Глава 14. Несколько правил
От лица Майкла
Мой день проходил медленно и беззаботно. Я не привык убегать от своих мыслей и спокойно рассуждал о произошедшем сегодня утром, не пытаясь забыть то, что вгоняло меня в краску, хотя я и был необычайным трусом. Я сидел в больнице в своём рабочем кабинете и проверял расчётные счета и счета фактуры на поставку медикаментов, но я ни на секунду не переставал думать о Джульетте.
Домой я приехал поздно, как и обещал. Не смотря на это, меня ещё ждал горячий ужин. Джул сидела на диване и читала какую-то книгу. Видимо она не услышала, как щёлкнул дверной замок, и не обратила на меня никакого внимания.
- Привет, - тихо сказал я, надеясь, что она меня не услышит.
Джул от неожиданности выронила книгу и резко повернула голову в мою сторону. Лёгкий испуг пробежал по её лицу, и она вздрогнула от неожиданности.
- Извини, я не хотел тебя напугать. Мне показалось, что ты услышала, как я зашёл.
Джульетта мельком на меня взглянула и быстро спрятала от меня своё лицо. Она подняла упавшую книгу и встала с дивана, направляясь к обеденному столу. Я вновь скрылся за дверями своей комнаты.
Что-то меня насторожило. Обстановка в моей комнате изменилась. Некоторые предметы лежали не на своих местах. Мне и в голову сначала не пришло подозревать в этом Джул, но потом... Кто же ещё мог сюда зайти, как не она? У меня дома никогда не бывает гостей. Мне просто некого было приглашать, да и незачем. Я не сердился на Джульетту. Если ей интересно, пожалуйста. Мне незачем препятствовать её любознательности. Теперь это и её квартира тоже, пусть ходит, где хочет и делает, что ей вздумается. Она же не в плену и вольна поступать, как считает нужным.
Когда я переоделся и вышел из спальни, моя соседка по квартире уже сидела за столом и с ужасом ждала моего появления. Сам же я наоборот был рад, наконец, оказаться дома в компании девушки, которая меня вдохновляла. Никакого смущения. Для меня всё уже стало на свои места, но для Джул ничего не изменилось. Она вела себя так же, как и утром.
Я непрерывно смотрел на неё, оценивая ситуацию. Мне хотелось поболтать с ней, как прежде, без особой цели, не придавая значения нашим словам. Я решил завязать разговор.
- Как дела? – легко проговорил я, пытаясь уловить её взгляд.
Она явно не была настроена на беседу. Джул опустила голову и неуверенно показала мне большой палец поднятый вверх. Этого мне было мало. К тому же меня не радовало то, что она мне лжёт, уверяя, что всё хорошо.
- Всё в порядке? Правда? – так же быстро сказал.
Джул осторожно кивнула. Меня стала раздражать эта немая сцена. Я хочу услышать её нежный голос. Немедленно! Мне это было необходимо, как воздух.
- Всё, я так больше не могу! Почему ты не можешь со мной нормально поговорить? – заявил я.
В ответ тишина. Она ничего не сказала. Даже пытаться не стала. Я решил подойти с другого фланга и дал понять, что ничего не изменилось и мне неважно то, что произошло сегодня.
- Ты это из-за утренней ситуации, что ли?
Она снова робко кивнула. Теперь я решил сделать то, чего она совершенно не могла ожидать с моей стороны, чтобы вытянуть из неё хоть слово, и это сработало. Я подался вперёд, и моё лицо остановилось в нескольких дюймах от неё. Дышать от этого ей стало намного труднее. Её дыхание участилось, а щёки налились румянцем, но я не остановился. Следующее действие заставило её сердце колотится с невероятной скоростью. Я почувствовал, как кровь пульсировала по венам, потому что провёл кончиками пальцев по её шее. Я приложил свою ладонь к бледной коже не щеке Джул и приподнял её лицо так, чтобы можно было посмотреть на безоблачное голубое небо её глаз.
- Ну, и что? Подумаешь. С кем не бывает? Всё нормально, Джул, - мой нежный голос заставил её смягчиться.
Я видел, что ей не сильно понравились мои действия, однако протестовать против них она не стала. Думаю, сейчас я смогу вполне нормально поговорить с Джул, и она удостоит меня этой чести. Я убрал руку и продолжил беседу, надеясь, что услышу ответ.
