Ака проклятий 3

Я никогда не понимала, почему столичные, приезжая в Приграничье, всегда ведут себя с некоторым предубеждением, если не сказать превосходством, по отношению к нам. Но стоило войти в ресторацию, как стало ясно – они придерживаются привычного для них поведения, потому что здесь абсолютно все относились друг к другу с превосходством. Даже лакеи не бросались услужливо к посетителям, а предварительно окидывали их изучающим взглядом... Правда, едва взгляды касались лорда Тьера, все волшебным образом менялось в мгновение.
– Магистр Тьер, – шесть лакеев низко склонились перед нами, в то время как темный эльф поспешил приветствовать, – бесконечно рады принимать вас и... – быстрый взгляд на меня, – вашу избранницу в ресторации «Золотая арфа». Пожелания насчет столика?
– Стандартно, – тоном, присущим лишь урожденным аристократам, ответил Риан.
У меня холодок по спине каждый раз, когда он становится вот таким... аристократичным.
В проходной Риан снял плащ, затем, не позволив эльфу мне помочь, лично снял с меня меховую безрукавку и, вновь взяв за руку, повел не в основной зал, откуда доносилась приятная мелодия, а вверх, по золоченой лестнице. Несомненно, магистру приходилось здесь бывать, и неоднократно. Но кое-что меня заинтересовало:
– Риан, а откуда управитель ресторации узнал, что я...
– Не просто моя спутница? – завершил вопрос за меня магистр. – Это его работа, Дэя, с первого взгляда определять характер отношений посетителей.
А-а, это, наверное, как мастер Бурдус с первого взгляда определял, есть у клиента деньги или нет, причем ему действительно хватало лишь одного взгляда.
На втором этаже ресторации оказалось крайне необычно – начать с того, что прямо с лестницы мы сошли на дорожку из прозрачного стекла. Я бы ни за что не ступила на нее первая, но следом за лордом-директором сумела. Идти фактически над головами посетителей первого этажа было странно, и мне это ощущение совсем не понравилось, однако остальные, и в частности пара, идущая впереди нас, не скрывая удовольствия, наслаждалась ситуацией.
– Риан, – тихо позвала я не обращающего внимания на стеклянную дорожку магистра, – а этот зал...
– Исключительно для высшей аристократии, – лорд Тьер подвел меня к столику у стеклянной стены, за которой открывался вид на шумную, сверкающую огнями площадь перед императорским дворцом, – тебе здесь неуютно?
Да, неприятно видеть, как леди в темно-зеленом старается наступать словно бы на прически находящихся ниже посетительниц. Действительно неприятно.
– Я восхищаюсь тобой, – вдруг произнес магистр, и ситуация с леди была мною забыта напрочь, а все внимание получил лорд Риан Тьер.
– Почему? – не сдерживая улыбку, спросила я, присаживаясь на стул.
– Тебя возмущает подлость, – Риан придвинул мой стул, но сел не напротив, а рядом.
– Но что в этом восхитительного? – Я поправила волосы, перекинула косу назад.
– Все. Ты восхитительная. Во всем.
Он снял перчатки и осторожно взял мою ладонь, поднес к губам, едва ощутимо поцеловал и внезапно стал собой – собранным, суровым, серьезным.
– Дэя, – голос звучал глухо, – то, что произошло в таверне на окраине... – пауза, затем последовало то, о чем ему явно было неприятно говорить. – Допустим, даже начни я применять магию, проклятие сумел бы подавить, но... Это, скажем так, мои особые способности, о которых неизвестно даже маме...
Риан умолк и посмотрел на что-то за моей спиной. Обернувшись, я увидела подходящего к нам подавальщика из темных эльфов и поняла причину прерванного разговора.
– Ужасающего вечера вам, лорд Тьер, леди, – эльф едва заметно поклонился, – готов выслушать ваши пожелания.
Магистр улыбнулся мне и спросил:
– Особые пожелания есть?
