16 глава.
С Мархой я познакомилась на первом курсе университета. Почти год учёбы позади, а мы особо и не общались. Всё, что я знала о девушке - её родители владеют крупным медицинским центром — отец там директор, а мать занимает пост управляющей.
Зная, что Марха из хорошей обеспеченной семьи, я невольно ловила себя на мысли: моя мама наверняка одобрила бы такой выбор для Масхуда. В её глазах кандидатура была бы более чем подходящей.
Но обратит ли мой брат внимание на голубоглазую девушку с пухлыми от природы губами? Что-то подсказало мне после той "случайной" встречи — безусловно да.
Я не испытывала злости к Таисе и Мархе за их обман,— скорее, лёгкую иронию и понимание. В их продуманном поступке я узнала саму себя. Ведь и мне не раз приходилось прибегать к маленьким хитростям ради достижения желаемого.
А мы всего-то подвезли девушек. Небольшая хитрость, которая, возможно, станет началом чего-то настоящего. Ведь иногда самые простые шаги приводят к самым важным встречам в жизни.
Незаметно пролетели март и апрель, а за ними наступил тёплый май. Скоро уже июнь и экзамены — приходилось всё время проводить за учебниками.
Но эти долгие весенние дни стали моим спасением. Я говорила своим, что остаюсь в университете готовиться, а сама бежала на свидание к Адаму. Отец и братья увозили меня с утра на учёбу, а назад я добиралась на такси — счастливая и окрылённая. У них на работе появились некие проблемы, им приходилось до поздней ночи решать свои дела.
Неожиданно заболела мамина тётя и она почти переехала к ней. У старухи не было своей детей , поэтому мама и ее сёстры по очереди дежурили у неё. За мной почти не следили и я была совершенно свободна.
Омрачало только одно: Адам постоянно был занят работой. Мы виделись не так много, как хотелось мне... Но каждая минута с ним была бесценна. Когда мы гуляли вместе по улицам Назрани, я чувствовала, что мне больше ничего не нужно. Только бы всегда было рядом его плечо и слышать самый приятный голос в мире.
Моя любовь к Адаму была не мимолётной вспышкой, а тихим и тёплым чувством, которое с каждым днём становилось только глубже. Она потихоньку росла и крепла во мне с каждой новой чертой его характера, с каждой услышанной мыслью, с каждой минутой, проведённой рядом с его молчаливой, но такой надёжной силой.
Я ловила себя на том, что думала о нём всё чаще. Моя душа, словно цветок к солнцу, всё сильнее и неотвратимее тянулась к Адаму. Это было похоже на тихую, но настоящую потребность — как у ребёнка, который инстинктивно тянется к матери, чувствуя в ней источник тепла, защиты и радости.
Я просто перестала представлять свою жизнь без него. Адам стал таким же необходимым, как воздух. Без него мир терял свои краски, а день казался неполным.
В первые майские выходные мы с девчонками наконец-то выбрались в центр города. Казалось, в тот день весь Назрань решил последовать нашему примеру и вышла прогуляться в парк. Под кронами распустившихся деревьев гуляли семьи с детьми, мимо проходили влюбленные пары, а на скамейках умудренные жизнью старики вели неторопливые беседы. Воздух был наполнен ароматом свежей зелени и цветущих деревьев, а над головами весело щебетали птицы, будто разделяя всеобщее настроение беззаботности.
Мы с подружками, как всегда, много смеялись, шутили и делились новостями.
— Самира, как там твоя родственница? — поинтересовалась Румиса.
Деши купила нам мороженое, и мы неспешно гуляли по парку. На улице было по-настоящему жарко, и тень от деревьев давала приятную прохладу.
— Честно? Не знаю, — пожала я плечами. — То лучше, то хуже. Я уже не успеваю следить за её здоровьем.
— Ну конечно, — хихикнула Хава. — Это же не Адам. О ком тогда переживать?
Деши сдержанно улыбнулась, а Румиса нахмурилась.
— Не надо шутить над болезнью пожилого человека.
— Да я не над болезнью, — мирно ответила Хава. — Я Самиру дразню.
— Кстати, — перевела я взгляд на Хаву. — Как там дела у тебя с Ибрагимом?
— Всё хорошо, — сразу же просияла она. — Может, я даже раньше тебя замуж выйду.
