9 глава.
Проснулась я от мягкого света, пробивавшегося сквозь занавеску. Комната была тихой, только где-то за окном слышались редкие шаги и шелест листвы. Ранняя осень. Воздух — свежий, чуть прохладный, но уютный. На мгновение я даже забыла, где нахожусь. А потом повернула голову — и вспомнила.
Фил спал рядом, на боку, лицом ко мне. Его дыхание было ровным, спокойным, и от этого внутри стало странно тепло. Всё ещё не верилось, что я здесь, у него, что между нами теперь будто что-то есть.
Он вдруг пошевелился, открыл глаза и улыбнулся.
— С добрым утром, соня, — тихо сказал он, голос всё ещё немного хриплый от сна.
— С добрым, — ответила я, чувствуя, как уголки губ сами тянутся вверх.
Некоторое время мы просто молчали. Он смотрел на меня, я — на него. В этой тишине не было неловкости, только спокойствие и что-то новое, лёгкое, будто это утро принадлежало только нам.
— Пойдём куда-нибудь? — спросил он. — Осень началась, погода классная.
Я кивнула.
Через час мы уже шли по улице, усыпанной золотыми листьями. Фил держал руки в карманах, иногда чуть касался плечом моего. Мы болтали о всякой ерунде — про Ковалева, про Лену, про то, как центр скоро выпустит нас всех. Он иногда смеялся, а когда смеялся — глаза у него чуть прищуривались, и от этого он казался почти другим, мягче.
— Помнишь, как мы впервые встретились? — вдруг сказал он.
Я усмехнулась. — А как забыть. Ты тогда был наглый и холодный.
— Был? — он приподнял бровь. — А сейчас?
— Сейчас… — я посмотрела на него, делая вид, что задумалась. — Сейчас просто наглый.
Он рассмеялся, а потом неожиданно тихо добавил:
— Зато теперь рядом с тобой.
Я почувствовала, как сердце будто сжалось. Всё это время я пыталась не придавать значения тому, что чувствую. Говорила себе, что это просто привычка, просто интерес. Но чем больше он говорил, чем чаще ловила его взгляд, тем сильнее понимала — это не просто.
Мы зашли в парк, сели на скамейку. Было прохладно, и он снял куртку, накинул мне на плечи.
— Замёрзнешь ещё, — сказал он.
— Спасибо, — ответила я тихо.
Молчали. Только ветер шумел в ветвях, и где-то вдали кричали дети. Он смотрел на меня, я чувствовала этот взгляд, даже когда не поднимала глаз.
— Маша, — вдруг произнёс он, — а если серьёзно… ты бы смогла быть со мной?
— Что? — я растерялась.
— Ну, встречаться. Не просто так, не играя. По-настоящему.
Он говорил спокойно, но в его глазах было то, что я раньше не видела — честность. Без бравады, без ухмылки.
Я посмотрела на него.
— Фил… я даже не знаю.
— Подумай, — он чуть улыбнулся. — Я подожду.
Но я уже знала. Потому что когда он говорил, я чувствовала, как будто где-то глубоко внутри что-то сдвигается. Я не хотела снова быть той, кто прячет чувства за равнодушием.
— Ладно, — сказала я, чуть улыбаясь. — Можешь не ждать.
Он нахмурился. — В смысле?
— В смысле, я согласна.
Он замер на секунду, потом просто подошёл ближе и обнял. Не быстро, не резко — так, будто боялся спугнуть. Я почувствовала, как его ладонь легла мне на спину, как он выдохнул у самого уха. Всё внутри дрожало, но это было то самое правильное чувство.
Мы провели весь день вместе — гуляли, пили кофе, болтали, смеялись. Всё казалось простым и настоящим. Когда солнце стало садиться, он предложил пойти к нему, просто посидеть, посмотреть что- нибудь.
В фильме началась горячая сцена, и будто что-то щёлкнуло — он повернулся ко мне, наши взгляды встретились. Всё остальное случилось само собой: тихий выдох, короткий миг, и его губы оказались рядом. Сердце сбилось с ритма. Мир будто исчез, остались только мы. Его руки — осторожные, тёплые, родные. Я не сопротивлялась.
А потом — тишина. Только дыхание, ровное, спокойное. Я прижалась к нему, чувствуя, как всё внутри будто встало на свои места.
Так закончился наш день — слишком быстро, но по-настоящему.