Так как перед глазами все еще шевелилась масса изрубленных останков в «Яйце дракона», я отрицательно покачала головой.
– Просил же не смотреть по сторонам, – правильно понял мое состояние лорд Тьер и повернулся к подавальщику: – Для леди замороженные взбитые сливки и южные фрукты, исключительно желтые и оранжевые. Ничего красного, зеленого и черного. Мне стандартно, вино игристое, белое. Для лорда Норга также стандартно.
– Когда лорд... – начал эльф.
– В ближайшее время. Подавать можете уже сейчас, – отрезал Риан.
– Как вам будет угодно, лорд Тьер. – Дроу склонился теперь значительно ниже, почему-то удивленно посмотрел на меня, поймал потемневший взгляд магистра и торопливо нас покинул.
Когда подавальщик ушел, я не удержалась от вопроса:
– Ты часто здесь бываешь?
– Бывал, – Риан хитро улыбнулся и пояснил: – «Золотая арфа» – одно из немногих заведений столицы, которое «не просматривается» даже членами императорской семьи. К тому же здесь неплохо готовят.
Сказав «неплохо», магистр преуменьшал, и сильно. Мне достаточно было увидеть принесенные лорду-директору суп и запеченное в овощах мясо, как стало ясно – повар гениален. Я бы даже заподозрила использование кулинарной магии, которая, как известно, доступна единицам.
– Могу поделиться, – заметив мой взгляд, предложил Риан.
Словно зачарованная, я наклонилась к мясу и глубоко вдохнула... Умопомрачительное сочетание приправ...
– Оленина и специи из лесных трав, – определила я, – плюс кора хватай-дерева. – Открыв глаза, еще раз осмотрела блюдо и задумчиво добавила: – Одного не могу понять, как они добились такой золотистой корочки? У Тоби так никогда не получалось.
Эльф, с интересом следивший за мной, решил пролить свет на способ приготовления:
– Кулинарная магия, леди, – сообщил он, – мастер Шален обладает редким даром.
Лорда Тьера мое общение с эльфом почему-то явно раздражало. Игнорируя подавальщика, он подчеркнуто терпеливо спросил:
– И все же, ты есть будешь? Я могу поделиться, могу заказать что-нибудь другое.
– Нет, – меня передернуло при одной мысли о еде, – прости, но... вряд ли я смогу хоть что-то съесть после сегодняшнего.
Дроу неожиданно подмигнул мне, поклонился Риану и ушел.
А я, магистр и его плохое настроение остались одни. Ненадолго – послышались чьи-то торопливые шаги, лорд Тьер поднялся и пожал протянутую руку невысокого лысоватого и полноватого гоблина.
– Лорд-харг Норг, – первым, как более высокий по званию, произнес магистр.
– Лорд Тьер, – радостно пожимая широкую ладонь лорда-директора, произнес гоблин, – рад, очень рад видеть вас.
– И вам темных, – Риан повернулся ко мне. – Дэя, родная, позволь тебе представить одного из виднейших магов дружеской державы, ученого мужа, магистра и дядю того самого наследника империи гоблинов, с которым ты уже заочно знакома. Лорд-харг Норг, позвольте представить вам мою возлюбленную невесту, начинающего и подающего большие надежды частного следователя, госпожу Риате.
Гоблин поклонился и произнес:
– Польщен знакомством, прекрасная леди.
– И мне очень приятно, – пробормотала я, – темных вам.
Едва лорд гоблинов сел за стол, появились два расторопных подавальщика. Первый, полукровка из людей, принес ужин для лорда-харга Норга, а второй, тот самый темный эльф, обойдя стол, поставил передо мной два блюда, торжественно снял крышечку с одного. И первым было то самое мороженое, а вот вторым...
– Уважаемый мастер Шален, узнав, что в ресторации присутствует истинная ценительница кулинарной магии, пожелал сделать подарок от себя лично прекраснейшей из леди. Надеюсь, вам понравится.
И подавальщик ловко поднял крышку.
