Милая история

В итоге Лухан-оппа и Бэкхён-оппа остались ночевать у меня. Если честно, Лухан вел себя странно. Он смотрел на меня стремным взглядом каждый раз, когда Сехун обращал на меня внимание. Нависала неловкая ситуация.
Сестра как всегда предупредила меня что не придет домой ночевать. Ну, это не впервой. А моим ночным гостям я постелила в зале, это же как никак «ночёвка». Они тоже влились в нашу бессоную ночь. Лухан-оппа начал рассказывать очень страшную историю. Настолько страшную, что я от страха прижалась к Сехуну, а Бэкхён прижался ко мне. От безвыходности, Сехун прижался к стулу, настолько было страшно. Выглядело это еще хуже, чем звучало. Когда мы покончили с ужастиками, я предложила парням пойти перекусить, чему они радостно согласились. Я заварила всем гостям рамёна с кимчи, а сама не ела. Если честно, я не люблю кимчи. Сестра его обожает, поэтому я всегда думала, что все гены кимчи перешли ей.
– Мэй Чин, почему сама не ешь? – спросил Бэкхён-оппа, засунув в рот ещё кусочек.
– Я не большой любитель кимчи, так что ешьте сами.
Успокоившись, они продолжили уплетать свои рамёны. Когда все уже покончили с перекусом, мы снова вернулись в зал.
Ночёвка прошла супер. Хотя я уснула в три утра, а остальные вроде продержались больше.
Утром, я еле как открыла глаза. Перед глазами срузу же нарисовался силуэт светлого лица. Прищурившись, я потерла глаза.
– Мэй! Мэй Чин! Ты где? – будил меня Сехун.
– Переехала в параллельную вселенную, – пробормотала я сонно.
– Эй! Вставай! – он уже начал трясти меня. – Мэй! Там кто-то в дверь стучиться, не нам же открывать.
Жалобно пормочя себе под нос, я все-таки встала пойти открыть дверь. Сехун шел за мной, тоже что-то пормочя. Я посмотрела в глазок. Там стоял высокий взрослый мужчина. Еще больше я удивилась когда поняла, что это мой папа. Боже, я так давно не видела его, что даже сразу не узнала.
– Это мой папа, – прошептала я Сехуну.
– Что? Как неловко. А нам что делать?
– Может сначала оденешься?
Он стоял в джинсах, без своей кофты. Да уж, его открытый торс меня сильно начал отвлекать. Вспомнив про свой вид, Сехун побежал одеваться. Из кухни вышел Лухан. К счастью, одетый Лу. Они с Бэкхёном мирно пили кофе на кухне.
– Мэй, ты что, призрака увидела? Если ты забыла, я здесь ночевал.
– Не в том дело, – сказав я, наконец вспомнила о папе.
Спросив «Кто там?», я дождалась ответа и открыла дверь. Папа зашёл с очень душевной улыбкой. А у Лухана от неожиданности такого округлились глаза, и почему-то он начал панически много кланиться. Выглядел так смешно, словно сам реально увидел призрака, или того, кто заберет его душу, а поклонами, Лухан расплачивается.
– Ты чего? – засмеявшись я, остановила его поклоны. – Это мой папа, – сказав, я крепко обняла отца. И уже обратилась к нему: – Пап! Ты так неожиданно! Я так рада тебя видеть! Знала что вы прилетите на Рождество!
– Конечно, принцесса, – улыбнулся папа. – Нет, я не к Рождеству, а в гости. И я тоже рад тебя видеть.
– Не к Рождеству? Но...
Я не успела закончить, как из кухни вышел Бэкхён, а из зала прибежал уже одевшийся Сехун. Они тоже увидев моего папу, начали кланиться и здороваться.
– Здравствуйте, – говорил Бэкхён. – Рады видеть вас.
– Да, прожив в Европе, я и сам забыл о манерах в Корее, – сказал папа, засмеявшись, – тоже рад вас видеть, – он слегка поклонился. – А вы кто?
– Я Лухан, сэр, – сказав он, пожал моему отцу руку.
Сехун и Бэкхён также представились пожав ему руку.
– Мы друзья Мэй, – добавил в конце Бэкхён-оппа.
Проводив гостей, я осталась с папой наедине. Он оставил свои вещи во второй спальне, и пришел в зал. Папа ничего не говорил, просто ходил осматривая комнаты. Я быстро приготовила для него чай, и мы вместе сели за стол.
– А где мама-то?
– Она осталась в Париже. Я сам прилетел ненадолго. Долгая история. Мэй, слушай, – вдруг начал он. – Может, я слишком старомодный, но тебе не кажется что это слишком? Ты ночевала в компании трех уже взрослых парней.
– Пап, это была ночёвка, – сказала я, выдохнув.
