотреть.
– Покажите мне какое! – потребовал злой Тесме.
Пришлось подойти, привычно раскрыть книгу... и мое свойское с ней обращение не осталось незамеченным – магистр Тесме аж зубами заскрипел, – затем открыть раздел «Заклинания противодействия» и указать на то самое, мною использованное. Риан тут же отодвинул меня в сторону, и оба магистра склонились над книгой.
– Вы внесли изменения, – заметил спустя некоторое время лорд-директор.
– Да, после той истории с человеческой рабыней я несколько пересмотрел места вплетения энергии. Однако это мое личное предположение и, естественно, адептам оно не преподавалось, так как...
– Могу сказать, что ваше «личное предположение» позволило спасти жизнь моего друга, – перебил его лорд Тьер. – Нам необходимо пересмотреть учебную программу.
Тесме кивнул, затем стремительно повернул голову и, взглянув на Риана, тихо произнес:
– Кто мог начать охоту на Бессмертных? Кто? И зачем?! Я даже предположить подобного не могу.
Выпрямившись, лорд-директор сухо ответил:
– Бросивший вызов ордену будет иметь дело с орденом.
А Тесме правильные вопросы задал. Я вот вчера не задумывалась, а сейчас... Сейчас стало очевидным, что кто-то очень торопился избавиться от Риана. Зачем?! В чем причина? Что такого ему должен был передать тот светловолосый с примесью крови инкубов?
– Что еще вы можете сказать по данной схеме? – Лорд Тьер кивнул в сторону доски.
Тесме не ответил, но начал судорожно перелистывать страницы в книге, затем, видимо, обнаружив искомое, он развернулся к доске, сел на парту и стал что-то сравнивать, а после и перечерчивать схему себе. Мы терпеливо ждали и дождались.
– Очень коварная вещь, способна активировать даже старые проклятия. Мне бы услышать, как это произносится, и тогда, возможно, удалось бы составить схему. Единственное, что слегка непонятно, – это вот четвертый кристалл, вероятно явившийся следствием «нгесе»... – пауза, в течение которой я бледнею, – мне нужно еще поработать, разбить на составляющие. Нечто большее я смогу сказать уже завтра, лорд-директор.
Риан угрюмо взглянул на доску, кивнул каким-то своим мыслям и произнес:
– Что ж, не будем вам мешать, а завтра я жду подробного отчета.
– Да-да, конечно, – уткнувшись в книгу, ответил Тесме, но в следующее мгновение вскинул голову, одарил меня недобрым взглядом и произнес: – Риате, я вам гарантирую, что вас ждет очень, очень, очень сложный семестр.
Ой Бездна!
Риан на данную угрозу вообще никак не отреагировал, но улыбка на губах промелькнула.
– И да, – пользуясь невмешательством лорда Тьера, решил добавить Тесме, – раз уж вы у нас стали экспертом по заклинаниям противодействия, тему вашей дипломной работы я желал бы видеть связанной именно с ними. Вопросы?
– Ни единого, – тихо ответила я.
– Темных вам, – произнес лорд-директор, подошел, взял меня за руку и повел прочь.
Оглянувшись на выходе, я заметила хитрую, но довольную улыбочку на лице Тесме, которому явно понравилось, что заступаться за меня его начальник не стал.
Да, впереди меня ждет крайне непростой семестр.