— Вряд ли, — легонько подтолкнула я её плечом. — Разве что до третьего сентября?
— Вы только обо мне не забывайте, — неожиданно вмешалась Румиса.
Она начала стала серьёзно общаться с Гапуром. Правда, ей пришлось уйти с работы в доме его отца — у нас так не принято. Гапур хотел компенсировать ей потерю заработка, но гордая Румиса наотрез отказалась. Тогда он помог ей найти другую семью, где она присматривает за детьми. Жанна, конечно, расстроилась, что потеряла такую няню, но была рада, что они станут роднёй. Мачеха Гапура уже успела подружиться с Румисой.
Я незаметно взглянула на Деши. Она искренне старалась поддерживать улыбку, но в её глазах читалась лёгкая грусть. Единственная девушка среди нас, у кого до сих пор не было парня. Мне стало её искренне жаль, и я решила сменить тему.
Ближе к выходу из парка я заметила уютное кафе в узбекском стиле.
— Кто хочет плов? — показала я на заведение.
— Ой, мы тут с Ибрагимом были, — воскликнула Хава. — Он здесь такой вкусный!
— Сегодня я угощаю, — решительно заявила Румиса. — А то всегда вы платите...
Мы зашли внутрь, заказали плов, салат и свежевыжатый сок. Пока нам оформляли заказ, девушки без умолку болтали, а я тем временем написала Адаму, где нахожусь. Он в это время был на своем участке вместе с родными — строили наш будущий дом. Каждая мысль об этом наполняла меня тихой радостью и теплом.
В это время Румисе позвонил Гапур, и она рассказала, где мы. Не прошло и пяти минут, как он появился на пороге кафе.
— Смотри, твой Гапур пришёл, — первая заметила его Деши. — А с ним кто-то ещё. Ого! Это его охранник?
— Не знаю, — в полном изумлении Румиса встала со своего места. — Зачем ему телохранитель?
Мы последовали её примеру, вставая и не сводя взгляда со спутника Гапура. А там действительно было на что посмотреть.
Высокий, мощно сложенный парень, ростом под два метра, сразу привлек всеобщее внимание. Не то чтобы красавец в классическом понимании, но в нём чувствовалась какая-то сила и основательность. Его короткие черные волосы и ухоженная длинная борода придавали ему солидности, хотя при ближайшем рассмотрении ему вряд ли было больше двадцати пяти. Густые, почти сросшиеся брови придавали его взгляду некоторую суровость — с таким человеком явно лучше не спорить.
Он стоял немного в стороне, спокойно оглядывая заведение, и в его позе читалась не угроза, а скорее надежность и уверенность. Его просторная одежда скрывала телосложение, но по ширине плеч и осанке было понятно — этот парень обладает немалой физической силой. При этом в уголках его глаз виднелись лучики морщинок — словно он часто улыбался, что немного смягчало его серьезное выражение лица.
Гапур и его друг обменялись с нами приветствиями. Они придвинули соседний столик и устроились напротив. В этот момент я невольно вскрикнула от неожиданной боли:
— Ай, Деши, ты поставила ножку стула мне на палец!
Смущённо хихикая, подруга тут же вскочила и освободила мою ногу. Не раздумывая, я сбросила тесную туфлю — большой палец пульсировал от боли. Глубоко дыша, я осторожно массировала распухшую кожу, стараясь не думать о том, как это выглядит со стороны.
В этот момент друг Гапура внимательно посмотрел на Деши. Его голос, удивительно мягкий и бархатный, совсем не соответствовал могучей фигуре.
— Деши? — произнёс он задумчиво. — Меня, кстати, зовут Дошув. Я сосед Гапура.
— Очень приятно!
— Кстати... Наше с тобой имя означает «золото» на ингушском. — заявил наш новый знакомый. — А кто тебя так назвал, Деши? Меня — мама, отец ей разрешил выбрать самой имя для первенца.
В его манере говорить сквозила какая-то особая доброта и искренность, которая сразу расположила к себе.
За нашим столом воцарилась лёгкая пауза. Деши учащённо заморгала, явно смущённая таким вниманием. Она сидела как раз напротив Дошува, и её смущение было таким трогательным... Хава издала странный писк, с трудом сдерживая смех. Я незаметно толкнула её в бок — хорошо, что она сидела рядом.
