Салих и Саид
Тем временем в селе Салиха Саид пришёл к другу ранним утром. Салих чистил клинок, когда услышал шаги.
- Ты занят? - спросил Саид, останавливаясь у порога.
- Всегда найдётся время для тебя, брат, - Салих отложил меч и жестом пригласил Саида войти. - Что привело тебя?
Саид сел напротив, оперся локтями о колени:
- Я ходил к перевалу, смотрел на то село… - он помолчал, подбирая слова. - Знаешь, что я увидел?
Салих поднял бровь:
- Говори.
- Женщины взяли защиту аула на себя. Сами. Закрыли главный проход камнями, устроили завалы, поставили дозоры. Марьям с сёстрами лично руководят всем. Они не ждут помощи - они действуют.
Салих замер:
- Марьям…
- Да, она. И Медина, и Раяна. Все девушки, даже те, кто раньше и стрелы в руках не держал, теперь учатся стрелять, ставить ловушки, следить за тропами. Они закрыли проход камнями так, что и коза не пролезет. Их доблести нет края, Салих. Они защищают свой дом так, как иному воину не под силу.
Салих опустил голову. Перед глазами всплыл образ Марьям - не на поле боя, а в доме её бабушки: заботливая, тихая, с отваром в руках. Та, что спасла его жизнь. А теперь она стоит во главе обороны, готовая сражаться до конца.
- Они могли бы сдаться, - тихо произнёс Саид. - Могли бы ждать, пока мужчины выздоровеют. Но они не стали. Они взяли ответственность на себя.
Салих поднялся и подошёл к окну, глядя вдаль, туда, где за хребтами гор лежало село Марьям:
- Я не хотел, чтобы так вышло. Я не хотел причинять им боль.
- Но ты её причинил, - прямо сказал Саид. - И теперь вопрос в том, как ты поступишь дальше. Пойдёшь ли снова с мечом на тех, кто защищается? Или найдёшь другой путь?
Салих молчал долго. В его душе боролись клятва, данная отцу, и уважение к тем, кто проявил невиданную силу духа. Он вспомнил слова, сказанные Марьям: «Я поклялась защищать свой род так же, как защищали бы его мужчины». И понял, что она сдержала клятву.
Наконец он повернулся к другу:
- Я не стану поднимать меч на тех, кто защищает свой дом. Не стану проливать кровь женщин, взявших на себя долг воинов. Пусть они укрепляют свои стены, пусть ставят камни на тропах. Я не пойду против них снова.