Милая история

19:57, 19:58, 19:59.
Угадайте, чего я жду? Конечно же, я жду пока этот «господин сюрприз», обьяснит мне всё.
Мы сидели всё это время за столом ужиная. Было очень вкусно, хотя я знаю, что он заказал всё в кафе рядом.
– Ну что, ты мне расскажешь? Время пришло.
Он беззаботно посмотрев в часы, спокойно ответил:
– Ох, ты права. Быстро же время прошло. Кстати, мы же лучшие друзья, верно?
Интересно, с чего он задает такие вопросы? Разве сам не знает?
– Да, мы хорошие друзья, разве ты не знал? – Я посмотрела на него улыбнувшись, но не хотела, чтобы он ответил мне улыбкой.
– Если мы такие хорошие друзья, почему ты мне не рассказывала о том, что так ждешь кого-то?
– Жду? Кого это?
– Друзей, парней, знакомых.
– Ты... откуда ты знаешь?
– Недавно, мне позвонили очень интересные персоны, – сказал он мечтательно.
Я застыла с вопросительным выражением лица. Он точно заинтриговал меня, молодец.
– Повернись.
Я повернулась быстро, и поверьте, это не было как в фильме, когда с удивленным лицом поворачиваешься медленно. Наверно было быстро, но с таким же удивленным лицом.
Увидев их, я застыла. Такого, точно не ожидала. Что они здесь делают?
– Привет! – крикнул Бэкхен-оппа.
– Мэй Чин, – спокойно сказал Кенсу-оппа, но он при том улыбался. – Мы здесь! Не рада?
– Рада! Очень рада! – сказав это, я крепко обняла их. Конечно, у меня не такие длинные руки, чтобы обнять двенадцать человек, но шестерых, я точно обняла.
– Мы тоже рады, – ответил Чанёль-оппа.
– Стоп! Вы же должны были задержаться на два месяца...
– Мэй, не глупи, – дал о себе знать Минхёк. – Что, не узнаёшь? «Вы привысили лимит в красоте» – сказал он, голосом того мужчины. – Ты думала, незнакомый человек сказал бы это? То есть, разве другие назвали бы тебя красивой? Ты на себя смотрела?
– Эй! Ты! – крикнула я, ударив его по руке.
Парни, тем временем, не сдерживали смех. Смеялись все, кроме Криса и Кенсу. Тао просто хихикал, а на лице Кенсу застыла спокойная улыбка. Выражение лица Криса я не разобрала. Может, он не рад меня видеть?
– А теперь поехали домой, – резко сказал Чанёль. Все уставились на него как на последнего невтемщика. Он засмеявшись ответил, – Я серьезно, я хочу домой. Мэй Чин, ты же пойдешь к нам домой?
– Нет! Я пойду к себе домой, – сказала не очень-то громко.
– Ну хорошо, мы проводим тебя... – сказал Лухан.
– Не стоит...
В моей голове до сих пор крутилось обещание Лухану устроить второе свидание. Если честно, мне сейчас не очень охото идти с ним на свидание, но как это сказать?
– Не стоит, я сама дойду, – закончив, я потянулась за своей сумкой, но рука Сехуна остановила меня.
– Макнэ проводит тебя, – сказал Лухан, смотря на нас обоих.
Я уставилась на него, пытаясь понять, что он чувствует, но не поняла. Его лицо не выражало грусть, ревность, даже радости не было.
– Эй! А меня что не учли? Я тоже могу проводить её. Сехун даже не знает, где она живет! – жаловался Минхёк.
– Знаю, – сказал Сехун, отпустив мою руку.
– Нет, я переехала. Но это не повод, Минхёк. Даже если он не знает, а же знаю. Ну ладно, пошли, Сехун. Всем пока.
Я схватив его за руку, потащила за собой.
– Пока всем хёнам, – успел сказал Сехун, до того как мы вышли на улицу.
Мы дошли до автобусной остановки, и сели на скамейку. Сейчас уже очень холодная зима. На улице очень темно.
– Уже стало так темно. Хорошо, что я пошел проводить тебя, – сказал Сехун после минуты молчания.
– Сехун, тебе понравилось в Китае?
– Это был не первый раз, когда мы ездили туда с концертом, – сказал он мечтательно. – Ехо-М всегда устраивают нам экскурсии, даже по тем местам, где мы уже были.
– Ехо-М?