— Успокойся! — прошептала я ей чуть ли не в ухо, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица.
Румиса и Гапур переглянулись с едва заметной улыбкой и тут же торопливо заговорили между собой. Чтобы не смущать Дошув и Деши.
— Меня назвала бабушка, — прошептала покрасневшая Деши. — В честь женщины, которая спасла её в детстве от волка.
— Ого! — Дошув буквально подпрыгнул на стуле от восторга. Деревянная мебель под ним жалобно заскрипела, но выдержала напор его богатырского телосложения. — Расскажи подробнее!
— Да там ничего особенного, — смущённо ответила Деши, не привыкшая к такому вниманию. — Волк в детстве напал на бабушку. Соседка увидела это и стала бросать снег в животное, чтобы отвлечь его на себя. И это сработало. Бабушка залезла на дерево, и та женщина тоже. Вот так всё и было...
— Супер! — искренне восхитился Дошув. — А когда ты родилась? Я, кстати, зимой.
— А наши имена даже не спросил, — притворно тихим голосом возмутилась Хава, играючно надувая губы. — Мы что, не люди что ли?
— У нас не «золотые» имена, — с лёгкой иронией фыркнула я. — Куда нам, простым смертным...
Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь окна, играли на поверхности стола, создавая причудливые узоры. Боль в пальце постепенно отступила, растворившись в общей атмосфере непринуждённости и зарождающегося знакомства.
Всего час назад я переживала, что у Деши нет парня, а теперь судьба подкинула ей двухметровое счастье с бородой! Вот уж действительно — кто бы мог подумать, что её "золото" найдётся в таком неожиданном формате.
Когда последние блюда были окончены, Гапур рассчитался за заказ, и наша шумная компания выплеснулась на вечернюю улицу. Воздух был тёплым и живым, наполненным гулом города. И тут я с радостным облегчением заметила знакомый автомобиль, плавно подъезжающий к тротуару. За рулём сидел Адам, а на пассажирском сиденье — Артур.
Машина остановилась, парни вышли нам навстречу, и мы обменялись приветствиями. Я сразу увидела, как лицо Дошува озарилось широкой, искренней улыбкой. —Адам, Артур! Какие люди! — воскликнул он.
— Золой, ты что тут делаешь? — удивился Адам, уже обнимая старого друга.
Хава с недоумением уставилась на них поочерёдно.
—Вы что, знакомы?
— Мы в одном классе учились! — пояснил Адам, не отпуская Дошува. — Терминатор, ну где ты пропадал всё это время?
Гапур громко рассмеялся, его смех звучно разнёсся в воздухе.
—Какой Терминатор? Мы его Добряком зовём. Да, сосед?
Дошув лишь добродушно пожал плечами.
—А мне, по правде говоря, и то и другое нравится. Я ведь всё равно «золотой», — ответил он, и в его глазах мелькнула тёплая ирония.
Парни тут же увлечённо заговорили о чём-то своём, с головой уйдя в воспоминания. Мне вдруг стало досадно и даже обидно — словно я стала невидимкой, и Адам совершенно забыл о моём существовании.
— Ну вот, дела какие, — надулась я, выражая вселенскую обиду. — Стоит парням встретиться — и мы им уже не нужны.
Мы с подругами непроизвольно отступили чуть в сторону, образовав свой собственный, девичий круг.
— И не говори! — поддержала моё настроение Румиса, крепко скрестив руки на груди. — Уйдём сейчас — они и не хватятся.
Хава лукаво перевела взгляд на Деши, и в её глазах заплясали весёлые искорки.
—Деши, а тебе что, сейчас тоже что-то не по нраву?
Та сделала вид, что не понимает, о чём речь, и невинно округлила глаза.
—О чём ты?
— Ну, ты у нас знаешь толк в красивых парнях. Как тебе Дошув? Приглянулся? — не отступала Хава.
— Ой, да ну тебя! — отмахнулась Деши, но я заметила, как она украдкой бросила взгляд в его сторону. — Самый обычный парень…
— Ага, конечно, поняли мы всё, — захихикала Румиса. — Что в нём такого особенного? Подумаешь, рост под два метра, плечи богатырские…
Деши сдержанно улыбнулась, пытаясь скрыть смущение.