- Что ты сегодня делала?
- Да так ничего особенного, лишь прибралась во всех комнатах, - без особого энтузиазма проговорила Джульетта и стала рассматривать еду на своей тарелке, ковыряя её вилкой.
Наконец-то. Её голос снова ласкал мой слух, даже когда в нём слышались нотки гнева и безразличия.
- Даже в кладовке?
- Даже в кладовке. Кстати в твоём кабинете я тоже навела порядок.
- А я там хоть, что-нибудь найду? – саркастически спросил я.
- Не уверена, - на лице Джул блеснула лёгкая самодовольная и злорадная улыбка.
- Знаешь, я практически всю жизнь жил один, начиная с раннего детства, и поэтому мне трудно привыкнуть, что рядом ещё кто-то есть. Это меня, так сказать дезориентирует, и я забываю, что ты тоже здесь живёшь.
- И, что ты предлагаешь, как решение этой проблемы?
- Нам стоит установить некоторые правила, которые должны будут соблюдаться беспрекословно.
- Думаю, ты прав.
- Первое: все свои вещи нужно хранить у себя в комнате, а не по всему дому, - предложил я, указывая на старенькую куртку Джул, которая валялась на спинке дивана в гостиной.
- Второе: нужно не забывать про то, что в ванной есть задвижка и закрываться, - сказала она, в шутку оскалившись.
- Третье: не наводить порядки в доме без моего ведома. Иначе я ничего не смогу потом найти. Уборка только по субботам и только вместе.
- Ладно. Четвёртое: не заходить в комнаты друг к другу без разрешения и стука, - сказала Джул, намекая на мой ночной визит к ней в комнату сегодня.
- Пятое: не скрывать, никаких обид и поступков, - это было честно, по отношению к обоим. Так нам будет проще освоиться.
- То есть никаких секретов? – перефразировала она.
- Да, - согласился я.
- Хорошо. И шестое: ты не будешь сидеть у себя в кабинете дольше двенадцати часов ночи.
- Ладно. Вот и хорошо. Эти правила нарушать нельзя.
Глаза Джул снова сияли, а смущение и плохое настроение ушли на второй план. Мы доели ужин в спокойствии и умиротворении, как это было ещё вчера. После трапезы мы перемыли всю грязную посуду и оба спрятались за дверью моего уютного кабинета, наконец-то найдя тему для банальных, не имеющих смысла разговоров, которые я так сильно любил.
От лица Джульетты
После ужина я помогла Майклу разобраться с той системой, по которой теперь стояли карты пациентов и старинные книги. Доктор не стал ничего менять, сказав, что так ему даже удобнее. Затем он снова приступил к работе, зарывшись с головой в бумаги, а я сидела в кресле напротив и наблюдала за его напряжёнными действиями. Он обдумывал каждое движение, чтобы ничего не напутать и не ошибиться при заполнении каких-то бланков. На его лбу появились несколько небольших морщинок, которые говорили о важности его размышлений.
Я последнее время стала приглядываться к его поведению. Мне было завидно от того, что я для него, как открытая книга, в которой он может найти всё, что ему угодно, а я совершенно не разбиралась в нём. Ни капли. Он такой противоречивый, непостоянный и непредсказуемый. Его поведение невозможно отследить или предугадать, опираясь на простую здравую логику. Настроение Майкла могло измениться в любую минуту, просто так, на пустом месте, даже если бы он находился в пустой комнате в темноте, где совершенно ничего не происходило, его лицо изменялось бы до неузнаваемости, без каких-либо оснований. Вот как сейчас. Пока я наблюдала за ним в течение получаса, его лицо постоянно меняло своё выражение. Вначале было серьёзным, сосредоточенным, потом слегка удивлённым, затем он снова задумался, летая в облаках и вглядываясь в пустой угол комнаты, наверное, о чём-то мечтал, а сейчас весело ухмыльнулся и мельком взглянул на меня. Никакого повода для удивления, раздумий или смеха я ему не давала. Что твориться у него в голове? Как будто у него внутри скрывается ещё одна вселенная, события которой заставляют его менять своё настроение каждые пару минут, а я о ней не имею никакого понятия. Ну, а чем ещё можно это объяснить, если ни богатым воображением или реалистичными фантазиями? Пока я оценивала свою правоту, Майкл снова стал спокойным и сосредоточенным. Нет, понять этого человека я не смогу, пока он мне сам об этом не расскажет и не разъяснит, что скрывается под его неприступностью и отдалённостью от всех. Какой он на самом деле без своих масок и ширм?
