Глова 11.
— Ну что ж, разогрев окончен, теперь начинается жара, — хищно улыбнулась Ренне, оглядывая круг. — Алекс, готовься. Я чую, ты у нас главный источник интриг.
— Я просто честная, — спокойно ответила Алекс, откидываясь назад и делая глоток сидра, будто заранее.
— Никогда не... лизала что-то с чужого тела.
Тишина. Затем Алекс без единого слова делает глоток. И, к удивлению всех, Макс — тоже.
— МАААААКС?! — взвизгнула Лоли. — Что? Где? КОГДА?!
— Э-э-э... — он запаниковал. — Это был... шоколад. На животе. На дне рождения... Алекс сказала, что я не стану. А я стал. Всё. История закончена!
— Ты сам это выбрал, — сухо кивнула Алекс, не глядя на него.
— Я был моложе! — возмутился он.
— На два месяца, — вставила Кристина.
— Твою ж мать, — прошептала Билли, не отрывая взгляда от Алекс. — Ты ходячая легенда.
— Следующее! — вскрикнула Ава, едва сдерживая смех. — Никогда не использовала еду как часть прелюдии.
Опять — тишина... и только Алекс делает глоток. Очень спокойно. Как воду.
— Это были взбитые сливки или мороженое? — тихо спросила Билли.
— Обе, — ответила Алекс, не поднимая глаз.
— Алекс, прекращай! — взмолился Макс. — Моё воображение подаёт на увольнение!
— Я никогда не... спал с человеком, с которым у меня были отношения только ради секса и ничего больше, — бросил Волф, облокачиваясь на колено и внимательно глядя на круг.
Наступила густая тишина. Такая, от которой даже сидр в банках казался тише.
Алекс, не колеблясь, делает глоток.
Кристина — чуть помедлив, но тоже.
И... Макс. Медленно. С видом "я не горжусь этим, но и не жалею".
— Ну всё, — театрально вздохнула Лоли, — хватит драм. Моя очередь. Никогда не пыталась поцеловать собственное отражение в зеркале.
— Что?! — выдохнула София, — это вообще кто делает?
— Я! В пятом классе! — гордо призналась Лоли и сделала демонстративный глоток. — И пусть тот поцелуй был лучше некоторых реальных.
Билли засмеялась, а Макс склонил голову:
— А если я не поцеловал, а сделал "чмок" и убежал?
— Засчитывается, — хором решили Ава и Кристина.
Макс выпил. Следом — Ава.
— Я репетировала сцену! — оправдывалась она, смеясь. — Театр! Арт! Всё такое!
— Ладно, давайте ещё тупее, — ухмыльнулась Кристина. — Никогда не пробовала достать ногу за голову, потому что в фильме сказали, что гибкость — это сексуально.
Алекс, на удивление, делает глоток.
— ...И как успехи? — сдерживая смех, спросила Ренне.
— Успех был у физиотерапевта, — ответила Алекс, потирая плечо.
— Я пробовала! — воскликнула Лоли, тоже делая глоток. — В шестом классе. Потянула всё, включая самооценку.
— Ваше поколение — это мем с ногами, — фыркнул Волф. — Так. Моя очередь. Никогда не говорил с мебелью, когда был один.
Почти все в круге дружно отпили.
— Это был стул, он предал меня, — серьёзно сказал Макс.
— А я просила холодильник "не судить меня", когда ела мороженое в три ночи, — призналась Ава.
— Он, возможно, и не судил. Но лампочка смотрела с осуждением, — вставила София.
— Окей, мой вопрос! — Лоли почти подпрыгнула. — Никогда не думала, что моя собака/кошка — это шпион, который следит за мной для внеземной цивилизации.
Пауза.
Макс.
Ава.
Кристина.
И даже Алекс — глоток, но молча.
— Алекс, серьёзно? — удивилась Билли.
— У Макса был хомяк. Он смотрел... слишком умно, — буркнула она.