—Да ничего в нём такого… Подумаешь… Один раз всего и поговорили.
В этот момент ко мне подошёл Адам. Его взгляд был тёплым и нежным, и вся моя обида мгновенно растаяла, словно её и не было.
— Пройдёмся немного? — предложил он мне.
— Конечно, — я улыбнулась ему, и мы, оставив весёлую компанию друзей, направились в сторону фонтана. Вдали слышался негромкий шум воды.
— Как твои дела? — спросил Адам, его шаги подстраивались под мой ритм.
— Всё хорошо. А у тебя?
— Сейчас — просто отлично, — он подмигнул мне с лёгкостью. — Устал немного на стройке ю. Но и по тебе очень скучал.
Внезапно он остановился и достал из кармана небольшую, изящную коробку. В его движениях читалась лёгкая неуверенность.
— Это тебе, — произнёс Адам сдержанно. — Извини, я не мастер красивых слов и упаковок.
— Давай же, — фыркнула я, с нетерпением протянула руки, предвкушая сюрприз.
Внутри, на бархатном ложе, лежало золотое кольцо. Оно было массивным и щедро украшенным россыпью разноцветных камней. Это украшениене совсем в моём вкусе, но я уже собралась восхититься подарком, как вдруг заметила гравировку внутри:
ВСЁ ПРОЙДЁТ. И ЭТО ТОЖЕ ПРОЙДЁТ.
По коже побежали мурашки. Я подняла на Адама шокированный взгляд, но он смотрел на меня так искренне и с таким ожиданием, что все слова застряли у меня в горле.
— Нравится? — спросил он с надеждой.
— Очень! Спасибо большое! — выдохнула я, собираясь с мыслями.
— Это нам напоминание, — тихо, но уверенно объяснил он. — Для тех моментов, когда мы слишком счастливы или слишком опечалены.
— Что? — переспросила я, не совсем понимая.
— Когда у человека всё хорошо, он часто забывает, что ничто не вечно... Это кольцо будет напоминать, что и радость может пройти. А когда будет тяжело — оно подскажет, что любая беда рано или поздно закончится.
— Вот оно что... — тихо прошептала я, и тёплая волна понимания смыла последние сомнения. Я смело надела кольцо на палец. Золото и камни, холодные сначала, почти мгновенно согрелись от тепла кожи.
— Спасибо! — мои глаза встретились с его взглядом, и в них было не только вежливое признание, но и глубокая искренность. — Оно прекрасно. И не только само по себе... а тем, что значит.
Ближе к вечеру я на такси добралась до дома, всю дорогу не отрывая взгляда от кольца на пальце, которое играло отблесками уличных фонарей. Однако домашняя атмосфера встретила меня гнетущей тишиной. В гостиной, приглушённом свете лампы, сидела вся моя семья — лица у всех были нахмуренные, напряжённые.
— Что случилось? — сразу испугалась я, сердце ёкнуло. — С тётей что-то? Как она, мам?
Почувствовав недоброе, я вся внутренне сжалась. Хотела сделать шаг, чтобы присесть, но ноги будто приросли к полу.
— Спасибо, с ней всё в порядке, — отозвалась мама, но её голос звучал неестественно ровно.
— Тогда что происходит? Почему вы все такие? — голос мой дрогнул.
Мелькнула пугающая мысль: неужели мама рассказала отцу про Адамa? Значит, сейчас начнётся настоящий кошмар.
Но вперёд вышел Висита. Он посмотрел на меня прямым, серьёзным взглядом, в котором читалась неподдельная тревога.
—Дела у нашей семьи, Самира, очень плохи, — тихо, но чётко произнёс он. — На работе пропали крайне важные документы. Если их не найдут, наш отец будет первым, кого подозревают.
Я растерянно смотрела на них, не сразу понимая.
—Что? Что за глупости? Зачем отцу красть какие-то бумаги?
— Эти бумаги не простые, — пояснил брат. — Это документы для главы города. Речь идёт о сумме в многие миллионы рублей. Минимум — отца, а возможно, и нас с братом, посадят. А максимум... у нас заберут всё имущество.
Воздух в комнате стал густым и тяжёлым, как свинец. Блеск кольца на моём пальце вдруг показался злой насмешкой. Фраза «Всё пройдёт» обрела новый, зловещий смысл.