23
От кого: Лисёнок🦊
Кому: Сунарин🧡💞
доброе утро🧡
прости, Ринни, наверное, я сегодня останусь с Хару, ему сейчас нужен кто-то рядом
***
[ Больница префектуры Хиого, кабинет главного врача. ]
Аканэ приподнимается на диване, принимая положения сидя. Волосы растрепались, а костюм безбожно помят. Она вновь уснула здесь, не решившись вернуться домой.
И какой смысл туда возвращаться? Каждый угол, предмет интерьера, вещь дышит воспоминанием об Иуоо. Кажется, это стало уже навязчивой мыслью. Крутится и крутится в голове без остановок, будто другого в этом мире нет. Только он.
Женщина встает с кожаного сиденья и осматривает расфокусированным взглядом кабинет. Надо собраться и продолжить работу. Надо вновь уйти с головой в чужую боль, чтобы не замечать свою.
Она подходит к столу и хватает чашку с недопитым кофе. Тот, который принес Теруши, пришлось выкинуть, а новый быстро нашелся в автомате при входе в больницу.
Врач одним глотком допивает горькую жидкость и ставит пустой сосуд обратно на стол. Взгляд цепляется за яркий стикер, прилепленный к одной из многочисленных больничных карт. Руки тянутся к оранжевому пятну и срывают его. Аканэ пытается разобрать, что на нем начеркано, а когда все-таки читает написанное, раздраженно сминает бумажку и кидает в сторону мусорки.
" Знаю, что ты опять не послушаешь, но хотя бы попытайся съездить домой. Не ради Иуоо или детей, а ради себя. Поспи нормально. "
Да пошел этот психиатр. Возомнил, что знает о ней все, и теперь наседает со своим лечением. Она не очередная чокнутая из его отдела.
Женщина устало валится на свое рабочее кресло, растекаясь по жесткому сиденью. Все тело ломит от постоянного сидения и короткого сна на неудобном диване. Может, стоит сходить в комнату медсестер и немного освежиться? Нет, показываться в таком виде перед подчиненными не надо.
Возможно, где-то этот Теруши прав. Все-таки это и её дом тоже. Она просто приедет туда нормально принять ванну и поспать на удобной постели, а потом снова потеряется в больничных коридорах.
Все равно дети будут в школе. Не придется лишний раз смотреть на две маленькие копии мужа.
***
|| телефон Акихиро ||
***
Сообщение от: Акихиро-сан🤓
Привет, колючка. У тебя всё нормально?
Сообщение от: Акихиро-сан🤓
Эээ, нет, ничего не случилось. Просто интересно. Ты сегодня надолго в школе?
Сообщение от: Акихиро-сан🤓
Хорошо, скажу как есть: мне нужно знать, где ты. Почему не пошла в школу?
Сообщение от: Акихиро-сан🤓
Понял. Спасибо, что ответила.
***
|| телефон Акихиро ||
***
-хей, дразнилкаааааа
-как ты, лисичка моя?
-сидеть на уроках — скуууууука
-как там Хару?
***
Харука понимает, что чувства переполняют его. Заполняют до самых краев, грозясь вылиться и затопить все вокруг.
Харука понимает, что не выдержит этого.
Харука каждый день видит солнце. У его солнца рыжие волосы, небесные глаза и веснушчатые щеки. Его солнце зовут Чисо Хьюго.
Чисо улыбается ярко, говорит громко, обнимает крепко. Заставляет любить себя сильно.
Он без задней мысли прижимает к себе Хару, успокаивая, когда тот рассказывает про свою семью. Он говорит четко, проговаривая каждое слово, когда Хару упивается в ненависти к себе. "Ты прекрасный. Ты чудесный. Ты мой лучший друг."
Чисо зовет его гулять, когда видит, что он не хочет возвращаться домой. Приглашает в гости и просит остаться до вечера. И Харука чувствует, что рядом с Чисо слово дом обретает смысл.
Хьюго позволяет Хару рисовать его. Позирует по несколько часов, не смея даже заикнуться о том, что он устал или ему скучно.
И Харука понимает, что любит.
Любит каждый звук, срывающийся с манящих губ, каждое касание, которое кажется слишком коротким, каждый взгляд, в котором так хочется увидеть ответное чувство.
Харука боится показать свою слабость кому-то. Боится быть высмеянным, униженным, забытым. Боится, что его солнце перестанет светить.
И поэтому молчит, душит в себе это чувство, прячет далеко-далеко. Но оно каждый раз вырывается наружу, тянется к одному единственному лучику света. К Чисо.
И Харука понимает, что он неправильный.
~
— Я вхожу, — Т/и аккуратно толкает приоткрытую дверь, удерживая в руках поднос с тарелкой, — Ру, солнышко, вставай.
— Я не хочу, — голос мальчика заглушается слоем одеяла, которым он накрылся с головой, — Ничего не хочу.
— Ну уж нет, — девушка ставит свою ношу на стол и плюхается на кровать, придавливая собой закутанного брата, — Вставай, Малыш Ру~у.
