Глава 6
Джейден
Я выхожу в зал с майкой в руках. Пульс постепенно успокаивается, в голове приятная пустота и никаких лишних мыслей. Блаженство. Даже дышится легче.
Блондинка сидит за барной стойкой и светит пупком. Пристально смотрит в стакан, точно дыру пробурить хочет. По телу прокатывается легкая дрожь, как вспомню эти дикие испуганные глаза.
Будто чувствует, отрывается от созерцания льда в бокале. Ловлю ее взгляд, ухмыляюсь под нос и медленно натягиваю футболку. Специально, да. На расстоянии вижу, как зрачки шире становятся. Отворачивается, спину выпрямляет, напрягается. Как ребенок, ей-богу. Может, она еще и при слове член краснеет?
Обхожу ее неспешной походкой и облокачиваюсь на бар. Стреляю Энтони в упор.
- Я не успел Джесс остановить, - выдает тот недовольно.
Такое чувство, что это я провинился, а не он.
- Налей, - киваю на бутылки за его спиной и игнорирую девчонку.
Боковым зрением замечаю, как она нервно теребит завязки короткой кофты и жует губы.
- Не рано для виски? – подает голос, когда я делаю первый глоток.
Напиток обжигает горло, я заливаю еще. Стучу стаканом по ее пустому.
- Чинь-чинь, - подмигиваю, а затем нюхаю, что в нем, - а для апероли?
Мы сверлим друг друга взглядом.
- А где же твоя, - подбирает слова, - подружка?
- Отдыхает.
Блондинка делает театральный вздох и всем корпусом поворачивается ко мне.
- Помоги, - говорит прямо.
- Ты еще за прошлый раз не рассчиталась.
Похвально, что не тянет резину, но, если честно, она меня достала.
- Оплачу оптом. Пожалуйста.
Тихо смеюсь.
- Ты в каком мире живешь? Где слово «пожалуйста» еще что-то значит?
- Это элементарная вежливость, которая тебе явно чужда.
Не от мира сего девчонка. Вроде не из робких, на мотоцикле ездит, а все равно слишком наивная.
- Я правда не пришла бы, будь у меня другой выход, - давит она.
- У тебя всегда есть выход.
Делает вид, что не понимает.
- Сказать правду, - поясняю.
Прыскает и закатывает глаза.
- Давай без нравоучений. Что ты хочешь взамен?
Я выдерживаю паузу, ощупываю ее взглядом. Даже в труднодоступных местах. Вся в белом, как ангел. Бежала бы ты, девочка, от меня.
- Кроме секса, извращенец!
Наклоняюсь ближе.
- Секса, как ты успела заметить, мне и без тебя хватает.
Глаза той невольно скользят ниже пояса. Она быстро возвращает их обратно, утыкается в переносицу или выше. Но я-то уже словил мышонка.
Точно! Меня озаряет. Гайка – вот на кого она похожа. Та самая, что дружила с Чипом и Дейлом. Вылитая.
- Только один ужин, - не унимается, - пожалуйста. Тебе даже идти далеко не придется. Всего пару этажей. Можешь изобразить глухонемого и вообще весь вечер молчать.
До колик раздражают ее эти «пожалуйста». Она касается моей ладони. Но хватает лишь одного взгляда, чтобы одернула руку.
Мышка замолкает. Дает время пораскинуть мыслями.
Желания идти в их семейное логово, если честно, нет никакого. Мы хоть и живем много лет по соседству, с ее родителями я общаюсь исключительно на расстоянии и кивками головы. Это Брайс у них в любимчиках ходит.
Смотрю на Джесс пристально, та выдерживает мой взгляд. Не первый раз уже. Есть в ней что-то бесстрашное при всей наивной простоте.
- Ладно, - спрыгивает, поправляет хвост, вертит аппетитным задом, - дурацкая была идея, выкручусь сама.
Шагает от меня, но я перехватываю ее за локоть и притягиваю обратно. Окутываю своей темнотой.
- Я еще не сказал «нет».
- Умолять на коленях я не стану.
Сучка.
- Для чего тебе этот цирк? – не выдерживаю и спрашиваю.
А девчонка точно собирается выдать заготовленную речь.
- Правду. Давай без вранья. И допустим, за вчера будем квиты.
Она дергается и дает понять, что ей некомфортно в моих оковах. Но никто не обещал ей рая.
- Джош, он…
- Кучерявый твой?
- Да, - хмурит тонкие брови, - он сказал отцу про моего «нового парня». И «нового парня» пригласили на ужин.
- Хочешь заставить кучерявого ревновать?
- Хочу заставить его хоть что-то почувствовать.
Ауч. Попадает в болевую точку. Мы смотрит друг на друга, а на самом деле – сквозь.
Она выжидает секунду, две, десять. Разжимает мои пальцы и, прокрутившись на пятках, уходит. Уже открывает дверь, когда я, ведомый глупым порывом, окрикиваю ее.
- Стой! Во сколько?
Вот сто пудов же мне это аукнется.