ХуаЛяни[ЗАКОНЧЕНО]

Не сводя с него глаз, Хуа Чэн глубоко вздохнул.

В следующий миг он вдруг притянул Се Ляня к себе и произнёс:

— Ваше Высочество!

— Теперь тебе лучше? — похлопав его по плечу, ответил принц.

— Ваше Высочество, ты только не переживай, это моя вина, что заставил тебя волноваться, — шепотом сказал Хуа Чэн.

Се Лянь покачал головой и тоже понизил голос:

— Это я виноват, раз сразу не заметил, что тебя это гложет.

— Ваше Высочество никогда и ни в чем не будет виноват, — в ответ произнёс Сань Лан и, сделав небольшую паузу, продолжил: — Никто кроме тебя никогда не говорил мне ничего подобного.— Как же так? Быть такого не может! — не веря свои ушам отозвался Се Лянь. — Неужели даже в детстве никто не называл тебя милым?

Когда он стал призраком, никто не заострял внимания на его внешности, когда он стал Непревзойденным, никто больше и не смел эту самую внешность критиковать. Но ведь с детьми всё было по-другому — им обязательно от кого-нибудь да доставались комплименты. Находились люди, которые даже брошенную всеми и чумазую Бань Юэ, когда она была ещё ребёнком, абсолютно серьезно называли милой.

Что и требовалось доказать — спустя какое-то время Хуа Чэн усмехнулся и сказал:— Называл.

— Ну вот! — с облегчением ответил Се Лянь. — Искренне верю, что это был хороший человек, и я ему очень благодарен.

Но тут Хуа Чэн медленно произнёс:

— Это был ты, Ваше Высочество.

— А?!

— Ваше Высочество, ты всё забыл? — обиженно отозвался Сань Лан, выпуская гэгэ из рук. — Это именно ты тогда сказал, какие большие у меня глаза, и что это очень мило. Я так и думал, что ты меня обманывал.

Совершенно очевидно, что ничего постыдного здесь не было, но, неизвестно почему, лицо Се Ляня было готово вновь раскраснеться от смущения. Будто пытаясь сопротивляться этому, он неуклюже оттолкнул Хуа Чэна от себя.

— В-В чем это я тебя обманул, истинную правду же сказал. Просто...

Просто это, правда, было слишком давно. Как бы он ни старался, в памяти всплывали лишь смутные образы. Он помнил того ребенка, но не мог припомнить что именно ему говорил, — быть может, он действительно наобум ляпнул что-то подобное, да и только.
Но теперь он чувствовал себя невероятно виноватым: почему тогда не сказал ему больше добрых слов, почему не был достаточно серьёзен, достаточно убедителен?

Хуа Чэн закинул ногу на ногу, ладонью подпер щеку, и, улыбнувшись, сказал:

— Шучу. Но в тот момент я и правда думал, что Ваше Высочество меня обманывает. Потому что, помимо тебя, все остальные называли меня уродцем и мелким демоном.

Сердце Се Ляня дрогнуло от боли, и он перестал отталкивать от себя юношу, снова придвинувшись к нему поближе:

— Все их слова — чепуха, так что просто забудь о них.

— И то верно, — громко рассмеявшись, ответил Хуа Чэн. — Вскоре я понял, что не должен был верить тем людям. Ведь что они могут, кроме как нести чушь? И конечно, лишь слова Вашего Высочество были верны. Только ты всегда говоришь правду. Се Лянь: — ...

Улыбка заискрилась на лице Хуа Чэна, и он продолжил:

— Честно. Даже если Ваше Высочество скажет, что солнце восходит лишь для него одного, я соглашусь. Я поверю в это.

Се Лянь: — ...

— Есть в Вашем Высочестве что-то такое, что заставляет людей безоговорочно тебе верить, — ласковым голосом произнёс Сань Лан.

Се Лянь: — ...

Ну вот опять, опять!

Ему бы очень хотелось знать, почему, ну почему, каждый раз, как бы ни начинался их с Хуа Чэном разговор, заканчивался он всегда тем, что принц готов был под землю провалиться от стыда. Закрыв лицо руками, он свернулся в клубок, забившись в угол, и со вздохом сказал:

— Ох, Сань Лан... — даже кончики его ушей покраснели. — Я же взаправду старался тебя утешить, и вот за что ты так со мной?Ведь тот прекрасно знал, что больше всего на свете принц боялся, когда кто-либо упоминал прославившие его высказывания или поступки давно минувших дней, которые он совершал будучи моложе.

Хуа Чэн, впрочем, вновь приблизился, не собираясь сдаваться и словно прилипнув к нему, и с серьезным видом сказал:

— Гэгэ, так и я тоже взаправду¹!

У него будто выросло четыре пары рук, и как бы Се Лянь не старался его оттолкнуть, у него ничего не выходило. Возразить ему тоже было нечем, поэтому в итоге он решил всё же сдаться, наспех соглашаясь:

— Хорошо-хорошо-хорошо, что бы я ни сказал — всё верно, и ты всему поверишь, так?

— Угу, — охотно подтвердил Хуа Чэн.

— Значит, — поднявшись, сказал Се Лянь. — В том, что мы обсуждали сегодня, ты тоже обязан мне довериться...
___________________________________________

Скоро конец этой истории!!!😻😻 И начну писать новую. Скоро этот фанфик будет закончен. Я наверное начну писать про Нагису и Карму.( Аниме Класс Убийц)