Глава 1. Начало
- С днём рожденья! – кричали все вокруг меня.
Ах, был замечательный праздник. Столько подарков я в жизни не видела, и они все были мои, как здорово! Заиграла музыка, все гости бросились танцевать и меня приглашали, но я отказывалась, говоря, что якобы переела и не встану со стула. На самом деле, танцы не были моей стихией. Да ещё и это прекрасное облегающее красное платье. Оно стесняло мои движения, поэтому я боялась, что, как всегда, споткнусь обо что-нибудь и не удержу равновесие.
Я, как и полагается виновнице торжества, сидела на почётном месте во главе стола и разглядывала пьяных танцующих людей. Я смотрела и смотрела, даже, кажется, начала дремать, как вдруг откуда-то издалека мне послышалась довольно знакомая мелодия. Я встала из-за стола и попыталась идти на звук, но громкая музыка заглушала эту мелодию. Попросив тётю, чтобы она убавила звук аудио системы, я пошла дальше в тишине. Вышла из зала, прошла по тёмному коридору дорогого отеля. Настенные бра слабо освещали просторное длинное помещение. Мои туфли бесшумно ступали по пушистому ковру. Вскоре я нашла источник звука, зайдя в комнату за старой, нагоняющей страх, дверью. Это был мой старенький будильник. Он лежал на полу и странно скрежетал. Дотронувшись до него рукой, чтобы выключить, я проснулась в своей постели.
Яркий свет ослепил меня и притупил все чувства. Я зажмурилась, пытаясь унять цветные круги, пляшущие у меня перед глазами на чёрном фоне.
Неужели мне это всё приснилось? Ведь сон был такой реальный! Музыка действительно оглушала меня, я чувствовала вкус еды, мои руки ощущали прикосновения предметов и людей. Я была в шоке, и только через несколько секунд, стала понимать, где я и что происходит.
Было печально осознавать, что это была лишь яркая фантазия. Глупая шутка моего подсознания. В голове стали проноситься воспоминания о моём последнем дне рождения, которое прошло чуть больше недели назад, 20 августа. Никаких подарков, никаких гостей, никакой музыки, фуршета, прекрасного платья. Я чувствовала себя Золушкой, потерявшей всё в один прекрасный момент. Но мне нечего было терять. У меня ничего этого никогда не было в реальной жизни. Никто бы не стал ласково произносить моё имя и поздравлять, с моим очередным ежегодным праздником.
Кстати, моё имя Джульетта Шепс, но для друзей просто Джул, хотя их у меня почти не было. Мои внешние параметры шестнадцатилетней девочки были не совсем стандартными и привлекательными, но и не столь вызывающими отвращение, которое испытывали некоторые люди, которых я к сожалению очень близко знала. Тёмные волосы, почти чёрные, здорово выделяющие бледность моей кожи, которые совершенно не вязались с небесно-голубыми глазами. Рост небольшой, но соответствующий общепринятым стандартам, как средний. Фигура стройная, потому что я тратила огромное количество сил и энергии, на спортивные соревнования, чтобы заработать хорошие оценки по физкультуре. А так же у меня был удивительнейшей красоты голос, правда, кроме меня его никто никогда не слышал. Но на то были веские причины.
Проснулась я в своей комнате, на втором этаже. Моя семья живёт в старом районе города Лоренса, штата Канзас. Наш дом хоть и большой, но очень старый и пошарпанный, а денег на его ремонт у нас нет, и никогда не будет, как и никогда не исполнится мой замечательный сон.
Будильник прозвенел ровно в 7:00 утра, я всегда так встаю в будние дни. Сегодня как раз среда, начало учебного года. Терпеть не могу! Я так ненавижу этот день, не потому что не люблю учиться, а потому что снова придётся видеться с ребятами из школы. Они меня не очень-то любят, но об это потом.
Я поднялась с кровати, обула голубенькие тапочки, накинула халат и пошла в ванную комнату, но увы, как всегда не успела зайти туда первой. Мой брат Билли, (в мыслях я его называю «Билл крокодил»), каким-то волшебным образом оказывается в ванной комнате всегда раньше меня.
- Билл, давай быстрей! – сквозь зубы буркнула я, постучав в дверь.
Странно... В ответ мне не последовало никакой дерзости или нового прозвища, но я рано радовалась. Через пару минут он вышел из комнаты и с высоко поднятой головой прокричал на весь дом:
- С добрым утром, убогая!
Так и хотелось ему вмазать, но я уже привыкла к оскорблениям, так что просто зашла в комнату и закрыла за собой дверь. Я подошла к раковине и стала рассеянно чистить зубы, представляя, насколько ужасно может пройти сегодняшний день. Потом я причесала тёмные локоны и посмотрела на своё отражение в разбитом зеркале. На меня со стены смотрела маленькая перепуганная девочка, выросшая в нищете и ненависти, голубые завораживающие глаза которой, совершенно не вписывались в эту жуткую картину. Милое личико, которое мне никогда не помогало находить с людьми общий язык. Со злобой отвернувшись от ненавистного мне лица, я вышла из ванной комнаты и спустилась вниз по скрипучей лестнице на кухню.