А там был гриб. Большой черный гриб на полянке из нарезанных соломкой зеленых овощей и в окружении черного соуса, что имитировало маленькую лесную опушку. Но, несмотря на почти идеальную имитацию, выглядело все аппетитно. А главное – запах грибов, сыра и мяса перепелки, недвусмысленно указывал на...
– Паштет из черных грибов, – едва сдерживая восторг, сказала я. – Одно из самых сложных блюд в высокой кухне Темной империи.
– Леди, – темный эльф снова поклонился, – вы меня поразили. А мастер Шален будет, несомненно, шокирован вашей осведомленностью. Приятного аппетита!
И вновь поклонившись, подавальщик нас покинул.
А я все так же восторженно смотрела на то, что без применения кулинарной магии приготовить нереально (точно знаю, мы с Тоби раза два пробовали), и рука сама потянулась к вилке. Пожалуй, ничто иное я бы сейчас съесть не смогла, но от подобных шедевров не отказываются.
И тут я слышу:
– Милейший, – лорд-директор подождал, пока смотритель зала приблизится к нему, и вот тогда Риан ледяным тоном произнес: – Я все понимаю, и внимание вашего повара, несомненно, льстит, но... если этот дроу еще раз посмотрит на мою невесту, у вас не будет этого самого дроу и всего второго этажа данной ресторации!
У меня кровь от лица отхлынула.
Не знаю, как Риану, а мне за подавальщика стало обидно, сама знаю, как иной раз просто угодить хочется, точнее, хорошего человека порадовать. И потому...
– Магистр, – требовательно позвала я и, едва лорд Тьер соизволил повернуться ко мне, тихо сказала: – Это уже слишком, не находите?
На красивом лице наметились черные вены, губы мгновенно сжались, но мне сейчас действительно за темного эльфа было обидно:
– Не нужно менять подавальщика, – все так же тихо попросила я, – вы оскорбите этим его и... сильно обидите меня!
Черные вены проступили сильнее, вмиг превращая магистра в весьма устрашающее зрелище, но он все же произнес:
– Хорошо, родная! – затем повернулся к смотрителю и ледяным тоном: – Вы свободны.
Но при этом по поводу озвученной уже угрозы не сказал ничего! И я обиделась, действительно обиделась, а Риан сделал вид, что не замечает моего пристального взгляда и обратился к наблюдающему за развитием событий лорду Норгу:
– Как прошло ваше путешествие?
Гоблин сдержал лукавую улыбку и пустился в светскую беседу о дорогах, внезапно объявившихся в обеих империях Заклинателях, взлетевших ценах на сталь и тенденции в магии. Я слушала не особо внимательно и в беседе не участвовала. И есть уже не хотелось. Мне вся эта ситуация крайне не понравилась – лорд Тьер никогда не вел себя как высший аристократ, а сейчас... поведение соответствовало статусу.
– Да он смотрел на тебя, как... – внезапно сорвался Риан.
– Как? – переспросила я, ни капли не испугавшись ни самого магистра, ни его разъяренного взгляда. – Как та леди на площади смотрела на вас?
Лорд-директор промолчал, но взгляд изменился. Я же в сердцах произнесла:
– Никогда не думала, что вы будете вести себя вот так. Мне просто очень неприятно.
Гоблин внезапно рассмеялся и произнес:
– А помнится, лорд Тьер, при дворе наследного принца ваше совершеннейшее отсутствие ревности вошло в легенды. Как, однако, все меняется, стоит мужчине обрести свою женщину. – И уже мне: – Леди Риате, будьте снисходительны к плененному вашей красотой лорду. Поверьте, я знаю его уже много лет и «вот так» он ведет себя впервые.
Я попыталась улыбнуться, но улыбка вышла откровенно жалкой, а настроение все равно было испорчено. И на Риана я даже смотреть не хотела, полностью отвернувшись к прозрачной стене. Правда, запах кулинарного шедевра от печальных мыслей сильно отвлекал, к тому же я не хотела обижать повара.