Это спокойствие и тишина оглушали меня, отдаваясь перезвоном в ушах. Я решила разрядить атмосферу и устроить врачу небольшое интервью, чисто из любопытства, чтобы хоть немного разобраться.
- Можно задать тебе несколько вопросов?
- Да, пожалуйста, - ответил Майкл, не отрываясь от работы.
- Сколько тебе лет? Только точно.
- Мне 26 лет и 7 месяцев.
- А когда у тебя день рождения?
- Было 1-го марта.
- В первый день весны? – это прозвучало не как вопрос.
- А у тебя? – поинтересовался врач, совершенно не придавая значения этому разговору.
- 20-ого августа и мне 16 лет и 1 месяц.
- Хм. Выходит, я старше тебя почти на 10 лет.
- Почти, - повторила я, придираясь к нескольким месяцам, которые разделяют наши ежегодные праздники. - А тебя устраивает твоя работа?
- Да, - он мельком взглянул на меня, а потом вновь опустил глаза.
- А что именно тебя привлекает в работе психиатра?
Майкл оторвался от бумажек и погрузился на некоторое время в раздумья.
- Люди, - ответил он - Меня привлекает то, что многие из моих пациентов не осознают, что их окружает. Они не замечают этот грязный, порочный и несправедливый мир. Как бы мне хотелось оказаться на месте одного из них. Узнать, каково это – жить, не обращая внимания на проблемы. Им легко, и я рад, что хоть кто-то бывает по-настоящему счастлив, живя в своём укромном мирке, где их никто не потревожит. Но, к сожалению или к счастью это невозможно для меня.
Теперь в раздумья погрузилась я. Эти слова немного поменяли мои взгляды на некоторые вещи, которые я когда-то не ценила и не замечала. Майкл ответил на тот вопрос, который я задавала сама себе, пытаясь разгадать его мысли. Та вселенная, которую он себе представлял, не была похожа на наш мир. Я уверена, что это было что-то прекрасное, где Майкл мог найти уединение и покой, не вспоминая о трудностях жизни. Хм. А ведь он сказал, что хотел бы оказаться на месте некоторых своих пациентов, которые не воспринимают настоящий мир вокруг себя. «Они не замечают этот грязный, порочный и несправедливый мир. Как бы мне хотелось оказаться на месте одного из них. Узнать, каково это – жить, не обращая внимания на проблемы» - вспомнила я его слова. Неужели жизнь его так отягощала? Что с ним сделал этот гадкий мир, который он так яростно ненавидел и все душой желал скрыться от него? Даже мечтая о безумии?!
Подискутировав сама с собой, в течение нескольких минут, я отбросила лишние мысли и задала следующий вопрос.
- Сколько языков ты знаешь? – вопрос совершенно не касался прошлой темы.
Майкл удивлённо посмотрел на меня, а после всё же стал загибать один палец за другим, считая количество языков про себя.
- Идеально я говорю на пяти языках, но в общем счёте мне известны девять.
- Э-э-э-м... - у меня отвисла челюсть – С ума сойти! Девять языков?! Как ты это...?
- Легко, - весело ответил Майкл, поняв, что произвёл неизгладимое впечатление.
- А какие именно языки ты знаешь?
- Английский, арабский, немецкий, французский, русский, китайский, испанский, португальский и латынь.
- Вау! Ты просто... Но как?.. Ладно, забудь. Во мне сейчас говорит шок.
Врач улыбнулся и довольный собой продолжил заполнять карты пациентов. Я долго думала над тем, что спросить дальше, но тот факт, что Майкл знает девять языков не оставлял меня в покое. Мне захотелось проверить его знания.
- Скажи что-нибудь.
- Что? И на каком языке?
- Мне всё равно, просто говори.
Поразмышляв всего пару секунд, Майкл произнёс одну и туже, как мне показалось, фразу на нескольких языках.
