Начало нового.
***
На лоб Питера спадали яркие рыжие волосы. Словно прямо в его голову усадили солнце и оно испускало лучи, спускавшиеся будто водопады, сквозь нее, отдаваясь рыжими закрученными прядками.
Зелёные глаза были скрыты под закрытыми веками Питера. Детский румянец исчез, оставляя лишь нездоровую бледную кожу, ровно как у покойника.
Его тело ежеминутно содрогалась, подавая на определенные признаки жизни. Короткие пальчики вцепились в потрёпанную обивку дивана, на котором лежал мальчик.
- Питер больше не сможет быть рядом. Ты должна смириться с этим, Герда. Ради него, - сказала Бренда, стоя на ногах, прямо над Питером.
Она тоскливо опустила глаза вниз, будто не решалась взглянуть прямо на Герду, или не тело Питера.
- Я не хочу, - шмыгала носом девочка, - не хочу сажать собственного друга на цепь, Бренда. Питер не животное! - воскликнула она, поднимая взгляд вверх, на Бренду.
- Мы не будем делать этого, - тихо утвердил Хорхе, стоящий у спинки дивана, по другую его сторону, - но вам придётся попрощаться. Ты знаешь правила, Milagro, - мужчина потрепал девочку по макушке.
Девочка помотала головой вверх вниз. Она нервно сглотнула, сдерживая нахлынувшие слезы.
Склонила голову над своим другом, не заметив, как папа и Бренда покинули комнату.
- Чего ревёшь? Не затопи тут всё, - улыбаясь, шептал Питер, даже не раскрывая глаз.
У мальчика попросту не было сил на это. Он с трудом выдавливал из себя слова, чувствуя как напрягается его горло, а глотка надламывается пополам.
- Как ты мог, Питер? Как можно было так глупо дать этой твари себя заразить? - давилась девочка чем-то смешанным из слез и соплей.
- Я не знаю, Герда. Я лишь забежал туда, подумал, ты спряталась где-нибудь за дверью, - говорил Питер, - но не успел развернуться, как заражённый вцепился в меня и потащил к себе.
Герда лишь горько усмехнулась. То было нервным смешком. Эмоции перемешались в одно месиво внутри и выдавливать из себя было уже нечего.
- Ты бы знала как от
этого чудика воняет! Прямо как от туфель Хорхе, честное слово, - поморщился мальчик, отмахиваясь рукой, будто те самые туфли оказались у его ноздрей.
Герда широко улыбнулась, сквозь слезы. Она ощутила, как соленые капли невольно попадали ей на губы. Она чувствовала этот столь неприятный соленый вкус, наводящий на самые мутные мысли.
- Питер, я так не хочу прощаться с тобой, - сказала Герда, не переставая шмыгать носом.
- Я тоже, - ответил мальчик, - но я сделаю это. Я не боюсь, Герда. Я знаю, что ты будешь помнить меня.
Герда кивнула головой, искренне соглашаясь с другом.
- Помни меня, но не смей часто плакать. Вспоминай меня с улыбкой. Обещай, хорошо? - просил Питер, выдавливая последние силы.
- Обещаю, - ответила Герда.
Она разглядывала как участилось его дыхание. Как грудь его нервно то вздымалась, то падала вниз.
Рыжие волоски прилипали к вспотевшему лбу Питера.
Вены на руках разбухли, отдаваясь багровым оттенком.
Девочка искренне возненавидела этот цвет.
Питер поднялся.
Он стал старательно откашливаться, будто что-то густое, какой-то комок, застоялся в его горле.
Он не мог дышать.
- Папа! - воскликнула Герда, чуть отойдя от Питера, будто боясь ему навредить.
Вот уже несколько секунд он старался выдавить из своего организма инородный объект.
У него получилось.
От откашлялся ещё пару раз, разглядывая густой комок чёрной крови, будто чернила для письма, перед собой.
- Вот чёрт, - ругнулся он.
В комнату вошёл Хорхе. Мужчина опечалено взглянул на мальчика, а затем перевёл взгляд на дочь.
- Так, иди-ка сюда, малыш.