Осторожно отломила вилкой кусочек кулинарного искусства, запах гриба тут же стал сильнее, а на тарелку просыпалось содержимое скрепленной желатином фигурки. Да, если повар маг, то явно в статусе магистра. И я лишь утвердилась в этом мнении, попробовав наконец этот салат, основой которого являлся грибной паштет. Изумительный вкус.
Неожиданно меня оторвали от наслаждения каждой порцией черного гриба, обняв за плечи, а затем, чуть касаясь моего уха, магистр про-шептал:
– Начинаю понимать, почему в Приграничье женщины на праздничных собраниях едят отдельно.
– Ну да, – я хитро улыбнулась, – это потому что самые лакомые кусочки неизменно оседают на женских столах, о чем мужчины, конечно, догадываются, но доказать не могут.
Хмыкнув, магистр прошептал совсем тихо:
– Боюсь, дело в другом – когда женщины вот так самозабвенно наслаждаются лакомыми кусочками, мужчины про еду забывают напрочь.
И лорд Тьер вернулся к беседе с гоблином, совмещая это с ужином. Когда с ужином было покончено, появились две подавальщицы. Девушки. Торопливо убрали стол, затем принесли вино и фрукты. На меня они старались вообще не смотреть, как, впрочем, и смотритель зала, подошедший к лорду Тьеру и осведомившийся, всем ли доволен высокий гость.
Когда вино было разлито по бокалам, а над нашим столиком неожиданно сгустились сумерки, лорд-харг Норг, вмиг утратив светский лоск, чуть подался вперед и произнес:
– И все же присутствие вашей невесты...
– Не обсуждается, – Риан сделал глоток вина и также даже без намека на светскость продолжил: – Итак?
– Все, как вы и просили, – лорд Норг выложил на стол двенадцать непроницаемо-черных камней.
Магистр протянул руку, взял один из камней и, прикрыв глаза, что-то прошептал. Я не разобрала, но это и не мне предназначалось, – камень вспыхнул. Огнем. В следующее мгновение над столом явился маленький, размером со стоящую рядом бутылку, дух... человеческого мага! Характерная одежда, золотой знак на груди, ну и человеческие лица по строению отличаются от лиц магов Темной империи.
– Замечательно, – Риан сжал камень, и дух был втянут внутрь своей черной тюремной камеры. – А вторую часть моей просьбы вам удалось выполнить?
Лорд-харг Норг усмехнулся, странно покачал головой и полюбопытствовал:
– Лорд Тьер, а вы уверены, что сумеете склонить духов к сотрудничеству и они действительно согласятся вести обучение ваших адептов?
Вилка, которую я все еще держала, вывалилась из ослабевших пальцев и со звоном упала на тарелку. Риан на мою реакцию внимания не обратил и, собирая камни в протянутый гоблином мешочек, спокойно ответил:
– Более чем уверен, – а затем добавил: – К тому же контролировать их будет Дара.
– Ваш возрожденный дух смерти? – переспросил Норг. – Но, насколько мне известно, она не абсолютно подконтрольна вам. И отдав ей духов, вы рискуете.
– Здесь речь идет о доверии. – Магистр улыбнулся. – Даре я доверяю безоговорочно.
– Доверие для человека вашего положения – непозволительная роскошь. – Лорд-харг Норг укоризненно покачал головой, но затем добавил: – Вы также интересовались методиками и полекционными планами Академии Прикладной магии седьмого королевства, их мне достать удалось в большом количестве, и они будут доставлены вам завтра почтовым экипажем. Однако сразу предупреждаю – вам потребуется переводчик. Что касается знаменитой Ведической Школы, к сожалению, нет ни шансов, ни возможностей.
– Жаль, – магистр тяжело вздохнул, – что ж, будем действовать через клан Блаэд и Первый дом.
– Сомневаюсь, что вы достигнете успеха, – гоблин развел крючковатые руки, – ведьмы ревностно оберегают свои знания.