– Ты не знала? Мы же делимся. Мы... ну, Ехо. Делимся как Ехо-К и Ехо-М. Ехо-К – работают в Корее.
– А Ехо-М значит работают в Китае?
– Да. Слушай, Мэй, почему ты всех называешь оппами, а меня просто «Сехун»?
Я задумалась. Действительно, почему? Сама того не замечала.
– Не знаю. Может потому, что как-то не чувствую того что ты старше меня. Будто мальчик какой-то.
– Что? Почему это? Я старше на три года! Я уже взрослый мужчина! Какой там мальчик?
Я засмеялась. Он так смешно выглядел, пытаясь доказать мне это. Но уступать я ему не собираюсь, так легко он мне не докажет.
– Нет... вот Чанёль-оппа, Кенсу-оппа, – я приостановилась, надо вспомнить. – Сухо-оппа, Лухан-оппа. Ах, еще Крис-оппа, Лэй-оппа. Вот они реально как мои оппы. А ты как мой ровестник.
– Лухан-оппа? Серьезно? У Лухан-хена же детское лицо. Как можно воспринимать его как оппу. – Сехун обиженно надул губки, от чего я невольно фыркнула. – Ах, да, точно. Я же мужчина. И ты будешь воспринимать меня оппой!
– Да, кстати, насчет Лухана, что с ним? Он сегодня выглядел так странно, если честно.
Нашла у кого спрашивать конечно, он же все ему проболтает!
– С Лухан-хёном? Вроде ничего особенного... точно! У него же девушка появилась!
– Девушка? Кто?
– Не знаю точно, но уверен, она из Китая. Насколько помню, она его первая любовь. В этой поездке они встретились обратно, и... как говорится, чувства вспыхнули вновь!
– Правда...
В моем горле вдруг пересохло. Появилось ужасное чувство появления чего-то чужого, неприятного. У меня не часто такое бывает. Иногда все хорошо, а потом вдруг появляется это чувство, и все начинает раздражать.
– Йа! Мэй Чин, ты здесь вообще? – голос Сехуна вытащил меня из раздумий.
– Да, я в порядке. О! Автобус приехал, пойдем скорее.

Лухан.
Черт. Снова... снова увидел её, опять влюбился... нет. У меня уже есть девушка. Мэй нравится половине Ехо, поэтому я должен уступить им, я ведь старше. Вдруг телефон в моем кармане зазвнел.
– Алло, – ответил я спокойно.
– Алло, Лухан! Это я, Джин Линь. Как дела? У меня все отлично, ведь я в Корее! Я полетела почти сразу за вами следующим рейсом. Где вы живете? Я приеду. Кстати, мне негде жить.
Я помолчал минут пять, переваривая все что она сказала. Она в Корее? Приехала прямо за мной? Наверно я поторопился, когда предложил Джин Линь встречаться. Ну она симпатичная, мы дружили в детстве. Всю поездку я ругал себя из-за того, что вечно думал о Мэй Чин. Поэтому предложил ей встречаться, едва увидев. Я знаю, это ужасно, ну и пусть. Она поможет мне забыть Мэй.
– Алло, Лухан, ты тут?
– Да, я тут. Я отправлю тебе адрес сообщением. Приезжай на такси, я заплачу.
– Ничего, мне папа дал денег, и не мой папа, а твой, – она сказала это с какой-то ощутимой гордостью в голосе.
– Хорошо, – ответил я, сразу бросив трубку.
Мы уже дома. Все кроме Сехуна. Он до сих пор не вернулся. Чего он так долго провожает-то? Что они вообще делают?
В мою комнату зашел Сюмин.
– Ты слышал то, о чём сейчас все говорят? – спокойно спросил Минсок.
– Нет. О чем?
– Сехун останется ночевать у Мэй. Они то ли кушали, то ли фильм смотрели. Вобщем, не хочет сейчас наш макнэ возвращаться домой сегодня.
Что? Остался ночевать? Ладно, успокойся Лухан. Всего лишь поспит там, и утром вернется. Сейчас приедет твоя «ДЕВУШКА», и ты должен хорошо встретить её. Фух. Да блин, они там одни, что может произойти? А вдруг что-то случится? Они ведь такие дети... особенно Сехун, ведет себя как дитё. Ну ладно, ему ведь девятнадцать лет. Именно поэтому, я должен там быть! За ними кто-то должен смотреть, да, правильно. Но что они подумают если я вот так вот заявлюсь? Надо взять кого-нибудь с собой.
