Шума || Ликрис

А если бы ты увидел себя со стороны - ты бы вообще захотел с этим человеком познакомиться?

POV Кристина

Вода просто ледяная. Даже сквозь резиновые перчатки пробирается внутрь, под ногти, в суставы, в голову. Запах - смесь бензина, шампуня и чьего-то старого дезодоранта. Днём он не такой яркий, но под утро - когда мозг уже распух от однообразия, когда пальцы не разгибаются от долгого сжатия тряпки - он ощущается как удар. Как напоминание, что это всё по-настоящему. Никакого сна, никакого «притворимся, что это всё временно». Просто ты, мойка и грязь.

Я давно не верю в прекрасное начало дня. Всё - это просто продолжение предыдущего. Сон - это как провал между выдохами. Никакого "вчера", никакого "завтра". Есть ты, руки в воде, ржавая дверь, уродливая вывеска, клиент в куртке «Адидас», который считает, что если он даёт тебе две сотни на чай, то имеет право смотреть тебе в грудь и говорить: «А чё ты такая злая?». Как будто я ему за эти деньги обязана улыбнуться. Как будто вообще кому-то что-то обязана.

Петя - напарник - курит у ворот. Я вижу его в отражении лобового, когда натираю стекло. Я уже два месяца наблюдаю, за тем, что он постоянно тащит химию с базы, переливает в бутылки и толкает левым клиентам. Думает, что я не замечаю. Но я замечаю. Просто мне плевать. Он мне не враг. Я давно поняла, что настоящие враги - не те, кто тебя кидает на бабки. Настоящие враги - это те, кто делает вид, что любит.

Салон натёрт. Выхожу из машины, хлопаю дверью, даже не глядя на клиента. Он всё равно скажет «спасибо» с тем тоном, как будто я ему девятихвостого подарила, а не просто стекло протёрла. Сажусь на край бордюра, вытаскиваю сигарету, щёлкаю зажигалкой. Пару лет назад бросала, было дело. Потом встретила Илью - и снова закурила. Он тогда мне сказал: «Хватит себя обманывать, ты не белая и пушистая». Я потом разбила ему бровь, но сигарету оставила.

В голове пустота. Я люблю это состояние. Ни мыслей, ни ожиданий. Просто дым, бетон и капли с крыши, которые капают с одинаковым звуком, как метроном. Всё стабильно. Всё тухло.

В ушах всё еще шумела вода. Свою смену и все обязанности передала Пете. Он особо и не возмущался, за что ему огромное человеческое спасибо. Мне нужно передохнуть. Я молча шагнула на ступеньки подземного перехода. Пальцы на автомате сжались в кулак. Метро. Противный металлический запах ударил в лицо. Пол был мокрый кто-то пролил кофе, свет ламп мигал - как будто тоже устал от этого всего.

Потом появилась она. Просто шла. Через метро, с этим выражением на лице, как будто ей весь этот город - как вечеринка, куда она пришла случайно и хочет уйти. Я сначала не поняла, почему она меня так раздражает. Она не сказала ни слова. Не смотрела на меня. Не толкнула. Просто шла.

Но, может, именно в этом и была проблема - в том, как она шла. Как будто вокруг неё - глухой купол, и ни одна сука в этом городе не может до неё достучаться. А я смотрела и думала - «Чё ты такая уверенная? Чё ты вся такая "не трогайте меня", а? Кто тебе дал право?».

Мы столкнулись у турникета. Она подошла вплотную, потому что торопилась. Я стояла, тупила в телефон. В момент, когда её плечо скользнуло по моему, она остановилась. Не потому, что испугалась. Просто встала. Посмотрела.

- Ты чё уставилась? - с хрипотцой говорю я.

Она ничего не ответила. Только бровь приподняла. Ни страха, ни вызова. Презрение - вот что было в этом взгляде. Как будто я не человек, а жвачка на её кедах.

Я могла уйти. Сказать «ну и пошла ты». Но вместо этого шагнула ближе. Специально. Лицом к лицу. Чтобы не было пространства. Чтобы она почувствовала - я не та, мимо кого проходят просто так. Её взгляд не дрогнул. Только губы чуть дёрнулись. И она прошла мимо.

Всё. Всё, что было. Столкновение. Пять секунд. А у меня до сих пор дрожит внутренность, как будто кто-то гвоздь в печень вбил. Я злая. Злая на неё, злая на себя. Злая на весь этот долбанный город, где на каждых сто человек девяносто - тени, а остальные десять смотрят на тебя как на мусор.

Я вернулась на мойку. Ехать домой не хотелось, там мысли сожрут меня быстрее, чем я успею переступить порог дома. А когда занят работой, в голову лезет меньше тупых мыслей.

- Отлично, то что мне нужно. - подумала я.

Но моё спокойствие продлилось не долго. Не успев закрыть за собой дверь подсобки Петя сказал:

- Ты чё вернулась, чё такая мрачная?

Я промолчала. Потому что не знала, что сказать. Что? Что меня бесит девчонка, которая даже не ударила в ответ? Что меня выносит чужая интонация, будто я дерьмо? Что я больше всего ненавижу, когда кто-то смотрит - и я вижу в этом взгляде себя?

Вечером было тихо. Я сижу дома, на старом диване, смотрю в потолок. Соседи орут. У кого-то опять тусовка. Я не иду. Я не одна из них, уже нет. Я - из других. Из тех, кто просыпается с головной болью, даже если не пил. Из тех, кто знает, каково это - жить без свидетелей. Всё, что у меня есть - это руки. Эти руки вымыли больше машин, чем кого-то поцеловали в жизни, не руки- губы. Но это все на что я способна. И да, может быть, я жёсткая. Может быть, я матерюсь и разбиваю телефоны об стену, когда не могу дозвониться до матери. Но я живая. Я не делаю вид что я нормальная.

На кухне дымно. Курю у окна, чтобы не задохнуться. Свет выключаю. Не люблю, когда кто-то может заглянуть. Никто не должен видеть, как я "страдаю".

Она снова в голове. Девчонка из метро. Худющая. С короткой стрижкой. С глазами, в которых ничего нет. Или, может, слишком много. Почему я не могу выкинуть её из головы? Почему мне плевать на Петиных любовниц, на Илью, на всё, но её я помню?

Да кто она вообще такая? Может, и никто. Может, и не важно.

Но внутри - будто сдвинулось что-то. Как будто я увидела трещину. Или, наоборот, зеркало, в котором ничего не видно, кроме меня.

На следующий день снова мойка. Снова пальцы в мыльной воде. Снова этот мир, где всё повторяется, пока ты не перестаёшь замечать. Но теперь - всё немного не так. Каждая фигура на улице может оказаться ею. Каждый взгляд - шанс, что она снова рядом. Это раздражает.

Я не романтик. Не дура. Не верю в «судьбу», в любовь с первого взгляда и всю остальную чепуху из девчачьих сериалов. Но есть вещи, которые остаются на долго. Как запах гари на одежде. Как воспоминание, от которого не отмыться.

Петя снова сливает химию. Клиент с золотыми зубами оставляет чаевые. Кто-то бросает сигарету у входа. Всё, как всегда. Но я злюсь сильнее. Потому что внутри меня теперь есть тень. И эта тень - она. Даже если я не знаю, кто она. Даже если не хочу знать.

Потому что, если узнаю - может оказаться, что она такая же, как и я. Сломанная.

И тогда мне придётся признать: я злюсь не на неё, а на себя.