21 часть.
Год спустя.
Год тихой, свободной жизни. Амалия жила, никого не трогая, и выстроила свой хрупкий, но устойчивый мирок. Она родила мальчика, назвала его Эмиль. Жизнь без мужа была сложной, но счастливой по-своему — в ней было спокойствие.
Крах бизнеса отца после встречи с Русланом оказался в каком-то смысле благом. Сбросив груз чужих амбиций, он стал простым таксистом. Мама устроилась в продуктовый магазин. А сама Амалия, подрабатывая официанткой в небольшом ресторанчи, приносила в дом свою долю. Денег хватало на скромную жизнь, и это их устраивало. За это время семья сплотилась так, как никогда прежде. Они были командой.
Особой поддержкой стал Лука, ее друг. Молодой архитектор, воспитанный, образованный и невероятно тактичный, он стал для Амалии настоящей опорой. Помогал с Эмилем, чинил дома то одно, то другое, мог просто прийти и развеять ее тоску. Родители души в нем не чаяли, называя его «нашей находкой» и почти считая сыном.
Но не все было так безоблачно. В первое время Амалия не могла даже оставаться одна в квартире, вздрагивая от каждого шороха. Ребенок стал ее единственным утешением. Каждую ночь ее мучили кошмары, в которых к ней приходил он — Руслан. В каждом грозном незнакомце на улице, в каждом резком звуке ей чудилась его тень. Шрамы на душе затягивались медленно.
---
А Руслан... Его жизнь за этот год превратилась в кромешный ад. После ее побега он не находил себе места. Поиски, которые он вел с маниакальным упорством, не давали результатов. Саида постаралась на славу, запутав следы так, что даже его связи оказались бессильны.
Он пытался заглушить боль в ночных клубах, пропадая там до утра. Он стал еще более яростным, злым и жестоким. В каждой девушке он безуспешно пытался найти ее черты, но каждый раз, едва приблизившись к кому-то, отшатывался с отвращением. Никто не мог заменить Амалию. Он дни и ночи думал только о ней, убеждая себя, что если найдет — то прикончит. Это была единственная мысль, что давала ему силы не свалиться в полное безумие.
В работе все наладилось, но его методы стали еще беспощаднее. Он уничтожал всех на своем пути. Как-то к нему пришла Карина, вся в слезах, моля о защите от некоего преследователя, которым, как оказалось, был его же соперник. Руслан согласился ее прикрыть, но не из жалости. Он давно раскусил ее игру — Карина была двойной игрок, сливавшая планы его врагу.
***
Он приехал к родителям, надеясь найти хоть каплю покоя, но не находил его и там. Пока он сидел в своей старой комнате, до него донесся приглушенный, но напряженный разговор из кабинета отца. Он вышел и замер на лестнице.
— Долго мы еще будем скрывать от него? — спросил муж Саиды, его голос был усталым.
—Не знаю, — голос Саиды дрожал. — Мне жалко Амалию. Я не могу подвергать ее снова такому испытанию. Но и Руслан... Я не могу найти в нем своего сына. Он изменился до неузнаваемости.
—Может, все-таки стоит ему рассказать?
—А если он снова навредит ей?
—Саида, ты слепая? Ты не видишь, в каком он состоянии? Он на себя не похож!
В этот момент дверь в кабинет с грохотом распахнулась. На пороге стоял Руслан, бледный, с горящими глазами.
—О чем вы? — его голос был хриплым шепотом.
—Руслан, сынок... — начала Саида, вскакивая с места.
—И как давно вы собирались это скрывать от меня? — перебил он, его слова резали воздух, как лезвие. — Вас, кого я считал родителями? Людей, распорядивщиеся моей жизни
—Руслан, пойми, ей было нелегко с тобой, сам подумай, как ты с ней обращался...
—Не ваше дело, как я с ней обращался! Я сам буду решать, что с ней делать! Немедленно скажите, где она!
—Руслан, постой, успокойся сперва...
—К чертям спокойствие! Дайте мне ее местонахождение!
---
В тот день Амалия, чувствуя необъяснимую тревогу, уговорила родителей съездить на дачу. Мать беспокоилась.
—Дочка, ты точно уверена, что не хочешь с нами? Или давай мы все-таки останемся?
—Мам, не переживай, — улыбнулась Амалия, делая вид, что все хорошо. — Вы с отцом давно не отдыхали. Езжайте, в следующий раз вместе поедем.
—Ты точно уверена?
—Да, мама, выходите уже.
—Ладно, будь осторожна, любимая.
Проводив их, Амалия осталась одна. Вечером она вышла с коляской подышать воздухом, зашла в магазин за продуктами и вернулась домой. Эмиль, убаюканный покачиванием коляски, крепко уснул. Он был удивительно легким ребенком, мало плакал и много спал. Амалия отдавала ему всю себя, не представляя жизни без сына.
Уложив его в кроватку, она пошла принять ванну, выключив свет во всех комнатах, кроме ванной. Теплая вода немного сняла напряжение.
Закутавшись в мягкий халат, с влажными волосами, она вышла на кухню, чтобы взять бутылку воды из холодильника. В квартире царила умиротворяющая тишина, нарушаемая лишь мерным дыханием Эмиля из соседней комнаты.
Она открыла дверцу холодильника, и яркий свет ослепил ее, выхватив из темноты ее фигуру. Она потянулась за бутылкой, и в этот момент позади раздался тихий, но совершенно отчетливый шорох.
Сердце ее провалилось в пустоту, а затем заколотилось с бешеной скоростью. Медленно, как в самом страшном своем кошмаре, она обернулась.
В проеме двери, отделявшей кухню от гостиной, стояла высокая мужская фигура. Свет от холодильника не доставал до его лица, оставляя его в тени, но его силуэт, его саму сущность она узнала бы с закрытыми глазами. Это был он.
Она вскрикнула и инстинктивно прижала ладони ко рту, заглушив звук.
Кошмар стал явью.