– Лэй! Исин!
– Да, хён? – ответил он.
– Сейчас приедет Джин Линь. Ты можешь встретить её, пожалуйста? Она не знает корейский, её надо встретить на китайском, поэтому я прошу тебя.
– Конечно, Лухан-хён. Но ты так говоришь, как будто я единственный китайско-язычный парень в доме, – издевательски подметил он.
– Нет, не единственный. Просто я тебе доверяю. Я не отправлю за своей девушкой Криса или Тао.
– Понял. Не волнуйся, хён. Я встречу ее.
– Спасибо, Лэй.
Взяв с собой Бэкхёна, я поехал в дом Ён Мэй Чин. Он не задавал много вопросов, просто согласился со мной поехать.
– Жаль, что мы не можем поехать на автобусе, хён, – бубнил Бэкхён, когда мы сели в машину. – Я не ездил на них уже год.
– Да уж, – ответил я. – Привыкай, супер звезда, – сказав, я растрепал ему волосы.
Мы доехали до дома Мэй, после чего Бэкхен быстро постучался в дверь. Я надеялся увидеть у порога Мэй, уже готовился сказать «Привет, а мы тут мимо проходили, и вот решили заглянуть. Нет, никакого подвоха в этом нет...» Но открыла не Мэй, не Сехун, и даже не Луен Чин, а какой-то незнакомый мужчина.
– Вы кто? – спросил мужчина.
– Эм... мы... – бормотал Бэкхен.
– Мы пришли к Мэй Чин. Может, вашей дочери? – вмешался в разговор я.
– Мою дочь зовут Хи Гён, – ответил мужчина. Затем он позвал свою дочь. Пришла девочка лет двенадцати, увидев нас, Хи Гён громко завопила.
– Ехо! Ехо! Это же Ехо, папа!
– Вы Ехо? – Мужчина недоверчиво покосился на нас.
– Да, – неловко улыбаясь, ответил Бэкхен. – Похоже мы ошиблись домом. Извините, что побеспокоили так поздно.
– Ничего страшного, парни. Вы можете сфотаться с моей дочерью? Похоже это по вам она сходит с ума какой день.
– Конечно, сэр.
Мы пофотались с дочерью этого мужчины, и отошли подальше от дома.
– Слушай, хён, мы не могли ошибиться домом. Это точно дом Мэй Чин и Луен Чин-нуны. Как такое возможно? А! Помнишь, тот паренёк, Мин Хёк, говорил что мы не знаем где она живет – это значит, что она переехала... но как нам узнать куда? Точно, надо ей позвонить! Звони, хён.

Сехун.
Было очень весело, когда мы с Мэй звонили её сестре через мой телефон, приглашая на свидание. Она конечно отказывалась, но чувствую её заинтересовало моё предложение и мой голос. В конце, когда я уже не знал что придумать, сделал ей предложение руки и сердца. Она так расстерялась, не зная что сказать. А в это время рядом со мной Мэй Чин чуть ли не задыхалась от смеха. Даже в какой-то момент я подумал, что у неё приступ астмы, ведь она задыхалась от смеха хуже Чанёль-хёна. После того, как Луен Чин-нуна бросила трубку, ответив «нет» на мое предложение, я сам упал на ковер с собственным «приступом астмы».
Вдруг телефон Мэй зазвенел, она поспешно встала с ковра, и ответила на звонок. Она разговаривала недолго, когда бросила трубку, заведомила меня:
– Лухан-оппа и Бэкхён-оппа спрашивали мой адрес чтобы на всякий случай записать.
– Какие же заботливые хёны, – сказал я, строя глупую гримасу и смеясь в тоже время. – Ладно, что теперь будем делать?
– Слушай, я не хочу спать, давай не спать всю ночь? Что-то типо ночёвки.
– Те, что обычно девчонки устраивают?
Мэй смущенно улыбнулась. Такая милашка. Мне вдруг сильно захотелось её обнять, но знаю, что не могу это сделать.
– Да, – она не выдержала и засмеялась.
– Мэй Чин, сыграем в «камень-ножницы-бумагу» на желание?
– Ну, давай.
Я выиграл в первый раз.
– Станцуй что-нибудь! Да, станцуй. Это моё желание. Поверь, были желания и похуже.
– Но, что мне станцевать-то?
– Повторяй за мной.