Перекусив бутербродами и печально, даже тоскливо, посмотрев в окно, потому что на улице было пасмурно, и слегка моросил дождь, я собрала учебники в рюкзак и пошла на автобус.
На автобусной остановке было много детей, особенно моего возраста. Как только кто-то из них меня замечал, сразу начинал шептаться обо мне с соседом или соседкой. Их косые взгляды прожигали меня насквозь. Я почти физически ощущала то отвращение, с которым меня рассматривали. Почему? Ну почему они меня так не любят?
Ответа на этот вопрос я не знала и даже не догадывалась, каким он может быть. Но я не была одинока в этом огромном мире «зазнаек». У меня была одна единственная подруга - Эбигейл Ликан, но для меня просто Эбби. Даже не знаю, кто из нас двоих был хуже я или она, а впрочем, это не так важно. К ней ребята относились не лучше, чем ко мне.
Вот подъехал автобус и все сразу ринулись вперёд. Когда я зашла, мне просто не хватило места, и я осталась ждать другого рейса. Эбби хотела выйти и подождать вместе со мной, но её не пропустили. Что ж, значит, буду ждать в гордом одиночестве. Наконец, через 15 минут автобус снова приехал, и я спокойно села у окна, смотря в пустоту, совершенно не замечая пейзаж перед собой.
Переступив порог школы, я сразу замерла на месте. Передо мной стояла директриса. Боже, как скривилось её лицо при виде меня, как будто ей в рот брызнули лимонным соком. Она была одной из тех людей, которые считали меня омерзительной, только потому, что я и моя семья были ниже её по статусу.
-Джульетта Шепс, почему вы ещё не в классе? – спросила она так, будто бы я враг народа.
-Но ведь до звонка ещё 12 минут!?
-И что? Вы должны успеть подготовиться к уроку.
-Но... - попыталась возразить я.
-А ну, цыц! Что это за манеры? Дерзишь старшим?
-Нет мадам. Считайте, я уже сижу за партой в кабинете биологии.
Я бросилась вперёд на третий этаж, директриса – мадам Крейк - смотрела мне вслед, пока я не скрылась за углом.
Войдя в класс, я увидела одноклассников, и у каждого на лице были различные выражения. У кого-то злость, у кого-то отвращение, ненависть, равнодушие и желание никогда больше меня не видеть. Я постаралась не обращать внимания на их лица и прошла по классу на своё место, где меня ждало единственное радостное и счастливое лицо Эбби. Думаю, одноклассники встретили её с таким же восторгом что и меня.
Прозвенел звонок. Мисс Роланд зашла в класс. В классе была тишина и спокойствие, несмотря на то, что периодически все оборачивались ко мне, а после продолжали обсуждать с соседями по парте мою старую поношенную одежду.
Все уроки прошли, как этот. Можно сказать первый день удался. Домой я вернулась, как и уезжала, на автобусе. Только я подошла к калитке, как уже были слышны ругань и брань моих родителей. Моя мать Мэри была симпатичной женщиной, блондинкой небольшого роста. Умом она не блистала, поэтому у неё с мужем были постоянные разногласия и ссоры. Отец - Сэмюель был суровым и агрессивным типом. Нам с братом частенько доставалось от него ни за что, ни про что, но мне больше и чаще, чуть ли не каждый день, только потому, что я была старше. Хорошее оправдание, да? Моего брата он бил за оценки, Билли плохо учился в школе и часто получал плохие отметки, в отличие от меня, я была отличницей. Меня же он бил за свои провалы на работе, если я что-то не сделала по дому, если заболею, то виновата в болезни тоже я, и при каждой ссоре родителей я выхожу крайней.
Поэтому, если я слышу брань уже с порога, значит, сегодня меня или побьют, или заставят делать что-то мне непосильное. И попробуй им потом сказать, что не справляешься.
Я открыла калитку, прошла по двору и остановилась у входной двери, закрыла глаза и стала вслушиваться в каждое слово. Хотелось понять, из-за чего они ругаются, чтобы на всякий случай знать, за что меня накажут в этот раз. Я тихо ждала, пока они замолчат, и я смогу войти с меньшим риском получить оплеух за компанию. Вдруг дверь распахнулась, и отец выскочил из темноты. Но ведь под дверью стояла я! Он столкнул меня со ступеней, а сам удержал равновесие от столкновения, и тут пошло-поехало. Я оказалась виноватой, что стояла под дверью, хоть это и было так. А на то, что я упала и чуть ли ни до крови расшибла себе голову, никто не обратил внимания, а наоборот он ещё и выпороть меня хотел. Хорошо, что мама его раньше вымотала.
Сэмюель весь взъерошенный и красный от злобы пошёл дальше по двору к калитке. Он частенько после ссор с мамой уходил в бар и возвращался далеко за полночь, а Мэри снова закатывала ему истерику.
Я осторожно встала и вошла в мрачный коридор. Надеясь, что мать меня не заметит, пробралась к лестнице и поднялась к себе в комнату, но тут раздался её недовольный голос.