– В любом случае попытаться стоит. – Лорд-директор подмигнул мне и добавил: – Не с первой, так с седьмой попытки все получится.
Это мне намекнули на сдачу зачета по Смертельным проклятиям с седьмого раза. Бросив обиженный взгляд на магистра, я все же решила поучаствовать в беседе:
– А эти маги, – я указала на мешочек с черными камнями, – они кто?
Ответил мне лорд-харг Норг:
– Это проклятийники, леди Риате. Как вам известно, несколько сотен лет назад, когда Черные всадники двинулись из степей Хаоса, нам противостояли силы объединенных человеческих королевств и сильнейшие человеческие маги. Причем маги оказались действительно достойными, и битвы за новые территории становились все более кровопролитными. И как исследователь, посвятивший многие годы изучению периода завоеваний, должен сказать, что неизвестно, на чьей стороне была бы победа, не прояви император Анаргар истинно темной смекалки. Он предложил населению перейти на сторону завоевателей, гарантировав им личную свободу. А так как тщеславие магов и рабское положение магически не одаренных достигло апогея, города и селения стали активно переходить на нашу сторону, встречая Черных всадников как спасителей. Как известно, император сдержал слово, уравняв в правах всех подданных империи. У магов оставалось два пути – подчиниться мнению большинства и покинуть территорию Темной империи или стать верноподданными императора, сохранив звания и имущество, ну кроме рабов, разумеется. Но маги выбрали третий вариант – организовали вероломное нападение на императора и членов императорской семьи. Если верить легендам, магам удалось бы одержать победу, если бы не...
– Артефакты! – внезапно догадалась я.
– Да, – лорд-харг Норг рассмеялся, – совершенно верно, леди Риате. Артефакты высочайших родов оказались магам не по зубам. Но суть не в этом – нападающие были схвачены и поставлены перед выбором: смерть или подобие жизни. Большинство выбрало второй вариант, ведь в случае достойного поведения им был обещан шанс на перерождение.
У меня в груди что-то нехорошо так кольнуло.
– Но все это история, леди Риате, суть же в том, что среди магов имелась особая категория – проклятийники. Они долгое время были не востребованы, и потому сотни лет прошли для них в непрерывном сне, сейчас же лорд Тьер посчитал нужным использовать их знания.
Я задумалась, повернулась к магистру и честно спросила:
– А захотят ли они нас обучать? Они же нас ненавидят!
Риан мягко улыбнулся и произнес:
– Поверь, человеческие королевства они ненавидят гораздо больше Темной империи, к тому же то проклятие, с которым мы недавно столкнулись... Вспомни подавальщика из таверны, Дэя. Тебя ничего не насторожило?
– Н-н-нет, – неуверенно выдала я.
– Это была проекция, – магистр чуть скривился, – достаточно качественная, чтобы даже я не распознал подделки. А на подобное способна только человеческая магия.
– Что-то произошло? – вмешался в наш разговор лорд-харг Норг.
– Да, – Риан повернулся к нему. – Меня пытались убить.
Гоблин округлил глаза, а в итоге громко расхохотался, стуча ладонью по столу и переходя на гогот, но через некоторое время, заметив взгляд лорда-директора, успокоился и удивленно спросил:
– Это не шутка?!
– Нет. – Магистр был совершенно спокоен.
Серая кожа лорда Норга приобрела странный оттенок, пальцы забарабанили по столу, затем он попытался что-то сказать, но, бросив взгляд на меня, передумал и произнес лишь:
– Понял, буду осторожнее.
– А также внимательнее и не используй магию до последнего. И... на твоем месте, я бы увез дочь из столицы в родовое поместье.
Мы посидели еще немного, лорды опустошили одну бутылку, затем принялись за вторую, я же медленно доедала паштет из черного гриба, не уставая восхищаться его вкусом, и к полному бокалу, стоящему передо мной, не притрагивалась. А потом лорд-харг Норг поднялся, тепло попрощался с нами, особенно приятно было его искреннее «Действительно рад с вами познакомиться, леди Риате», и покинул нас.
