12 глава.
Уже через полчаса мы были в парке, где нас ждал чудесный день. Яркое весеннее солнце согревало мягкими лучами. Мы прошлись по магазинам, а на обед заглянули в уютный грузинский ресторан. Я решила угостить подруг чем-то особенным.
Ненадолго ко мне заехал Адам в сопровождении своего друга Артура и Майрбека, которого я до того дня не знала. Артур и Майрбек остались с моими подругами, пока мы с Адамом неспешно прогуливались по аллеям парка. Я рассказала ему, что мы сбежали с пар.
— Так, — строго проговорил он. — Больше так не делай. Я серьёзно.
Мне тут же захотелось поспорить, но я передумала.
— Хорошо, — согласилась я. — Первый и последний раз.
— Твои родители всегда должны знать, где ты, — напомнил он. — Мало ли что.
— А когда я убегала на свидания к тебе, ты не особо возмущался! — усмехнулась я. — Хотя мои родители об этом не знали.
— Это совсем другое дело, — подмигнул он.
Адам поправил свои рыжие волосы. Они снова успели отрасти, хотя я точно знала, что он недавно стригся.
—Я хотел с тобой поговорить, — он внимательно посмотрел на меня. — Хочу в июне отправить к вам людей. Его слова прозвучали как гром среди ясного неба.
—Зачем? — я почувствовала, как внутри всё сжалось от неожиданного страха.
—За тобой, глупышка! — улыбнулся он, и от этой улыбки стало и тепло, и невыносимо страшно одновременно.
— Забыла, что в сентябре у нас свадьба?
Конечно, я не забыла. Я помнила каждую секунду нашего разговора, каждую мечту, которую мы строили. Но это было там, в нашем с ним идеальном мире. А здесь, в реальности, лежал огромный камень на груди — правда, которую он не знал.
—Ооо... — смогла выдохнуть я, чувствуя, как предательский румянец заливает щёки. — Хорошо... Я, конечно же, помню...
—Так вот, — продолжил Адам, — обязательно поговори со своей матерью...
— Я уже говорила, — выпалила я, перебивая его. Словно если произнести это быстро,будет не так больно. Горячая волна снова хлынула в лицо.От нахлынувшего волнения я опустилась на край ближайшей скамейки, будто силы внезапно покинули меня. Глотнув воздуха, я приготовилась произнести самые трудные слова в жизни.
— Самира, тебе нехорошо? — голос Адама дрогнул от беспокойства. Он инстинктивно сделал шаг ко мне.— Ты так резко побледнела...
—Я говорила с мамой, — выдохнула я, едва слышно.
Адам замер,а потом медленно, словно у него отняли все силы, опустился на противоположный конец скамейки. Его живой, яркий взгляд внезапно потух, уступив место тревожной пустоте.
—Всё так плохо? — спросил он глухо, глядя куда-то в сторону.
—Она... Ну... — я безнадёжно искала слова, пытаясь смягчить удар, облечь жестокую правду в красивую обёртку. Как сказать, что для неё он — просто «неподходящая партия»? Что её мечты о моём будущем не имеют с ним ничего общего? Горький комок подкатил к горлу.
— Мама считает, что мы слишком разные, — наконец вырвалось у меня, и это прозвучало так жалко и неубедительно, что я сама себе не поверила.
Адам медленно перевёл на меня взгляд. В его глазах читалось не столько разочарование, сколько усталое понимание.
—Разные, — повторил он без выражения, и это слово повисло в воздухе тяжёлым грузом. — Речь о деньгах, да?
Он произнёс это прямо,без обиняков, и от этой прямоты мне стало ещё больнее. Я лишь молча кивнула, чувствуя, как предательские слёзы подступают к глазам.
— Но для меня это не имеет значения, понимаешь? — мои слова прозвучали тихо, но твёрдо. — Мама не знает тебя. А я — знаю. Ей важна обложка, а не содержание... А ты... ты для меня единственный. Я смутилась и быстро посмотрела на него,пытаясь поймать его взгляд.
— Ладно... — он горько усмехнулся, и в его глазах мелькнула тень боли, которую он тут же попытался скрыть. — Честно говоря, я почти ожидал чего-то подобного от твоей семьи.
Он провел рукой по лицу, глубоко вздохнул, но затем выпрямил плечи. В его позе появилась непоколебимая уверенность.