– Не перебивай, – сказал как отрезал, я замолчала. – Помни, ты уже взрослая девушка. У парней могут быть другие мативы, отличающиеся от твоих мыслей. У парней на уме нет мыслей о дружбе. Тем более твои друзья уже такие взрослые. Ты же понимаешь, я волнуюсь. Хоть мы с мамой и не рядом с вами, мы должны буречь и заботиться о вас.
– Да, поэтому мы живем одни, без вас, не так ли? – вдруг вырвалось у меня. – Вы можно сказать бросили нас.
Я не заметила, как у меня потекли слёзы. Нет, нельзя сейчас плакать. Я не хотела этого говорить, это вырвалось. Словно эта мысль была запрятана далеко в моей голове. Словно это была самая последняя извилина в моём мозгу. Зачем я так отпугнула папу? Он только приехал, я должна радоваться, а не плакать.
– Пап, извини, я не... не хотела этого говорить, я просто... извини.
– Ох, Мэй, ничего страшного, что ты. Я понимаю твои чувства. Ты хочешь в Париж? Я могу организовать, не важно что скажет мама.
– Нет, пап. Эмм... я уже не знаю, чего хочу. Знаешь, когда мы сюда приехали, я сильно рвалась туда. Было плевать на то, одна или с сестрой, даже к вам или не к вам. Я не знаю, мой мозг словно не мог или не желал находиться в Корее. Но не сейчас. Почему-то все поменялось. И кажется, это благодаря этим двенадцати парням, – папа поперхнулся услышав это число, а я тем временем продолжала. – Да, их двенадцать. Я так привязалась к ним. Я не считаю их как парней, о чем ты сейчас сказал, я считаю их своей опорой. Да, они много обижали меня, иногда серьезно ранили чувства, но без них я не могу.
Папа очень внимательно слушал меня. Словно поглощал каждое слово. Из-за этого, я старалась говорить еще громче, чётче, и понятней. Хотя слёзы все еще просились выйти наружу, я не давала им ходу. Пусть потерпят до конца. А то если я сейчас расплачусь, папа решит, что все равно должен меня забрать.
Поэтому сдержав все внутри, я закончила:
– Они меня изменили. Вернули Мэй Чин. Я больше не хочу и не жду что вы будете называть меня просто Мэй. Хотя я уже и исправилась, это не значит, что я хочу улетать. Пойми это, пап.
– Мэй Чин, я тебя понимаю. Но мириться с тем, что ты ночуешь в компании парней, я тоже не собираюсь. Пойми меня правильно. Я запрещаю тебе общаться с ними.
– Но, пап...
– Всё, Мэй Чин, разговор окончен. Спасибо за чай, я пойду расскладывать вещи.

Утро.
Вот и утро. Солнце ярко светит, птички дают о себе знать прекрасным пением, деревья шуршат листьями, казалось бы, идеальное утро. Но нет, далеко неидеальное. Я всю ночь думала о словах папы. Мне нельзя общаться с Ехо? Как же так... они ведь за это время стали мне близкими друзьями.
Ну ладно, еще не все потерянно. В любом случае, у меня есть шанс. С таким настроем, я встала с кровати. Быстро собравшись в школу, я вышла в зал. Папа уже сидел, мирно завтракая.
– Доброе утро, – спокойно сказала я.
– Доброе, доброе, – ответил мне он. – Как спалось? Ничего не тревожило? Если да, скажи мне.
Да, пап. Тревожило. Меня тревожило то, что ты запретил мне общаться с двенадцатью отличными парнями, которые можно сказать стали мне семьей. Теперь лишусь второй семьи, вот что меня тревожит.
– Нет, все нормально, – ответила я, также равнодушно.
– Ну хорошо. Доедай и выходи, я тебя отвезу до школы.
Мы выехали на папиной машине. Я же говорила, что школа находится близко к моему дому, поэтому мы доехали за пять минут. Выйдя из машины, я попращалась с папой, и зашла в школу. Сыль Би уже ждала меня внутри. Поздоровавшись с ней, я зашла в класс. К счастью, сегодня Мин Хёк пришел в школу. Ну когда уже этот ребенок поймет, что его могут вышвырнуть из-за прогулов? Я сажусь рядом с Сыль Би на каждых уроках. Это уже для меня как традиция и входит в распорядок дня. Сегодня на уроке химии, в самый скучный момент, я обратилась к ней:
– Сыль Би... как по-твоему мнению, что делать, если тебе запрещают общаться с близкими тебе людьми? Надо их забыть?
– Конечно, нет, – ответила она, смотря на доску. – Если к кому-то лежит сердце, в смысле, если привязан к кому-то, ни за что нельзя терять его.
– Но это слишком тяжело... – вздохнула я. – Тяжело не потерять.
– Но забыть ведь тяжелее, – Сыль Би подарила мне многозначительный взгляд.