И остатки грибного лакомства были мною мгновенно забыты.
– Почему дочери лорда Норга может угрожать опасность? – тут же спросила я.
– У нее особые способности. – Магистр вновь пригубил вино. – Впрочем, сейчас девочке ничего не угрожает, просто Норг планировал оставить ее при посольстве, в то время как его супруга и новорожденный должны были отбыть в родовое поместье.
Ничего не поняла и потому вновь спросила:
– А что, при леди Норг опасность девочке не угрожает?
Рассмеявшись, Риан пояснил:
– Леди Норг сама кого хочешь угробит, особенно если придет в ярость и сменит ипостась. – Заметив мой недоуменный взгляд, магистр добавил: – Ты все поймешь, когда познакомишься с ней. Выдающаяся личность и какая-то там дальняя родственница моей мамы.
– А-а, – с пониманием протянула я. – Тогда все ясно.
Риан лишь улыбнулся, но в следующее мгновение улыбка исчезла с его лица... И только тогда я осознала, что нарастающий гул внизу – это чьи-то крики, а грохот – звук опрокидываемых столов.
– Оставайся здесь, – стремительно поднимаясь, скомандовал магистр.
Сумрачная сфера, окружавшая столик, мигнула и словно стала плотнее. В то же мгновение лорд-директор торопливо направился к дверям.
Я послушно сидела на месте, не шевелясь и дыша через раз, пока не услышала истошный женский вопль: «У него кровавые слезы!» И ощущение такое, что сердце замирает, а руки опускаются. Очень хотелось просто остаться здесь и даже не шевелиться, но... но что, если...
Заставила себя встать, с трудом выбралась из сферы, которая почему-то сейчас цепкий кустарник по ощущениям напоминала, и поторопилась туда, где слышались крики. Моя интуиция настойчиво твердила, что несчастье случилось с тем самым лордом-харгом Норгом, который составил нам компанию за ужином.
И стоило мне спуститься по лестнице, как выяснилось – все так и есть!
В огромном нижнем зале ресторации, где перепуганными посетителями были выбиты окна, а местами и проломлены стены, в окружении опрокинутых столов и столиков лежал лорд Норг, скрючившись от боли, и из его глаз текли кровавые слезы...
– Дэя, поднимись наверх! – Грозный оклик магистра перекрыл вопли убегающей прислуги и задержавшихся посетителей.
Риан обнаружился стоящим в двадцати шагах от лежащего гоблина, а больше никого вокруг не было, лишь слышались вопли убегающих и шум шагов по разбитому стеклу – все мчались прочь от «Золотой арфы». Паника! Паника охватила всех, потому что кровавые слезы – первый признак кровавого морового поветрия, а эта болезнь практически не лечится даже при помощи магии.
Но в данной ситуации я усомнилась, что мы имеем дело с этой страшной болезнью.
– Риан, он не может быть болен, в случае болезни лорда Норга начало бы рвать от спиртного, а он пил вино не далее как несколько минут назад.
Лорд-директор лишь махнул рукой, требуя, чтобы я немедленно поднялась наверх, сам же продолжал говорить с кем-то далеким.
Но в этот же миг застонал от невыносимой боли гоблин, захрипел отчаянно и, глядя на меня, потянулся к карману... Я вновь с мольбой взглянула на магистра, но тот отрицательно мотнул головой и вновь указал наверх. Да еще и глянул на меня так, что я невольно шажок назад сделала... А потом поняла, что если я вот так уйду и ничего не сделаю, то не прощу себе этого никогда, просто не прощу. И забыв о магистре, я побежала к лорду Норгу, опустилась на колени и, обхватив его голову руками, заглянула в темные раскосые глаза... Вот только гоблины не люди и даже не нечисть, и слез, нормальных слез, у него не было, лишь кровавые, а потому толком не разберешь, имеется ли проклятие. Но все же я решила попытаться:
– Актохэ ор ногрен агер энуэрро...