- من كل قلبك و من كل نفسك و أريد أن أكون وأنا لن يكون إلا معك – это арабский, - пояснил он и продолжил - 所有你 的心脏 并与所 有你的灵魂, 我想我会是只有你 – это китайский. Сon todo su corazón y con toda el alma, quiero ser y voy sólo contigo – испанский. De tout mon cœur et de toute mon âme, je veux être et je serai seulement avec toi – и французский. (перевод: всем моим сердцем и всей моей душой, хочу я быть и буду лишь с тобой*)
Последняя фраза на французском прозвучала более нежно и мягко, чем на других языках. Я когда-то учила французский, но потом этот предмет перестали преподавать у нас в школе и мои знания остались на начальных этапах. Некоторые слова я перевела, но соединить их воедино у меня не получилось, поэтому я попросила Майкла мне помочь.
- Как это переводится?
Доктор не хотел произносить перевод этих пары строк, потому что я могла не правильно понять смысл этого высказывания, и он промолчал.
- Ладно, не хочешь и не надо. Буду надеяться, что это что-то красивое, а ни ругательство.
Майкл посмотрел на меня и слегка кивнул. Эти слова в его произношении звучали действительно красиво и показались мне очень знакомыми. Точно, я видела что-то подобное на французском языке в одной из книг. Ну, это была не совсем книга, а скорее большой блокнот. Там всё было написано от руки Майкла, как мне показалось.
- Хм, а я уже слышала эти строки раньше.
Я решила кое-что проверить и, похоже, попала в самую точку, затронув самолюбие Майкла.
- Нет, ты ошиблась. Эти строки ты не могла нигде услышать. В этом я уверен.
- Но я точно знаю, что слышала именно эти строки.
- Нет, Джул. Никто и никогда не мог этого слышать. Я сам написал их всего два дня наза... - его голос резко оборвался.
О-о-о. Похоже, Майкл произнёс то, что хотел бы сохранить в секрете даже от меня. Почему?
- Сам написал? Хм, а что? Я люблю стихи. Может, прочитаешь мне ещё что-нибудь? – невинно пролепетала я.
- Нет, - отрезал он и отвёл от меня глаза.
- Почему? – я не понимала его смущения.
- Это... слишком личное. Давай закроем тему?
Майкл опять опустил голову к столу и продолжил работу. Комната погрузилась в тишину. Я размышляла над сказанными словами. Думаю, в его стихах нет ничего настолько личного, чтобы скрывать их ото всех, но это его право. Скорее всего, он просто боится критики. Боится, что его идеальный образ пошатнётся и потеряет устойчивость в обществе. Хм. Так постепенно мои мысли пришли к ряду новых вопросов, которые я задала Майклу. Наши с ним диалоги почти всегда были бессмысленны, и меня это радовало, ведь я боялась показаться Майклу глупее, чем была на самом деле. А я была весьма не глупа, по сравнению с общей успеваемостью учащихся одиннадцатых классов.
- А насколько ты богат? – небрежно спросила я, вспоминая красивейшую кровать в спальне Майкла и поездку на его дорогой тёмно-синей Порше.
- Ха. А это хороший вопрос, - Майкл широко улыбнулся и посмотрел мне в глаза, но потом его улыбка потускнела, - Богат ли я? Не знаю. Это зависит от того, что ты считаешь богатством. Деньги? Да, у меня внушительный счёт в банке, но насчёт остальных критериев я не уверен.
Его слова вновь погрузили меня в раздумья. Это, весьма философское замечание – вывод, к которому приходят лишь единицы. И правда. Что можно считать богатством? Философы с начала времён пытаются ответить на этот щекотливый вопрос и не могут найти ответ, а Майкл так легко рассуждает. Какие остальные критерии он имел в виду? Что лично для него является самым важным сокровищем? Ради чего он отдал бы всё, что имеет?
Я встала и медленно обошла стол. Доктор даже не обратил внимания на мои действия. Я подошла к нему сзади и положила ладони ему на плечи. Потом мои руки обвили его шею, а я опустила голову ему на плечо. И снова никакой реакции. Майкл даже не шелохнулся, как будто, так и должно было быть, не отстранился и не пытался убрать мои руки. Поняв, что он не против моих действий, я сделала кое-какие выводы и продолжила наш не законченный разговор.