Хорхе подошёл к мальчику. Он подхватил того под плечо, осторожно поднимая с дивана.
Герда не вопила. Она не кричала и даже больше не плакала.
Она резко встала и подскочила к Питеру, которого Хорхе проносил сквозь дверной проем к лестнице.
- Питер, - прошептала она и крепко зажмурившись, обняла мальчика.
Он нечего не сказал. В ответ он прижал подругу ещё сильнее, опираясь об ее тело, ведь не мог держать равновесия.
Ноги совсем ослабли.
Шли секунды, минуты.
Хорхе терпеливо ждал в молчании, в стороне.
- Прощай, - прошептала Герда, рассекая хрипотцой тишину.
- Прощай, Герда, - ответил Питер.
Мальчик отстранился, чмокнув подругу в ее сырую от слёз щеку.
Мужчина вновь подхватил мальчика под плечо.
Девочка подошла к самым перилам у лестницы, до конца проводив друга взглядом, пока тот наконец не скрылся с отцом за поворотом.
- Так должно быть, Герда. Тебе станет легче, - Бренда уложила ладонь на плечо подруги, чуть массируя его.
Герда хмыкнула, уткнувшись в плечо Бренды и, не сдерживая слез, зарыдала.
***
Герда разглядывала окно, побоку от себя. Ее не волновали пейзажи за стеклом. Казалось, что вот-вот из ее глаз возникнут жгучие лазеры, прожигающие дыру в стекле.
- Подобное случалось часто. Вирус распространялся молниеносно. Но я не обращала внимания на чужих людей. Не жалела их, не вспоминала, - бормотала девушка, - Но когда Вспышка коснулась Питера.. тут невозможно было смолчать, - нервно усмехнулась Герда.
- Нам очень жаль, - сказал Ньют, тихо, шевеля одними губами.
Герда чувствовала как тяжелеет ее голова. Как будто наливается кровью. Вот-вот и треснет, будто стеклянный шар, а шея надломится пополам, будто тонкая жалкая тросточка.
Она уложила голову на спинку своего сидения.
- Герда, но куда Хорхе отвёз Питера? - поинтересовался осторожно Томас, щурясь, словно девушка сейчас и вправду лопнет от злости к такому вопросу.
Ей было тяжело.
- Я не знаю, - ответила та, - Координатами со мной отнюдь делиться не собирались. Наверное, туда, где ему было место. Туда, где находились такие как он, - она не могла верить в то, что говорит. Ее собственные слова, были отвратны ей.
Голова девушки качалась из стороны в сторону. Ларгус наезжал на ямки асфальта, напоминавшие краторы на Луне, далеко-далеко в космосе.
Она ощутила как внутренние органы желают вырваться наружу, словно устроив забастовку внутри.
Герда сдержала желание стошнить внутренности прямо на сидение Томаса перед собой.
Девушка вспоминала каждую ночь, проведённую в слезах. Как подушка промокала насквозь, хоть выжимай. Как наутро просыпалась от того, что чертовски разрывало горло от боли, как чувствовала высохшие дорожки слез на лице.
Как она не могла позволить себе улыбнуться, посчитав это оскорблением памяти Питера.
- Слишком рано, - как она тогда считала.
Прошла далёко не одна ночь и не один месяц, когда Герда вновь улыбнулась.
Она перестала плакать по ночам, а днём забиваться в угол, будто пойманная за хвост мышь.
По началу, она лишь глядела в потолок, положив руки на живот и вспоминала о нём. Вспоминала каждый день, каждую их совместную игру. Ей казалось, что каждый диалог сохранился в ее голове, словно как на кассете.
Прошли годы. Теперь, она была готова улыбаться, вспоминая его.
Герда помнила своё обещание. Она никогда в жизни не простила бы себе, если бы только заикнулась о том, что может его не выполнить. Скорее всего, она бы просто бросилась в обрыв.
Герда, тихо хихикнув, улыбнулась.
Несколько пар глаз удивлённо уставились на подругу.
- Я обещала Питеру улыбаться. Как можно чаще улыбаться, вспоминая его, - объяснила она.
Подростки улыбнулись в ответ, глядя на Герду. Их глаза искренне сверкали, а на щеках выступали ямочки.
