5 часть
Мы с Сашей разъехались по домам. На самом деле новый император оказался очень хорошим, но уверенна что если Пущин узнает о нашей встрече с Николаем, то о нашей дружбе можно забыть. Но тем не менее, Костя нас позвал на очередной бал, на который кстати говоря мы пойдём. Бал организован по случаю окончания войны и прибытия солдатов в родные города.
Я одела красивое платье, чуть позже за мной заехали Пушкин.
-Саш, привет!-сказала я
-Привет-сказал Саша и обнял в знак приветствия
Мы сели в экипаж и начали разговаривать о том что у нас произошло за последнее время. Оказывается Саша вообще не хотел ехать на этот бал, поехал только ради Кости. По пути мы заехали в книжную лавку, Пушкину надо было забрать деньги за книги которые печатали. Я пошла с Сашей потому что не очень хотелось одной стоять на улице
В лавке Смирдина давно не случалось такого ажиотажа. Самого дорогого автора он встречал с неизменной улыбкой, заглядывая в глаза:
- За день все продано! Никогда такого не было. Ай да Пушкин! Все вас хотят! Вот мы «Фонтан» уж третий раз печатаем. Нам бы чего нового. Как там «Годунов?»
— Николай Павлович читает. Не поторопишь.-Ответил ему Саша
- Конечно-конечно! Но мы очень ждем!
По пути к выходу поэта окутывал шепот посети-телей: «Пушкин», «Это сам Пушкин». На улице совсем юный гимназист протянул ему книгу и карандаш, волнуясь пробормотал: «Александр Сергееви», подпишите. Будьте добры. Пожалуйста».
Следом подбежала группа девушек, судя по яркой одежде и громким голосам, мещанки. Затараторили, перебивая друг друга:
- Здравствуйте, месье Пушкин!
- Александр Сергеевич, когда ждать следующую главу «Онегина»?
- Онегин с Татьяной будут вместе?
- С кого вы писали портрет Татьяны?
И так почти каждый Божий день.
Казалось бы - внимание, поклонники, извест-ность, но, представьте себе, и они могут утомить.
Увы, даже к славе можно привыкнуть.
А вот к неожиданным появлениям Константина Данзаса, видимо, привыкнуть нельзя.
— Mesdames'(дамы), пропустите гения! Брысь! - раздатся бравый оклик.
Вслед за голосом, перекрывшим щебет девушек, возник и его владелец. Хорош, ничего не скажешь: в новой форме, на груди сияет награда «За храбрость»! Левая рука забинтована и висит на перевязке. В правой руке - бутылка, а сам Данзас внушительно пьян.
-Костяя!-сказала я и налетела на него с объятьями
-Викуся, привет!-сказал Костя и в ответ обнял меня, с Сашей они перекинулись приветствием, пожали друг другу руки и обнялись
- Пушкин, сорвал банк? Хорошо! - гремел он. -
Так... Едем выпить, а потом плясать. Там и девушки получше будут.
- Давай заедем к Беранже, просто поедим, а? - по пути к экипажу предложил Пушкин. Шумные гулянки в последнее время его крайне утомляли: никакой радости, все известно наперед.
- Отставить! - рявкнул Данзас. — Друг вернулся с войны! С ранением и наградой. Он выбирает!
Они подъехали к довольно большому особняку, и судя по тому, что к нему стекались экипажи и гости, в доме начинался бал. Пушкин поморщился, но оставлять друзей не хотел, поэтому обреченно направился внутрь.
Там Данзас нетвердой походкой взбирался по лестинце на второй этаж. Как всегда, приветствовал и заигрывал со всеми хорошенькими дамами по пути и без конца требовал шампанское. Барышни кокетлито смеились, а заметив идущего рядом Пушкина, пралали в благоговейный трепет: «О, Боже! Это же Пушкин!», и робко шагали за ним следом.