Два заклятия противодействия такого уровня в сутки – для одной адептки это многовато, не смертельно, нет, но любая простуда теперь пройдет для меня очень сложно. И все же вплетаю энергию в каждое слово, словно воочию видя свою тетрадь и вписываемые в стандартное заклятие изменения. Я запнулась лишь раз, произнося «эдвеэ нгесе», потому как в опасной близости вдруг оказался магистр Тьер, но прерывать формулу я не имела никакого морального права. И когда с последним словом лорд-харг Норг совершил судорожный вздох и расслабился, я расслабилась тоже, уже точно зная – получилось!
– Леди Риате, – сорванный голос лорду Норгу подчинялся с трудом, – леди Риате, вы...
Договорить он не успел – вспыхнуло алое пламя, и я полетела вниз...
* * *
Полет завершился в спальне магистра падением на его же постель. Жалобно мяукнул Счастливчик, которого мое приземление потревожило, но затем кошарик попросту перебрался ко мне ближе и блаженно замурчал, устроившись у меня под боком.
Некоторое время лежала, пытаясь понять, что произошло. Нет, то, что кто-то проклял лорда-харга Норга, – это я поняла, но вот поведение магистра оказалось выше моего понимания.
Вспыхнуло адово пламя!
Лорд-директор явился в одеянии Бессмертного. И стоило ему только заговорить, как стало ясно, что тьма на лице исключительно для того, чтобы меня не пугать.
– Я тебе сейчас скажу одну вещь, а ты, пожалуйста, выслушай и сделай выводы. Говорят, когда женщина становится матерью, весь ее мир переворачивается с ног на голову. Мама рассказывала, что стоило ей взять меня, новорожденного, на руки, и она возненавидела весь свет. Потому что раньше это был просто мир, а теперь она воспринимала его как врага для такого маленького и беззащитного меня. Так вот, Дэя, мой мир тоже перевернулся. Основательно и бесповоротно! И то, что для тебя просто прогулка с этим дроу или поездка домой в почтовом экипаже, для меня пытка – я усилием воли стараюсь не представлять те тысячи ситуаций, в которых ты можешь погибнуть! Потому что ты маленькая и беззащитная, а весь мир жесток и опасен!
И тишина.
Осторожно сползла с постели, встала, даже не с первой попытки, и переспросила, так как суть я уловила, но очень отдаленно:
– Это из-за лорда Норга? – И так как Риан продолжал молчать, я решила объяснить: – Если бы это было поветрие, мы с вами... с тобой оба заразились бы. Так что я была уверена, что имею дело с проклятием. А заклинание противодействия я знала, и потому...
– Хватит! – Голос магистра был совершенно спокоен, но что-то я вся от этого «хватит» дрожать начала.
И может, стоило промолчать, но нет, я молчать не стала:
– Я сделала то, что считала нужным. И я оказалась права. А если бы даже и нет, то мы заразились бы раньше.
– Дэя!
Умолкла ли я? Нет!
– Знаете что? – нервно сдернув котенка с постели, прижала Счастливчика к груди и потребовала: – Верните меня в академию. И лучше прямо сейчас, пока мы оба не наговорили того, о чем потом лично я буду жалеть!
Жаль, лицо Риана было скрыто черной непроницаемой маской, и увидеть его реакцию на свои слова я не смогла.
Вспыхнуло адово пламя.
Магистр подошел ко мне медленно, но в то же время решительно протянул руку... взял Счастливчика за шиворот и резким движением забросил в пламя.
– Мяв! – проорал котик.
– Что вы... – начала я.
– «Ты», – мрачно поправил лорд-директор.
– Что?
Адово пламя угасло, оставив Счастливчика где-то в неизвестном мне месте.
– Хватит постоянно говорить мне «вы», – глухим, неестественно спокойным голосом произнес лорд Тьер, – хватит, Дэя. Не нужно в очередной раз подчеркивать, что я для тебя посторонний!
И что-то было в его словах, вынудившее осторожно сделать шаг назад. Только один, потому что дальше была постель.