Герда улыбалась не только по поводу своего обещания, она наконец была готова сделать это - принять.
Она улыбалась, вспоминая рыжеволосого, по собственному желанию.
- Я невозможно скучаю по этому сопляку, - говорила она, а улыбка все никак не сходила с ее лица, - но он однозначно заслужил, чтобы я улыбалась, думая о нём.
- Точно. Как и Чак, - ответил Томас, до сих пор вращая деревянную фигурку в своих руках.
- Да, также, как и Уинстон, - сказал Фрай, а его уголки губ поднялись вверх.
- И Алби, - добавил Ньют.
Улыбками друзья почтили память близких. Пусть, со стороны этот ритуал выглядел глупо и совсем неуместно, они были уверены, что только так было возможным выразить свою благодарность за многое погибшим друзьям. Они были глубоки и искренны на все тысячу процентов.
Наконец, Герда отвела глаза от друзей. Она устремила свой взгляд в окно, пока с ее лица постепенно исчезала улыбка, а мышцы лица заметно расслаблялись.
Ощущение, что солнечный свет абсолютно исчез не обрадовал ее. Вокруг, вдруг, все помрачнело. Показалось, что их окружили сплошные стены, ужасно высокие.
Хорхе, за рулём ларгуса, заехал по дороге в скалистую местность.
Машину окружили массивные скалы, изредка покрытые сорняками и прочей травой. Казалось, что скалы вот-вот обрушаться на них, засыпят, раздавят, будто мелкую букашку.
Но эти каменные высоты стояли, словно во сне, уже несколько сотен лет, наверное, и совсем некуда не делись.
- Мы совсем близко, - отметила Герда.
- Да. Совсем немного, - сказал Ньют, разглядывая горы в своём окне побоку.
Герду словно пробудили ото сна.
Девушка медленно и осторожно повернула голову назад. На соседнем сиденье, позади нее, тихо сопел Фрайпан.
Чуть дальше, в самом конце ларгуса, сидела Тереза. Брюнетка облокотила голову об спинку своего сиденья, а ее веки неторопливо смыкались.
Что-то странное и неизвестное внутри Герды, что-то что не давало ей покоя, твердило одно и то же:
Она не та, за кого себя выдаёт.
Герда ощущала что-то очень и очень странное. Помимо чувства тошноты и головокружения, она ощущала что-то недоброе. Девушка видела что-то в рукаве Терезы и, теперь, она не могла угомониться, не выяснив всего дела до мельчайших деталей.
- Ньют, - позвала тихо Герда, ткнув соседа локтем, - тебе не кажется, что с Терезой что-то не так? Не слишком ли странно она себя ведет?
Ньют повернул голову в сторону подруги, внимательно вслушиваясь.
Парень, хмыкнув, взглянул на брюнетку, но тут же повернул голову как прежде.
- Думаю, нет. Она просто устала. Пулька, вы очень мало знакомы, тебе не стоит утверждать того, что ты не знаешь, - ответил русый, продолжая разглядывать девушку перед собой, он ожидал от нее ответа.
- Да понимаю я, понимаю. Но, я думаю, она что-то скрывает, - Герда вновь устремила взгляд в сторону объекта своего излишнего интереса.
- Так, пулька, что-то ты совсем наглеешь, - усмехнулся парень.
Ньют повернул голову Герды обратно в свою сторону, схватив ту двумя пальцами за подбородок.
Девушка почувствовала лёгкое, практически невесомое, его прикосновение, но тем не менее повернула голову к нему, будто подчиняясь.
- Я серьёзно, Ньют. А раньше, она вела себя так? - спросила Герда, хмурясь
- Прекрати, - вздохнул Ньют в ответ, - Мы ей доверяем и по-другому быть не может. Герда, мы прошли чертовски большой путь, чтобы сейчас задумываться о недоверии. Это глупо, поверь.
Девушка глубоко вздохнула.
- Хорошо. Кажется, ты прав, - утвердила та, глядя куда-то вниз.
Девушка не успела и договорить своих слов, как машина резко остановилась, после отдаваясь мимолётным рывком назад.