Она была права. Но мне не разрешили с ними общаться, а если я его ослушаюсь, меня точно заберут опять в Париж. С тяжелой душой, я решила все-таки перестать об этом думать, как мне позвонил кто-то. Высветился контакт Кенсу-оппы.
– Алло, – ответила я.
– Алло, Мэй Чин, привет, – сказал Кенсу-оппа. – Как дела? Мы соскучились! Давно ты к нам не заходила... приходи сегодня в гости.
– Ах, нет, не смогу, – сказала я, чуть запинаясь, – не в этот раз.
– Почему? Я слышал, к тебе папа приехал. Приходите вместе, мы вас обоих приглашаем.
Я на минуту задумалась. Может, если они докажут, что хорошие, папа разрешит мне с ними общаться? Вполне возможно. Но нельзя идти сегодня точно. Их надо подготовить, и этим должна заняться я. Не стоит сейчас говорить Дио о том что случилось, и о том что я им не доверяю, тоже говорить не стоит.
– Хорошо, мы придём, – сказала я радостно. – Вот только, оппа, давай завтра? А то сегодня, у папы много дел.
– Отлично, приходи завтра, – помле его слов я улыбнулась, и бросила трубку.
Мы до сих пор сидели на уроке. Это уже последний, поэтому я обратилась к Сыль Би.
– Сыль Би-я~ Сыль Би-я~ – она ответила мне, кивнув. – Пойдем сегодня после уроков кое-куда?
– Куда это?
– Ну... в дом Ехо-мемберов, – она поперхнулась услышав моё предложение. Хотя она их самих не знает, о том что они очень популярные айдолы, ей было известно. – Составишь мне компанию?
– Конечно, нет, Мэй, – она начала мотать головой так, словно я ей наркотики предложила попробовать. – Как я могу туда заявиться? Меня даже не приглашали.
– И что? Меня тоже не приглашали. Ну, не сегодня. Просто мне надо их кое-чему научить, срочно, – научить не ложаться на глазах моего отца, – Идем, прошу.
– Ну ладно, я составлю тебе компанию, но не больше, – отстранённо произнесла она. –Я просто постою у порога, не зайдя, и не промолвив ни слова.
– Сойдет.
После уроков мы пошли в дом парней. Они конечно не ждут меня, но ничего страшного. Главное сейчас – подготовить их. Я конечно в них верю, но у моего отца другие стандарты, о которых они должны знать. Мы доехали до них на автобусе. Как она и говорила, Сыль Би осталась у входа в дом. Да, типичная Ли Сыль Би. Если честно, я думала, что она шутила когда предупреждала меня. Но она похоже человек слово, всегда удивлялась таким.
Я зашла внутрь, потому что дверь была раскрыта настежь. Странно, чего они не запераются? Думают, если здесь двенадцать парней живут, можно не закрываться? Всё равно это очень опасно. Я прошла еще дальше. У входа стоял большой желтый чемодан. Чей это он?
Вдруг подошла девушка с длинными темными волосами. Она смотрела на меня то ли с удивлением, то ли с косяком.
– Ты кто? – спросила она на китайском. Я изучала немного китайский в начальном классе. Но помню совсем мало. Я плохо училась этому уроку. Насколько я поняла, она спросила «где он?» Да блин, это ли она сказала?
– Он? – спросила я на корейском. Я знаю, что она меня не понимает, но на её языке я спросить не смогу. – Ты кто?
К нам подошёл Исин-оппа.
– О, привет, Мэй Чин, – сказал он, улыбаясь. – Ты же завтра должна была прийти, нет?
– Лэй-оппа, а кто эта девушка?
– Эта? Это девушка Лухан-хёна. Она живет у нас пока.
– Исин, кто это? Чего эта девчонка здесь делает? – спросила девушка на китайском. (Мэй ничего не поняла.)
Лэй ответил ей что-то, после чего девушка посмотрела на меня косыми глазами. Мне стало не по себе. Она девушка Лухана? Что? Парня, который предлогал мне пойти на свидание. Точно, Сехун же рассказывал мне об этом. Но я не знала, что она в Корее.
– Ахх... привет, – я улыбнулась ей, но фальшиво. – Ты из Китая? Меня зовут Ён Мэй Чин. Приветствую тебя в Корее.
– Ты что, проводник? – засмеялся Лэй-оппа. Он так мило улыбается. – Заходи, интересно, с какой целью ты здесь.
– Нет, спасибо, – неловко проговорила я, – у моего прихода нет причины. Так что я лучше пойду, увидимся.
Я вышла из дома. Сыль Би стояла где-то рядом с цветами, разглядывая их. Я позвала её, и мы вместе поехали по домам.
Да уж, похоже им совсем не до меня. Особенно Лухану..
Ну чтож, не буду досождать. Со своим папой, я сама всё решу.