29
- Проблема кое-какая, - я прикусила губу, не зная, как начать. - Ну... Как проблема...
Киса приподнял бровь, глаза стали нетерпеливыми. Он сидел слишком близко, его рука всё ещё лежала на моей, и я чувствовала, как он слегка напрягся.
- Ну что? - спросил он, уже почти с раздражением, но больше с любопытством. - Что?
Я глубоко вдохнула, набравшись смелости.
- Да я первого числа уезжаю... - тихо сказала я.
- Куда? - перебил он сразу, взгляд стал настороженным.
- В лагерь, - ответила я, стараясь не отводить глаз. - Вожатой. На несколько недель.
Повисла пауза. Он замер, будто переваривая услышанное.
- В лагерь? - переспросил он, будто хотел убедиться, что не ослышался. - Серьёзно?
Я кивнула.
- Деньги нужны, - добавила я оправдывающе. - Там платят нормально, да и... я давно хотела попробовать себя в этом.
Киса откинулся на спинку дивана, его рука соскользнула с моей. Он закурил сигарету прямо здесь, на диване, делая долгую затяжку, и молчал.
- Ты злишься? - не выдержала я.
Он выпустил дым, посмотрел на меня исподлобья.
- Я просто не понял. - Голос звучал хрипло. - Ты серьёзно уедешь в какую-то жопу на пару недель и оставишь меня тут?
Я опустила глаза.
- Ну, да... - тихо сказала я. - Ты же понимаешь, это всего лишь несколько недель.
- Для тебя - "всего лишь", - отрезал он. - А я что, без тебя тут как кость в горле сидеть должен?
В комнате снова воцарилась тишина, только тикающие часы и слабый гул улицы за окном напоминали, что время идёт.
Я протянула руку и осторожно дотронулась до его ладони.
- Кис... Ну не злись.
Он посмотрел на меня ещё раз, уже мягче, но в глазах всё равно оставалось что-то обиженное.
- Тебе там точно это надо? - спросил он после паузы.
Я кивнула.
Он не стал ничего отвечать, только глубоко затянулся и снова отвернулся.
Киса хмыкнул, докурил сигарету и, бросив её в отцовскую пепельницу, наконец посмотрел прямо на меня.
- Ну, смотри, - сказал он с хитрым прищуром. - Только если какой-нибудь вожатый-качок будет на тебя заглядываться, я приеду туда и вытащу тебя за шкирку.
Я улыбнулась, но в его голосе чувствовалось не только шутка. Он реально мог.
- Ты ненормальный, - тихо сказала я, качнув головой.
- Я? - усмехнулся он. - Это ты ненормальная. По доброй воле уезжать куда-то в лес, где дети орут и комары жрут живьём.
- Ой, перестань, - я пихнула его плечом. - Это всего лишь несколько недель.
- Ага, для тебя - «несколько недель», а для меня - целая вечность, - ответил он уже почти серьёзно.
Я замолчала, и нас снова накрыла тишина. Киса сел ближе, провёл рукой по моим волосам.
- Привык я к тебе, понимаешь? - сказал он вдруг, негромко. - Вот взяла и в последний момент объявила. Как будто ножом.
Я посмотрела на него и почувствовала, как ком застрял в горле.
- Я же вернусь, - прошептала я.
- Посмотрим, - ответил он, и снова в голосе смешалось: вроде и шутка, а вроде и не совсем.
Он потянулся и поцеловал меня в висок.
- Ладно, Кошка. Раз решила - езжай. Но учти: приедешь - я с тебя спрошу за всё это время, - сказал он, и глаза его блеснули так, что мне стало и тревожно, и тепло одновременно.
***
Неделя пролетела незаметно. Вот и наступило первое число. Чемодан уже стоял у двери, аккуратно застёгнутый, словно огромная точка в предложении моей привычной жизни. Внутри было странное ощущение пустоты - будто уезжала куда-то навсегда, хотя всего лишь на несколько недель.
Хотелось в последний момент увидеться с Кисой, хотя бы на пару минут. Просто обнять его, вдохнуть знакомый запах и спрятать глаза в его плечо. Но было всего семь утра. Он наверняка ещё спал, и я даже представила, как он переворачивается на другой бок, уткнувшись носом в подушку, ничего не подозревая. Пока он откроет глаза, я уже буду далеко - в месте, где связь ловит только на улице, и то от силы пять минут в день.
Я посмотрела на чемодан, потом на телефон. Рука сама тянулась набрать его номер, но здравый смысл удерживал: *«Не буди. Пусть поспит. Всё равно разговор будет обрывками - "я уже в автобусе", "позвони потом", и на этом всё». * Но от этого становилось только тяжелее.
Автобус стоял у школы, куда постепенно подтягивались другие вожатые. Суета, родители с детьми, куча сумок, запах свежего утра и бензина. Я заняла место у окна, чтобы можно было спрятаться в свои мысли. Водитель завёл мотор, и автобус, гулко тронувшись, покатился вперёд.
«Четыре часа дороги», - всплыло в голове. Четыре долгих часа залипания в экран телефона. Я открыла переписку с Кисой и перечитала её почти всю - от глупых смайлов до длинных ночных разговоров. Листала и ловила себя на мысли, что чем дальше уезжаю, тем больше не хочу ехать.
Мысли путались: зачем я согласилась? Для чего вообще этот лагерь? Ведь дома оставалось всё самое важное. Я. Он. Наши встречи. И вдруг это «несколько недель» показалось вечностью.
За окном мелькали поля, редкие деревушки, серые утренние облака. Голоса в автобусе сливались в однотонный фон, и я поймала себя на том, что смотрю в стекло, но вижу там не дорогу - а его глаза.