– Лорд-ди... Риан, – я судорожно вздохнула.
– А можно без этого «лорд-директор» хотя бы в моей спальне?!
Можно или нет, а я честно призналась:
– Вы меня пугаете.
Магистр промолчал. Огромная темная молчаливая фигура.
– Я тебя очень прошу, просто отправь меня в академию, – тихо попросила я, – потому что я не знаю, что так сильно разозлило тебя, но и мне в этот вечер твое поведение очень не понравилось.
Молчание, но в трех шагах от меня адово пламя все же вспыхнуло. Правда, чтобы дойти, требовалось миновать угрожающе безмолвную преграду в лице лорда-директора. И тут молчание было нарушено злым вопросом:
– Что тебе не понравилось?
И я все же это сказала, глядя в непроницаемо-черную маску, за неимением возможности посмотреть магистру в глаза:
– Ваше отношение к подавальщику в «Золотой арфе». Он просто хотел сделать приятное посетителю, ничего предосудительного юноша не совершил, а ваше отношение...
– Прежде чем ты продолжишь про отношение, – говорил лорд Тьер тихо, но у меня вновь все внутри задрожало от ощущения опасности, – позволь заметить, что тот вертлявый полуэльф служит в данном заведении более двадцати лет.
А я посчитала его юношей.
– Я же, – продолжил магистр, – эту ресторацию посещал неоднократно на протяжении десятка лет и весьма часто был в сопровождении леди. И ни одной из них данный «юноша» не пытался «сделать приятное». И я даже больше скажу, родная, ни на одну из них он не смотрел так, как позволил себе смотреть на тебя.
Как объяснить тому, кто привык на всех глядеть свысока, что простых людей высокомерие обижает? Я не была удивлена поступком темного эльфа, мне и самой иной раз хотелось порадовать приятных посетителей, а уж ему-то, много лет наблюдающему, как леди «наступают» на прически тех, кто сидел в нижнем зале...
– Это было проявлением вежливости и радушия, – попыталась я донести эту мысль до Риана. – Ничего более. Да он в любом случае вам не соперник!..
Сказала я и осеклась.
– «Тебе», – прорычал магистр.
Мама всегда говорила, что иной раз с мужчинами лучше всего срабатывает правило: «Отойди в сторону и сотвори благо».
– Мы поговорим позже, когда... ты и я успокоимся, – решила я. – Сейчас ты меня просто не слышишь.
Я осторожно обошла магистра, но, едва подошла к огню, вспомнила про свитер. Меховая накидка с капюшоном так и осталась в ресторации, но свитер, тем более подаренный леди Тьер, я решила вернуть.
Торопливо стянув одежду, я вывернула вещь, сложила и сказала спине Риана:
– Это твое, забери, пожалуйста.
Иногда вполне обыденные слова приводят к страшным последствиям... Лорд Тьер в мгновение вспыхнул огнем! Весь! В тот же миг пламя, ведущее в академию, угасло, а затем я услышала рев:
– ЧТО?!!
Вздрогнув всем телом, я не успела ответить – пылающий огнем магистр стремительно развернулся и в два шага оказался возле меня.
– Не... – моя попытка объяснить ситуацию была задушена на корню.
Поцелуй, властный, сильный, наполненный какой-то злой решимостью, почти болезненный, но у меня не было даже шанса вырваться, и мы горели в огне вдвоем. Буквально. Языки пламени обжигали лишь немногим больше прикосновений Риана, и огонь ревел все сильнее, как голодное пламя лесного пожара... Я кожей ощущала, как тлеет одежда, я задыхалась от невозможности сделать вдох, я...
– Хватит, – взмолилась, едва он прервал жестокий поцелуй, – хватит, пожалуйста, лорд-директор, вы...
– Кто? – хрип.
И пламя взревело втрое сильнее, а магистр сжал волосы, вынудив меня запрокинуть голову, и забыл обо всех своих обещаниях напрочь.