- Ты умён. Мне даже трудно представить, сколько информации скрывается в твоей голове. Меня радует то, что она используется во благо. Ты невероятно красив. Необычайно прекрасен. Я никогда не видела никого, кто, по моему мнению, выглядел бы лучше. И ты богат. Несказанно богат. Ты можешь себе позволить всё, что только придёт на ум. Можешь воплотить в жизнь всё, о чём только можно мечтать. Ты можешь получить всё желаемое. Это так похоже на прекрасный сон. Но... - я запнулась и не знала, как произнести мою догадку.
Майклу стало очень интересно. Он положил свои ладони на мои руки, откинул голову назад и уткнулся носом мне в шею. Я продолжила изъясняться, получив такое одобрение.
– Но ты так не считаешь. Ты несчастен. Что-то в твоей жизни не так, как тебе хотелось бы. В твоих глазах столько боли, о которой я совершенно ничего не знаю, - мои руки сжались сильней. – но я хочу знать. Я должна знать, что тебя так волнует и не даёт покоя. Расскажи мне...
Майкл медленно разомкнул мои объятия и поднялся из кресла. Я так испугалась, что перешла границы, что сказала то, о чём не стоило говорить, что он оттолкнёт меня и закроется в себе. Доктор повернулся ко мне, а затем присел на край стола, чтобы не смотреть на меня сверху вниз. Его руки держали мои ладони, перебирая мои пальцы, а взгляд был направлен вниз. Мне показалось, что я затронула очень неприятную тему для него, но поскольку Майкл не прервал меня раньше, а внимательно слушал моё мнение, я была рада тому, что возможно получу какие-нибудь ответы, чтобы разгадать его загадку. Да, ещё со времён нашей первой встречи в больнице я пыталась разгадать его тайну, но никаких успехов. А тут такой шанс.
- Расскажи мне всё...
Майкл поднял на меня глаза. Они и правда, были полны непонятной тоски, но при этом его лицо сияло. Он улыбался мне самой тёплой и радостной улыбкой, которая только могла быть в его арсенале. Это было очень странно. Как будто в нём боролись две противоположности. Он решал: говорить мне правду или нет. Я с нетерпением ждала его вердикта и очень обрадовалась, когда Майкл заговорил своим мягким манящим баритоном.
- Ты права Джул... – небольшая пауза. - Меня очень трудно удивить, но тебе, как ни странно, это удалось. Никто не замечал во мне этого, а ты заметила, - его голос стал тише. - Ещё ни один человек не смог меня понять, хотя я почти никому этого не говорил, но надеюсь, ты попытаешься, - я решительно кивнула и стала ждать продолжения, он усмехнулся – Да, теперь я не сомневаюсь, что поймёшь. Ты особенная, Джульетта.
Врач опять опустил глаза и начал вновь рассматривать мои бледные ладони в своих руках.
- Джул, мне понятно твоё мнение насчёт моего превосходства над многими людьми, но я его с тобой не разделю и, наверное, никогда не приму за истину. Моя жизнь не имеет ничего общего с прекрасным сном или сказкой. Она похожа на один затянувшийся кошмар, в котором только одиночество, мрак и пустота. Все мои знания весьма поверхностны и не целостны. Я знаю лишь девять языков, хотя их намного больше, я лучший психиатр в стане, хотя в мире есть люди, которые лучше меня разбираются в этом. Моя красота, которой восхищаешься не ты одна – это моё проклятье. Я ослепляю людей своей внешностью, отбирая у них возможность, мыслить здраво, находясь рядом со мной, и никак не могу это исправить. Хотя на тебя это похоже не действует. Ты отлично держишься. Даже лучше, чем мне бы того хотелось.
Майкл горько усмехнулся, взглянув на моё непонимающее лицо, и снова отвел взгляд.
- Деньги, - фыркнул он. – Мне от них никакого проку. Я действительно могу себе позволить всё, что моя душа пожелает, но... - теперь Майкл смотрел мне в глаза, не отрываясь. Его взгляд был глубоким и многозначным. Он пытался распознать мою реакцию, на его следующие слова. – Но моя душа уже давно ничего не ощущает, не ищет и не жаждет. Для меня каждый день в одиночестве это пытка. Меня ничего не привлекает в этом мире. Я устал от всего, что меня окружает. Всё такое тусклое, серое и скучное.
