Глава 42. Спорт - это жизнь
- Что ты можешь возвестить и кого настигнешь в пути?
- Тенген-сан! – Воскликнула Ликорис, уже будучи достаточно бодренькой для предстоящей тренировки.
- О, ты тут! Даже после сражения с высшей луной в такой блестящем состоянии. Судьба благоволит бойцам в отличной форме. Поздравляю с новым двойным рангом. – Вид у бывшего Столпа был счастливым при виде молодого Столпа.
- Спасибо. Давайте приложим все усилия!
Всего пару дней ушло на тренировки с Узуем, а также на посиделки с его жёнами, которые очень вкусно готовят.
Затем проверка быстроты и точности движений от Муичиро прошла также гладко и прекрасно. Они даже поговорили о чём-то отвлечённом во время тренировки. Как только они закончили, то парень попросил вновь заплести ему косички из прядок у лица.
- Твоё тело и мышцы в идеальной форме! Можешь отправляться к следующему Столпу, Лика-тян. – С улыбкой провожал девушку Токито-кун.
- Береги себя, до встречи, Муичиро. – Как же она рада видеть их невредимыми.
Помимо того, другие охотник её провожали то восхищёнными взглядами, то «ох уж эти любимчики».
Следом было развитие гибкости у Мицури, которая не упустила возможности лишний раз накормить свою подругу, почти сразу отпустив с занятий, стоило ей продемонстрировать изящный танец под музыку и отличную эластичность мышц. И, конечно, она много-много говорила о том, что Хикару – молодец, ведь она первый Столп с двойной позицией.
- Игуро-сан!!! Я так и не сказала вам спасибо за то, что вы отнесли меня в поместье бабочки после битвы с Гютаро и Даки. Поэтому благодарю вас прямо сейчас! – С порога вымолвила девушка, ярко-ярко улыбаясь.
- Ты слишком лёгкая. Тебе нужно больше есть. – С уст Ликорис слетел нервный и сытый смешок.
Кажется, к концу всех тренировок она лопнет от переедания.
- Кабурамару!! Я тоже скучала по вам. – Змея тут же переползла к Хакуя, радостно обтираясь об её щёки. – Даже принесла для вас цветочек и прикрепила его к тоненькой ленточке. Вот. – Повязав свой подарок на хвостик Кабуры, Наито похлопала в ладоши от того, как ему это шло.
«Какой-то ты слишком довольный», - вот, о чём твердил взгляд Столпа змеи, наблюдавшего за расплывающимся в блаженстве другом, который не упустил возможности повертеть хвостом с украшением перед глазами Обаная, даже в чуть хвастливой манере.
- Давайте поскорее справимся! Во мне полно сил даже после тренировок с Тенген-саном, Мицури и Муи-куном! – Голос её был полон решимости.
- Хакуя-сама пришла! – Воскликнул один из охотников.
- Красивая и сильная, я хочу также!
- У неё какая-то другая форма или мне кажется. Но она даже лучше! У кого можно заказать такую?
- Она и впрямь сияет...
- Х-Хакуя-сама... такая красавица!
И с чего бы вдруг это должно было злить Игуро? Но разозлило. Так что он бросил ядовитый взгляд на молодых мечников, а затем закрыл собой девушку невзначай.
- Закончим с этим поскорее. – Произнёс он и тренировка автоматически началась.
Атаки были быстрыми и «скользящими», хотя девушка даже и не выглядела удручённой этим, словно танцуя, а не сражаясь. Как только девушка разрезала хаори Столпа змеи, то тренировка была прекращена.
- Твои силы полностью восстановлены, а форма неплоха. – Сделал он вывод.
- Но ваше хаори! Я не могу уйти, пока не зашью его! – Настояла девушка, а когда получила жакет Обаная, то тут же направилась во двор поместья, где её ожидал Какуши с нитками и иголками.
Как только Лика закончила, то к ней вышел сам Игуро-сан. Похоже, он разобрался с ними слишком быстро...
- Держи. – Парень протянул девушке серебристую палочку для волос «кандзаси» с наконечником в виде красного змея-дракончика.
- Благодарю вас, Игуро-сан!! – По привычке Лика обняла его, чего тот совершенно не ожидал, только Кабурамару обвивал их шеи, не дав деве отстранится после осознания.
- Я.. Это... Случайно среди хла... - Когда Обанай хотел чуть съязвить, дабы скрыть своё смущение, то получил лёгкий укус в руку от своего самого близкого друга. – Это тебе подходит. – Сдавшись, он сложил руки на спине и талии Ликорис.
Но тут темноволосый парень заметил, что дыхание Лики более отрывистое, чем обычно, хотя она всё ещё удерживает концентрацию, да и промежутками её спина дрожит. Она плачет?...
- Почему ты грустишь? - Спросил он, ожидая получить ответ, но она лишь отпрянула, улыбнувшись, а затем взяла деревянный меч в руки.
- Что насчёт ещё одной кратковременной тренировки? В этот раз я постараюсь ничего не резать у вас. – Предложила она, а Столп не подумал отказать ей.
Многие охотники вышли посмотреть на этих двух бессмертных и не устающих, похоже. И где-то в середине девушка нанесла такой «оттеняющий удар», что почему-то наиболее расслабленный Игуро не сумел отразить такую быструю атаку и своим же собственным погнутым мечом чуть ли не порезал себе нос, но... Бинты больше не пережимают нижнюю часть лица, что же это?... Неужели он только что... Но прежде, чем бинты спали окончательно, открыв бы обозрение на его шрамы всем присутствующим, Ликорис вновь сделала резкий выпад, подняв своё импровизированное хаори так, чтобы скрыть теперь открытую только для неё часть лица.
- Дорогие, не могли бы вы зайти в здание? Вашему тренеру нужно подготовить для вас особенное задание. – Все послушно выполнили просьбу Хакуя-сама, но она так и не опустила своё хаори, ведь чувствовала, что кому-то захочется подглядывать, особенно это относилось к тем, кто даже в таких событиях находил место для романтики.
Несомненно, это тоже важно, но главное...
-...- Взгляд Лики застыл на шрамах Обаная, который не шевелился. – Прямо сейчас я расстроена, потому что не знаю причины появления ваших шрамов. Но даже если вы мне никогда не расскажите, я всё равно буду продолжать называть их вашей особенностью, оттеняющей прошлое, но делающей вас сильнее. Как и сейчас. Как и всегда, вы красивы, Игуро-сан. – Её улыбка была искренней и яркой, было видно, что без капли приторной фальши. – А первая причина в том, что вы так много работаете... Мне тяжело думать, что массовые нашествия происходят оттого, что Мудзан Кибуцуджи ищет меня. Поэтому, во что бы то не стало... Живите, хорошо?
- Да. – Кивнул он, даже облегчённо улыбнувшись.
После стольких событий он больше не мог сомневаться в том, что она принимает любых существ такими, какими они являются. И он не даст ранить её особенно сияющее сердце никому.