ГЛАВА XIII Хам
все вокруг неземным светом. Тьюлип и няня уже наслаждались десертом, когда в столовую ввалился Принц — казалось, он был сильно не в себе.
— Счастлив видеть, леди, как вы уплетаете свой обед, когда во всем замке царит кавардак.
Принц выглядел ужасно помятым, словно постаревшим сразу на несколько лет после недавней схватки со зверем. Няня и Тьюлип просто уставились на Принца — они были в полной растерянности.
— Ты ничего не хочешь сказать, Тьюлип? Сидишь здесь и набиваешь брюхо, в то время как люди, которых я знаю с детства, страдают от страшных ударов судьбы?
На этот выпад ответила няня:
— Эй, послушайте, Принц! Не смейте разговаривать с ней в таком тоне! Она очень переживает и за них, и за вас. Мы обе переживаем!
Лицо Принца стало почти нечеловеческим, злым и жестоким. Няня даже испугалась, что Принц потерял рассудок.
— Не смотри на меня так, старуха! Не желаю ловить на себе твои злобные взгляды! А ты… — теперь он обрушил свой гнев на Тьюлип. — Ты лживая лицемерка, ты играла моими чувствами, прикидывалась, что любишь меня, а на самом деле никогда не любила!
Тьюлип ахнула, разрыдалась и едва смогла ответить:
— Это неправда! Я действительно люблю тебя!
Лицо Принца сделалось мертвенно-бледным, глаза запали и потемнели от болезни, гнев его нарастал с каждым новым словом.
— Если бы ты любила меня, ничего этого не произошло бы! И миссис Поттс, и Когсворт были бы здесь! И животные в лабиринте не напали бы на меня, и я не выглядел бы так, как выгляжу сейчас! Взгляни на меня! С каждым днем я становлюсь все уродливее, все омерзительнее.
Няня так сильно обхватила рукой плачущую Тьюлип, что принцессе стало трудно дышать, тем более говорить. Но если бы она и могла что-то сказать, Принц все равно не услышал бы ее — его гнев вышел из-под контроля.
— Я не могу больше тебя видеть! — кричал Принц. — Я хочу, чтобы вы обе немедленно покинули мой замок! И не трудитесь укладывать свои вещи.
Он ринулся к дамам, схватил Тьюлип за волосы, по дороге сбив с ног няню.
— Чтобы сию секунду вас не было в замке, вы поняли? Вы мне отвратительны!
Тьюлип зарыдала сильнее прежнего, стала требовать, чтобы Принц отпустил ее и она могла пойти посмотреть, что там с няней. И в этот момент в столовую вошел Гастон:
— Что здесь происходит, черт побери?
Он вырвал Тьюлип из рук Принца и помог няне подняться на ноги.
— Что это за шутки, сэр? Ты с ума сошел, Принц? — возмутился Гастон, а затем продолжил, обращаясь к дамам: — Идите в свои комнаты, леди. Я обо всем позабочусь.
Тьюлип и няня ждали в своих комнатах, сидя на торопливо собранных чемоданах. Они не знали, что и думать обо всем этом.
Вероятно, у Принца случилась какая-то горячка от ран и изнуренности. Они сидели молча до тех пор, пока к ним не пришел Люмьер. Лицо у него было печальным.
— Принцесса, я вижу, вы уже упаковали свои вещи. Если вы и няня соизволите следовать за мной, я провожу вас до вашей кареты. — Он не мог не заметить написанных на лице Тьюлип бесчисленных вопросов. — Мы считаем, что вам лучше всего отправиться домой, к вашим родителям. Принц напишет вам, как только станет чувствовать себя более… станет похожим на самого себя.
— Да, полагаю, что так будет лучше всего, — ответила няня. — Пойдем, дитя мое, все будет хорошо, я обещаю.
Обе леди прошли через замок и вышли во двор к своей карете, стараясь держаться со всем возможным в такой жуткой ситуации спокойствием и достоинством.