34
Я зашла в квартиру и, будто по привычке, провернула замок два раза, прислушиваясь к щелчку металла. Внутри было тихо, пусто, только гулкая тишина пустой квартиры обволакивала, в отличие от лагерного шума, где каждую секунду кто-то кричал, смеялся или бегал.
Тело словно наливалось свинцом - глаза закрывались сами по себе. Было чувство, что я сейчас просто усядусь прямо у двери, прислонюсь к стене и усну тут же, на холодном полу.
Но нет. Я с усилием встряхнула головой, пытаясь выгнать сонливость, и заставила себя разуться. Носки тихо шлёпнули об коврик, я выдохнула с облегчением и медленно пошла в комнату, держа телефон в руке.
Экран светился, и я на ощупь набрала короткое сообщение:
«В 22:00 к подъезду моему подойдёшь, ладно?»
Секунда колебания - и я, даже не дождавшись его ответа, закрыла переписку, будто боялась, что он напишет что-то, из-за чего сон опять улетучится.
Сразу же поставила ненавистный будильник на вечер. Этот противный звук, который всегда вырывает из самых сладких снов, но без него я знала - просто не проснусь.
Подошла к чемодану, зевнула и начала лениво перебирать вещи. Всё было вперемешку: какие-то футболки, блокнот, зарядки, куча беспорядочных пакетов. Пижама, как назло, оказалась на самом дне, и пришлось полку чемодана переворошить, прежде чем я нащупала знакомую мягкую ткань.
Наконец переоделась в неё, чувствуя, как каждая клетка тела благодарит за свободу. Телефон поставила на зарядку, бросила его на тумбочку и, даже не поправляя одеяло, рухнула на кровать.
Глаза закрылись мгновенно, будто кто-то щёлкнул выключателем. Никаких мыслей, ни тяжести, ни предвкушения - всё растворилось в мягкой темноте. Сон накрыл резко, и я даже не заметила, как вырубилась.
Будильник зазвонил резко, будто специально громче обычного. Я подскочила на кровати, сердце заколотилось, а в голове на миг мелькнула мысль, что это не звонок, а сигнал тревоги.
Секунды три я сидела в полусонном ступоре, пытаясь понять, какой сейчас день и где я вообще нахожусь. Потом взгляд упал на чемодан, открытый у кровати, и я вспомнила всё: лагерь, дорога домой... и, конечно же, Киса.
На экране мигали цифры 21:30. Тридцать минут ещё можно было потянуть, но внутри будто ток прошёл - сон слетел, как рукой сняло. Я вскочила, включила свет и метнулась к зеркалу. Волосы растрёпанные, глаза чуть опухшие после дневного сна.
- Вот шикарно... - пробормотала я себе под нос, машинально начав приглаживать волосы руками.
Пара быстрых движений - и уже бегаю по комнате, выхватываю из чемодана лёгкую кофту, джинсы. Хотелось выглядеть нормально, будто я и не спала весь день.
Телефон снова загудел - сообщение от него:
«Я на месте, ты долго еще?».
Эти слова словно толкнули меня вперёд. Я схватила кроссовки, на ходу запрыгнула в них, выдернула телефон с зарядки и, не думая, выскочила из квартиры. Дверь за собой закрыла очень быстро.
Лестница пролетела под ногами почти незаметно. В груди колотилось сердце, и внутри было это странное смешение волнения и радости.
Когда я открыла дверь подъезда, вечерний воздух ударил свежестью в лицо. И там, у знакомого угла, стоял он. Высокий, родной, в своей привычной позе - руки в карманах, чуть наклонился вперёд, будто ждал меня целую вечность.
- Ну наконец-то, - улыбнулся он, заметив меня. - А то я думал, ты проспишь до утра.
- Я и сама так думала, - засмеялась я, подходя ближе.
Он посмотрел на меня так, будто проверял - не приснилась ли я ему. Потом сделал шаг вперёд и обнял. Это было не быстрое «привет», а то самое объятие, где хочется раствориться.
Мы пошли куда-то без определённой цели. Ноги сами вели по знакомым улочкам, а рядом шёл он, чуть задевая мою руку, иногда специально дразня, чтобы я коснулась его пальцев.
- Рассказывай, - сказал он, глядя вперёд. - Ты не договорила в прошлый раз.
- Ты точно хочешь знать? - я хитро прищурилась.
- Я ждал три недели, так что давай, не томи.
И я начала говорить все заново. Забыла, на чем закончила. Сначала про детей, про то, как они орали с утра до ночи, потом - про бесконечные завтраки в столовой, про Гришу с его дурацкими шуточками, про вечера у костра. Я рассказывала всё подряд, иногда сбиваясь, иногда смеясь сама над своими словами.
А он просто слушал. Не перебивал, не вставлял шуток, только иногда кивал или задавал короткие вопросы. Его внимание было настолько настоящим, что мне хотелось говорить ещё и ещё.
Мы свернули в сторону парка. Фонари там горели слабее, вокруг было почти пусто. Я замолчала, поймав себя на том, что чувствую - ночь будто наша. Только моя и его.
- А я думал, ты там забудешь обо мне, - тихо сказал он, чуть повернув голову.
Я резко остановилась, посмотрела на него и даже не сдержала улыбки:
- Ты серьёзно? Кис, я там считала дни, как в тюрьме.
Он улыбнулся, но в глазах было что-то тёплое, чуть грустное.
- Знаешь... - он взял меня за руку. - Я тоже. Каждый день.