Макс закрыл лицо руками.
— Он действительно знал слишком много, — прошептал он. — Я... чувствовал.
— Никогда не пыталась подражать кошке, чтобы посмотреть, каково это — быть ею, — выстрелила София.
Все глаза — на Билли.
Она делает глоток. Медленно. С достоинством.
— У меня был период... — начала она, — ...в котором я была котом по внутреннему убеждению.
— Что ты делала? — спросила Лоли, расплываясь в улыбке.
— Мяукала. Лазила по дивану. Пряталась в коробках.
Потом пришёл мой брат. И сказал, что теперь я обязана жить с этим всю жизнь.
Так и живу.
— Легенда, — прошептала Алекс, косо улыбнувшись.
— Спасибо, — гордо кивнула Билли. — Ну что ж, никогда не думала, что умею читать чужие мысли. Особенно когда пьяная.
Глотки. Повсеместные.
И только Волф мрачно буркнул:
— А я реально умею. Вот, например, сейчас вы все думаете, что я пижу.
— Ошибаешься, — сказал Макс. — Я думаю, что тебе нельзя наливать больше.
И вся компания рассмеялась.
Настояще. Глупо. До слёз.
— Я никогда не участвовал в драках из-за кого-то, — сказала Софи, сделав невинное лицо.
Алекс, ни секунды не колеблясь, сделала глоток.
— Она моя спасительница, — Макс, весь воодушевлённый, выпрямился и прижал кулак к сердцу. — Я тогда так напился, полез в драку с тремя двухметровыми амбалами... ну, понятное дело, они уложили меня с одного удара. А Алекс... Алекс уложила их одна. Как... супергерой. Только в чёрном.
— Бедные девушки, — пробормотала Ава, закатывая глаза.
— Не бью девушек. Никогда, — спокойно ответила Алекс, потягивая сидр. — Принципы.
— Даже если девушка будет, ну... совсем, — начала Лоли, — прям агрессивная, с кирпичом?
Алекс усмехнулась.
— Тогда я просто кирпич выбью. А дальше — как пойдёт.
— Господи, ты как Джон Уик, только без собаки, — выдохнула Кристина.
— У меня есть собака. Люци. Лабрадор чёрный, — спокойно добавила Алекс, будто между делом.
— Люци... это типа Люцифер? — с интересом переспросил Волф, приподняв бровь.
— Какая душа — такие и клички, — с ухмылкой вставил Макс, и в кругу раздался дружный смешок.
— А я сразу говорила, что у неё вайб "управляю адом, но с уважением", — заметила Билли, по-прежнему не отрывая взгляда от Алекс.
— Люци добрый, — уточнила Алекс. — Только если ты не орёшь. Или если ты Макс. Макса он недолюбливает.
— Он однажды спрятал мои кроссовки! — возмутился Макс. — Я еле успел на съёмку! На босу ногу в туфлях! В туфлях, Алекс!
— Люци не терпит показного пафоса, — философски заметила Кристина.
— А ещё у него аллергия на фигню, — добавила Софи и кивнула на Макса. — Совпадение? Не думаю.
Макс надулся, но недолго. Сделав трагическую паузу, он поднял банку и торжественно произнёс:
— Никогда не плакал из-за фильма, в котором умирает собака.
Мгновенно:
Алекс — глоток.
Билли — глоток.
Кристина — двойной глоток.
Ава, уже со слезами:
— Вы вспомнили "Хатико", вы чудовища.
— Даже Люци проскулил на этой сцене, — вздохнула Алекс.
— Мой кот обнял меня в этот момент, — прошептала Софи. — Он никогда так не делает.
— Я тогда впервые поняла, что у животных душа чище, чем у большинства моих бывших, — резюмировала Лоли и сделала дополнительный глоток "просто потому что можно".
— Так, — встрепенулась Билли. — Время для абсурда. Никогда не разговаривала с зеркалом как с другим человеком.
Пауза.