- Нет, этого не может быть, - я резко высказала ему свой протест. – Как ты живёшь, если у тебя нет никаких духовных потребностей? Это ведь не жизнь, а...
- Кошмар, - подхватил Майкл. – Я же тебе говорил. Бесконечная непроглядная холодная темнота, - медленно отчеканил он каждое слово.
Лёгкий холодок пробежал по моей спине от этих, имеющих двойной смысл, слов. Врач заметил мою перемену и мягко улыбнулся.
- Зачем мне деньги, если я не знаю, чего требовать от жизни и не знаю на что их тратить? У меня нет цели и нет никаких новых начинаний. Я пытаюсь радоваться тому, что у меня есть и наслаждаться тем, что имею, не создавая что-то новое.
- Но ты же говорил, что...
- Да, меня жизнь ничем не привлекает. Но я же сказал, что я пытаюсь жить, как нормальный человек, а не то, что у меня это получается. Мне ненавистна каждая секунда, бесцельно прожитая мною за последние пятнадцать лет, - последнюю фразу он произнёс с лёгкое злобой.
Эти откровения меня шокировали. Как я сама не могла этого заметить? Как столь очевидные теперь факты ускользнули от меня? Я повернула голову в сторону и стала вглядываться в ночную темноту за окном. Мне было трудно представить то, как Майкл жил, то, как он описывал свою жизнь. Мрак, пустота, холод, одиночество. Бр-р-р. Меня опять слегка трухнуло от этой мысли.
Майкл понял, что мне стало жутковато, и решил слегка «разбавить краски». Он прикоснулся пальцами к моей щеке и повернул моё лицо к себе. Я увидела то, чего не видела никогда. Сейчас его глаза сверкали, излучали радость, как будто его жизнь кардинально изменилась в эту же секунду. Я хотела было спросить, что случилось, но опоздала. Майкл опередил меня и объяснил, что изменилось.
- Но теперь моя жизни стала другой. Совершенно другой. В ней появились смех, радость, шалости, глупости, разговоры ни о чём, приятно проведённое время и ещё многое другое, благодаря тебе. Ты появилась в моей жизни, Джул, - Майкл взял моё лицо своими ладонями и встал со стола. Его лицо оказалось в нескольких дюймах от меня. Аромат сладкой мяты усыплял мою бдительность, а мягкий голос ласкал слух. - Ты изменила мою жизнь до неузнаваемости. Я снова могу наслаждаться своим существованием, когда ты рядом. И я не знаю, как бы мог отблагодарить тебя за это. Что я могу для тебя сделать?
Он ещё хочет меня отблагодарить?! Это мне нужно сказать ему спасибо хотя бы за то, что произнёс столько прекрасных слов, не говоря уже о том, что приютил меня и сделал многое другое ради несчастной незнакомки! За все мои жалкие 16 лет я не слышала ничего подобного о себе. Никогда.
Меня переполняла эйфория. Не знаю, что это со мной. Какие-то странные чувства привязанности к этому человеку проснулись во мне. Я обхватила его за шею и со всей силы прижала к себе, не желая, чтобы он покидал меня хотя бы на секунду. Майкл тоже обвил меня руками и притянул к себе. Он покорно опустил голову к моему плечу и спрятал лицо в моих волосах, вдыхая их запах. Я ощущала его обжигающее дыхание на своей шее. Время остановилось. Мне казалось, что всё на своих местах. Всё так, как и должно было быть с самого начала. Сейчас мне стало ясно, почему судьба так жестоко обходилась со мной. Она должна была привести меня к этому человеку любой ценой. Я чувствовала, что должна была появиться в его жизни, чтобы спасти от одиночества, от того кошмара, в котором жили мы оба. Или это он меня спас? Не важно. Главное, что я осознала, чего хочу и поняла, что буду требовать от Майкла сейчас.
- Джул... - робко начал он, но я его остановила, крепче прижав к себе.
- Замолчи...
Я думала, как правильнее будет выдвинуть моё требование. Подобрав нужные слова, я прошептала их Майклу на ухо.
- Ты сделаешь для меня кое-что?
- Что угодно. Только скажи, и я сделаю всё, что будет в моих силах, - так же тихо произнёс врач.
- Пообещай, что никогда не откажешься от меня и никогда не оставишь одну.
-Конечно, обещаю, - покорно произнёс Майкл.