— Не называй меня так, — из-под одеяла высовывается мордочка Хару с опухшими от слез глазами, — Я не малыш.
— Ладно, Малыш Ру, — игнорирует слова мальчика Т/и и поудобнее устраивается на чужом теле, обнимая кокон, — Мне кажется, что мы посменно грустим и успокаиваем друг друга.
— Точно родственники, — Харука освобождает руки из плена тёплой ткани и кладёт их на спину обнимающей сестры, — Прости, что наговорил вчера грубостей.
— Ничего, — тянет школьница, — Я понимаю, ты был расстроен и зол. Всё нормально.
— Ты точно не злишься? — уточняет Хару, не уверенный в словах девушки.
— Конечно, — она тепло улыбается, рассеивая чужую обеспокоенность, — Не хочешь рассказать, что произошло?
— Мне... — неуверенно начинает младший, — Мне трудно об этом говорить.
— Возможно, тебе станет легче, если ты поделишься.
— Ты думаешь? — мальчик запускает одну руку в волосы школьницы, стараясь отвлечь себя, — Это давит на меня. Я хочу рассказать, но боюсь, что ты... Ты разочаруешься во мне.
— Я никогда не разочаруюсь в тебе, — твёрдо произносит Т/и, решительно смотря в родные глаза.
От непоколебимой уверенности сестры все внутри делает кульбит и вновь встаёт на свои места. Никому в жизни Харука не был готов довериться полностью, но сейчас желание рассказать, вывернуть всю душу наизнанку накрывает с головой.
— Я люблю Чисо, — неожиданно легко слова слетают с губ, — Я люблю его. Т/и, я гей.
Хару внимательно следит за каждой эмоцией на лице девушки, пытаясь уловить момент, когда на нем появится отвращение. Но этого не происходит. Губы девушки шире растягиваются в улыбке, в уголках глаз собираются мелкие морщинки, а взгляд теплеет.
— Ты такой сильный, Харука, — нежно говорит школьница, рукой проводя по мальчишескому лицу, — Я горжусь тобой.
Хару не чувствует, как по щекам начинают катиться слёзы. Он ничего не чувствует, кроме всепоглощающей благодарности.
— Ну, что ты, мой хороший, — Т/и сильнее прижимается к телу брата, позволяя тому забыться в рыданиях, — Я люблю тебя. И буду любить всегда.
— Спасибо, — слышится между всхлипами.
Они замирают в такой позе. Харука постепенно успокаивается, размазывая остатки соленой влаги по щекам. Девушка баюкает его в своих руках, позволяя выпустить весь страх и всю боль, которые накопились за годы молчания.
***
-я только вернулся домой, лисёнок, был у близнецов. кстати, их мама спрашивала про тебя.
-хотела узнать, почему ты не с нами
-Атсуму начал нести какую-то чушь про дополнительные занятия, но госпожа Мия ему не поверила
-помнишь ту ночевку?
-когда всё закончится, хочу повторить
-только вдвоем
~~~
Джун ("восьмой"), 28 лет
estp, холерик
Дата рождения: неизвестна
— Начал работать у Харады примерно десять лет назад.
— Никогда не рассказывал о происхождении своего шрама, единственное — это тот факт, что он у него с детства.
— Никто не знает о его связи с Акихиро, чем он успешно пользуется, помогая старшему сыну Харады.
— Обожает сладкое, но никому об этом не говорит.
— Любимое развлечение: временами отключать все камеры в резиденции и наблюдать за тем, как все суетятся.
— О жизни до вступлении в должность очередного "глазка" ничего не известно.
~~~
[ резиденция семьи Харада ]
— Поджидаешь меня, подлая крыса? — Джун недалеко отходит от кабинета Харады и натыкается на притаившегося в темноте Акихиро.
— Отец держал тебя дольше обычного, — Аки выходит из своего укрытия и направляется уже известным путем, — Идем.
— У этого маразматика сегодня было больше вопросов, — негромко отзывается мужчина, ровняясь с отпрыском Харада, — Все выпытывал у меня, где же на самом деле были твои ненаглядные детишки.
— Перестань, — осаждает его Акихиро, — Надеюсь, ты не рассказал?
— Обижаешь, — ухмыляется светловолосый, поворачивая в темный коридор, — Я работаю с этим выродком уже с десяток лет. Научился врать так, что он поверит в любое мое слово.
— Больше говори, — Акихиро останавливается первым, упираясь взглядом в металлическую дверь - служебная комната, — У него тут везде жучки понапиханы. Глазом своим покоцанным моргнуть не успеешь, как будешь отдыхать в земле.
— Не забывай, кто эти самые жучки и устанавливал, — Джун тянется к дверной ручке и, грубо дергая её, толкает дверь, пропуская темноволосого вперед, — Ну, может быть, расскажешь, зачем мне надо было прикрывать твоих мальцов ценой своей задницы?
— Надо было, — коротко отзывается Аки и осматривает комнату быстрым взглядом. Все так же, как и было в прошлый раз: бордовые стены, приглушенный свет, широкий бильярдный стол в одном углу и несколько черных кресел в другом, рядом с которыми располагается небольшой бар. Пристанище всех "глазок".