Потом:
ВСЕ.
СНОВА.
ГЛОТОК.
— Я извинялась перед зеркалом. После плохих свиданий, — призналась Ава. — Оно было единственным, кто не перебивал.
— Я объясняла ему, почему мне всё-таки пойдёт чёлка, — кивнула Кристина.
Тёплый вечер постепенно перетекал из игры в «никогда не» в спокойную болтовню. Кто-то перекусил, кто-то лёг на плед, обсуждая фильмы, кто-то просто смеялся и ловил моменты. Атмосфера была почти домашней.
Билли снова попыталась открыть бутылку с колой — та противно хрустнула, но не поддалась.
— Упрямая зараза, — пробормотала она себе под нос.
Алекс, сидящая рядом, не сказала ни слова. Просто протянула руку, спокойно взяла бутылку, ловко провернула крышку и молча вернула обратно.
Билли с лёгкой улыбкой приняла её и едва слышно выдохнула:
— Спасибо.
Но в тишину вмешался голос Волфа:
— Необязательно лезть туда, куда тебя не просят.
Все головы повернулись в его сторону. Слова прозвучали слишком резко на фоне тихого дружелюбия. Макс хмыкнул. Софи нахмурилась. Ава прикусила губу.
— Я у неё есть, чтобы помогать, — добавил Волф, будто мимоходом, но слишком настойчиво. — Я её парень.
— Да, ты мой парень. Но она мне просто помогла, — спокойно, но твёрдо возразила Билли. — Это же не соревнование, Волф.
Он бросил взгляд на неё, но его глаза быстро снова скользнули к Алекс.
— Я не с тобой сейчас говорю, — процедил он, будто забыв о всех остальных. —
Алекс, не лезь к ней. Что б я тебя рядом с ней не видел.
В этот момент даже ветер, казалось, стих.
Макс сделал движение вперёд, но Алекс была быстрее.
Она подняла глаза. Ровно. Холодно. Так, как только она умела.
— Когда станешь мужчиной, может, и вырастешь до своих слов, — отчеканила Алекс, каждое слово как выстрел. —
Я к ней и не лезла. Это называется — человеческое отношение.
Её голос был ледяным, но в нём слышалась сталь.
Все замолчали.
Волф скривился, словно ждал именно этого.
— Вот она ты. Всё пытаешься быть каменной. Холодной. Надменной. Но на деле ты выглядишь как девчонка, которая недополучила родительской любви, особенно отца.
Ты сама стала строгим, злым мужиком. Потому что боишься снова быть слабой.
Макс резко встал, но Алекс только подняла руку, остановив его. Глаза её были почти спокойны. Почти.
Она сделала шаг ближе. Медленно. Без агрессии. Просто уверенно.
— Ты многое сказал, Волф. Только вот ничего — по сути.
Ты не знаешь меня. Ты судишь по поверхностному образу, который сам же и выстроил, чтобы чувствовать себя выше.
Она остановилась прямо напротив него. Тихо. Статно.
— И если я действительно выгляжу, как ты сказал, то, возможно, это потому, что я устала от таких, как ты.
От тех, кто думает, что близость — это контроль. Что забота — это разрешение. Что помощь — это территориальный крик: "моё".
— Ты думаешь, что мне больно? — она усмехнулась. — Может быть. Но не из-за тебя.
Из-за того, что такие, как ты, смеют думать, что можно раздавать диагнозы, не пройдя и дня в моей жизни.
Она повернулась. Спокойно, без драматичных жестов. И пошла прочь.
— Алекс... — тихо позвала Билли, но Алекс остановилась сама. Не обернулась — просто сказала:
— Я не холодная, Волф. Я просто не для тебя.
И пошла дальше, растворяясь в тени сада.
Макс прошёл мимо Волфа и тихо бросил:
— Смотри, чтобы тебе потом не стало стыдно. Хотя бы перед зеркалом.
Никто больше не заговорил с Волфом в тот вечер.