Я поставил песню женской группы A pink - «No  No No». Когда показал ей движения, по её лицу сразу понял, что она видит и слышит это в первый раз. Но повторить она все-таки смогла, хоть и кое-как. Она так смешно танцует. Итересно, что было бы, если бы она дебютировала в женской группе? Очень интересно.
– Ха! Я снова выиграл. Мэй Чин, спой что-нибудь.
Сверля меня взглядом, она спросила:
– Да что с тобой? То станцуй, теперь спой, мы что, на конкурсе талантов? Щщ...
– Спой уже. Это моё желание, выполняй.
– Ну хорошо, я спою свою любимую песню на английском, – сказала она, – Называется "When I was your man".
– О, отлично! Я знаю эту песню. Начинай скорее.
Она начала петь. Я думал, она начнет сразу с припева, и закончит тоже на нём, но такого не было. Она начала с первого куплета, и спела песню полностью. Звучало как пение прекрасного соловья. Нет, не думайте что у нее довольно высокий голос, это не так. Он и не низкий, а во всем умеренный. Просто шикарно. Может стоит предложить ей пройти кастинг в компанию? Да, стоит, но точно не сейчас. Пусть не отвлекается от учебы.
– Ну как? Доволен? – спросила она, закончив.
– Да, подойдет. – На лице застыла спокойная улыбка.
Мы больше не играли в эту игру, ведь ей надоело мне проигрывать. Благодаря Чанёль-хёну я стал профи в игре «камень-ножницы-бумага». Я словно могу предугадать то, что она покажет.
Дальше мы решили рассказывать друг-другу ужастики. Мэй выключила свет во всем доме, принесла плед мне и себе, и мы уселись на ковре смотря друг-другу в глаза. В начале она рассказывала «страшную» историю смерти плотника. Страшилка времён девятнадцотого века. Если честно, это было вообще не страшно. По крайней мере, я так сказал Мэй. Не могу же я сказать что было страшно. А то она опять назовет меня мальчишкой. Теперь моя очередь рассказывать историю. Я начал рассказывать страшную страшилку которую мне рассказали где-то два года назад. Она называется «Ночь в доме президента».

Мэй.
Сехун начал рассказывать свою страшную историю. Я затаив дыхание слушала каждое слово. История о том как над бедными людьми издевались на протежении всей ночи. Он описывал каждый удар, каждый метод издевательства. Звучало это ужасно. Ужасно страшно. Именно в разгар истории вдруг в дверь постучали. Ни один из нас не осмеливался пойти открыть её. Было темно и страшно, а страшнее всего, что дверь не заперта на замок.
– Кто может ломиться в дом так поздно ночью? – спросила я.
Ничего не ответив мне, он поспешно встал, и схватил что-то на столе. Кажется, это доска, которую мы используем для нарезки фруктов.
– Ты чего?
– Тсс, – шикнул он. – Тихо, надо сидеть тихо.
Сехун начал медленно приближаться к коредору. Даже в темноте, я чувствовала как он движиться туда. Он что, собирается пришибить кого-то, даже не видя его или её? А вдруг это Луен Чин? Вот же. Я за ним тихо направилась к выключателю. Я слышала что люди зашли открыв дверь. Не думайте что я тупая из-за того, что собираюсь включить свет. Даже если я включю свет, Сехун успеет ударить его. Заметив что он уже размахивается, я резко включила свет.
Картина осталась такой, что Сехун размахивается, и собирается ударить Бэкхена в лицо. К счастью, я вовремя включила свет, поэтому он не успел ему врезать.
– Хён, – сказал Сехун, замерев с удивлённым лицом.
– Йа! Сехун-и, ты чего творишь? Убить меня собрался? Своего любимого хёна? Я всего лишь иногда просил тебя что-то сделать, за что ты так меня?
– Хён, я не знал, – он расстерянно помотал головой. – В смысле, я не видел! Зачем вы нас так пугаете? Ещё бы чуть-чуть, и я бы врезал тебе по лицу!
– И вообще, что вы здесь делаете? – вмешалась я. – Вы для этого спрашивали мой адрес?
Бэкхён и Лухан неловко уставились в пол, ничего не отвечая.
– Вы спрашивали адрес, чтобы ночью нас напугать? Да как так можно? Мы чуть заиками не стали.
– Да! Мы зашли чтобы напугать вас, точно, – произнес Лухан так, словно его вдруг озарило.