🔞
— Твоя многословность меня поражает, — саркастично отвечает светловолосый и подходит к креслам, устало плюхаясь на одно из них, — Пришлось уговаривать четвертого, чтобы он не проверял дом после меня. Этот придурок на полном серьезе собирался взломать замок.
— Давай быстрее, — торопит того Акихиро, быстрым движением стягивая с себя дорогой пиджак и ослабляя галстук.
— Какие мы нетерпеливые, — смеется Джун и наблюдает за действиями мужчины напротив.
— Я не собираюсь торчать тут с тобой всю ночь, — Аки подходит к сидящему и опускается на пол перед широко раздвинутыми ногами. Руки с музыкальными пальцами принимаются расстегивать ширинку черных брюк.
— Погоди-погоди, Хиро, — светловолосый хватает чужие руки и отводит от своей промежности, — Ты куда так торопишься? — он наклоняется ниже, приближаясь вплотную к чужому лицу, — Мы так не договаривались.
Джун аккуратно касается губ мужчины, медленно проводя по ним языком. Немного склоняет голову и целует уже настойчивее, проникая в теплый рот.
— Сними очки, — он отстраняется для того, чтобы любовник снял мешающий аксессуар, — Мне в кайф видеть твои глаза без этих стекляшек.
— Как прекрасно, что без них я не вижу тебя, — колкость тонет в поцелуе.
Они целуются яростно, пытаясь перенять инициативу. Языки сплетаются, слышаться влажные причмокивания, от которых у каждого внизу живота сворачивается тяжелый клубок желания.
— Всё, — Акихиро отталкивает удерживающие руки и одним движением заставляет Джуна откинуться на спинку кресла, — Достали твои лизания.
— Ой-ой, вы гляньте, и кто мне это говорит? — светловолосый резко втягивает в себя воздух, когда тонкие пальцы расстегивают ширинку и отодвигают ткань трусов, высвобождая вставший член, — Будущий глава семейства Харада, который прямо сейчас мне отсосет.
— Я не собираюсь наследовать компанию, — Аки на пробу проводит языком по тяжелой головке, — А теперь замолчи.
— Ну и что ты... — Джун давится воздухом, когда темноволосый вбирает член наполовину. Юркий язык очерчивает выступающие венки, мужчина ритмично двигается взад-вперед, помогая себе рукой. Акихиро прикрывает глаза, второй рукой проводя по крепкому бедру сидящего.
Восьмой чувствует, что плывет от каждого умелого движения Хиро. Мысли путаются, а голова становится тяжелой, поэтому он запрокидывает её, закатывая глаза от удовольствия.
Акихиро немного отстраняется и дует на влажную головку, получая в ответ протяжный стон.
— Не дразни, — рычит светловолосый, нашаривая рукой чужую ладонь на своем бедре и крепко сжимая.
Аки вновь вбирает половой орган наполовину, расслабляя горло, чтобы принять его полностью. Вдыхает побольше воздуха через нос и насаживается до конца. Сильные пальцы восьмого сжимают руку до боли, Джун низко стонет, стискивая зубы.
— Блять, какой ты... — он опускает взгляд на любовника, — Посмотри на меня.
Акихиро послушно распахивает светлые глаза, впиваясь взглядом в лицо, искаженное в удовольствии.
— Ты охуеть, какой красивый, Хиро, — тянет Джун, вновь забываясь от чужой ласки.
Аки позволяет мужчине ритмично вскидывать бедра вверх, выбиваясь в его горло. Глаза становятся влажными от сильных движений, а небо неприятно саднит, но он лишь сильнее насаживается, упиваясь чужими приглушенными стонами.
— Я сейчас... — рвано выдыхает Джун, свободной рукой хватая темные волосы на затылке Хиро и удерживая его на своем члене.
Акихиро давится струей горячей спермы и старается все проглотить, чтобы просто не захлебнуться.
— Вау, — светловолосый отнимает свою руку от волос любовника и позволяет ему отодвинуться, жадно хватая воздух, — Ты невероятен.
Аки поднимается с колен, вытирая рукой остатки семени с губ.
— Мы квиты?
— Это была моя плата за маленькую ложь? — ухмыляется Джун, прекрасно зная ответ на этот вопрос, — Готов врать старику хоть каждую минуту.
— Смотри не потеряйся в своей лжи, — он поднимает скинутый пиджак и перекидывает его через плечо, направляясь к выходу, — Мы не знакомы.
— Да-да, — светловолосый торопливо убирает все достоинство обратно в трусы и застегивает ширинку, вставая следом за мужчиной, — Я тебе — никто, ты мне тоже.
— Верно, — Акихиро оборачивает у самой двери, поправляя очки, которые вернулись на свое законное место, — Иначе ничего не получится.
Он выходит, оставляя Джуна наедине с утихающий эйфорией. Тот медленно достает пачку сигарет из кармана и зажигалку, закуривая.
— А глаза все-таки у тебя красивые.