ГЛАВА XIV Падение
С тех пор принцесса никогда больше не слышала о Принце. Он перестал беситься по поводу заклинаний и злых проклятий, теперь он сам видел, какими глазами на него смотрят окружающие. Они наверняка думают, что он сошел с ума. Принц не мог обвинять их. Он и сам часто подозревал, что сошел с ума. И почти желал этого. Выгнав Тьюлип из замка, Принц закрылся в своей комнате, больше ни разу не покидал ее и не позволял слугам открывать шторы на окнах, а вечером разрешал зажечь только одну свечу, говоря, что так посоветовал ему доктор. Единственным человеком, которого принимал Принц, был Гастон.
— Ты уверен, что именно так хочешь покончить со всем этим, Принц?
Принц изо всех сил старался сдерживать приступы гнева, которые в те дни так легко охватывали его.
— Полностью уверен, друг мой. Это единственный способ. Ты поедешь в замок Морнингстар и официально объявишь о расторжении нашей помолвки.
— А как же с брачным контрактом? Король разорится без обещанных тобой денег.
— Уверен, что так оно и будет, — улыбнулся Принц. — Но он этого заслуживает за то, что пытался подсунуть мне в жены свою безмозглую дочь. Она никогда не любила меня, Гастон! Никогда! Все это было ложью! Она хотела лишь завладеть моими деньгами — для себя и для своего папаши!
Гастон видел, что Принц начинает заводиться. Он не стал говорить, что, по его мнению, Тьюлип действительно любила Принца. Гастон устал убеждать в этом своего друга еще в первые недели после их разрыва. Но что бы ни говорил тогда Гастон, это не могло убедить Принца. В тот день в лабиринте из живой изгороди произошло нечто, заставившее Принца поверить в то, что Тьюлип не любит его, и теперь не было никакой возможности убедить его в обратном.
Как бы то ни было, Гастон должен был верить в то, что его друг прав. Тьюлип могла все это время обманывать его. Откровенно говоря, Гастон не думал, что Тьюлип достаточно умна, чтобы провернуть такую хитрую штуку; он никогда не замечал и того, чтобы она была корыстна. Он думал, что очень удачно подобрал невесту для своего друга, и теперь был сильно огорчен, видя, какой бедой все это обернулось.
— Я отправлюсь в дорогу сегодня же, мой дорогой друг. А ты отдыхай.
Принц недобро усмехнулся. В смутном свете свечи эта усмешка исказила его лицо, отбросив на него отвратительные тени и заставив Гастона почти испугаться своего друга.