— Но это ничего не меняет. — Его голос стал твёрдым и собранным. — Если ты всё ещё хочешь быть со мной, если веришь в нас... Я не отступлю. Буду бороться за тебя до конца. Просто скажи, что мы вместе в этом.
— Я готова! — выдохнула я, чувствуя, как его решимость передаётся и мне.
— Хорошо, — его лицо озарила тёплая, широкая улыбка, в которой читались и облегчение, и непоколебимая сила. — Тогда всё решено. Никто не сможет нас разлучить!
Он сказал это с такой простой и абсолютной уверенностью, что в эту секунду я поверила — ничто действительно не сможет помешать нашему счастью.
— Кстати, — вдруг вспомнила я, и на душе стало чуть светлее. — Мне нужно ещё узнать мнение отца. Он ведь о тебе ничего не знает...
— Да? — в его голосе прозвучала настороженная надежда.
— Да, — кивнула я, чувствуя, как возвращается уверенность. — Мой папа... он не из богатой семьи, как мама. Сам всего добился, с нуля. Прошёл через многое. Думаю... я почти уверена, он поймёт нас. Он всегда ценит в людях не кошелёк, а характер и дела.
Я посмотрела на Адама, и по его лицу пробежала тень облегчения. Возможно, это и был наш самый главный шанс.
После серьёзного разговора мы с Адамом присоединились к друзьям. Он спешил на работу. Вскоре парни уехали, и мы с девчонками остались одни.
— Уехали наши кавалеры, — хихикнула Хава. — Кажется, скоро у нас тут появится новая парочка.
— Какая ещё парочка? — не поняла я, но тут заметила необычно смущённое лицо Деши.
— Майрбек попросил у неё номер, — многозначительно подмигнула Румиса.
— Правда? — искренне обрадовалась я.
Деши всегда была самой невзрачной в нашей компании. Невысокая, худенькая, с невыразительными чертами лица и маленькими глазами, она действительно терялась на фоне остальных. Поэтому я особенно обрадовалась, что парень из всех выбрал именно её.
— Я ему отказала, конечно, — гордо заявила Деши. — Не очень-то он симпатичный, да и смуглый слишком.
Хава и я не сдержали смеха, и только Румиса сохранила невозмутимое молчание.
— Чему вы смеётесь? — вспыхнула Деши.
— Ты себя-то в зеркале видела, Белоснежка? — подколола её Хава.
— Я — другое дело, — с вызовом парировала Деши. — Себя я не вижу, поэтому хочу парня красивого, чтобы на него приятно было смотреть.
«Парням, кстати, тоже хочется того же», — мелькнуло у меня в голове, но я решила не произносить эту мысль вслух. Прозвучало бы слишком жестоко.
Занятия подходили к концу, и мы пешком дошли до университета. По пути, не желая встречаться с Ибрашкой, Хава завернула к себе домой. За Деши должен был приехать брат, а Румису ждала Жанна — та попросила её выйти на работу и пообещала подъехать, чтобы забрать.
— А тебя кто встретит? — спросила Деши.
—За мной Висита должен приехать, — ответила я.
—А твои братья разве не в университете? — поинтересовалась она.
— Они редко на занятиях, — объяснила я. — Проходят стажировку у отца.
— Я тоже хочу работу в администрации, - заявила Деши.
В этот момент у тротуара замерла красивая иномарка. Из пассажирской двери вышла молодая женщина в элегантном длинном плаще.
— Кстати, о работе, — улыбнулась Румиса. — Вон и Жанна. Всё, девочки, меня ждут.
Мы попрощались, и она направилась к машине. Но едва Румиса начала говорить с Жанной, как открылась водительская дверь. Оттуда вышел... парень с внешностью фотомодели. Таких я видела только на глянцевых обложках.
— Прямо с подиума, — выдохнула поражённая Деши. —Ну вот, — с наигранной важностью сказала я. — Теперь ты понимаешь, что чувствуют люди, глядя на меня. —Со скромностью у тебя всё в порядке, я смотрю, — фыркнула подруга. — Хотя... из вас и правда вышла бы эффектная пара. —Что ты! — возразила я, вспомнив об Адаме. — Моё сердце занято.
Тем временем молодой человек подошёл к Румисе. Они о чём-то тихо поговорили, а Жанна наблюдала за ними с той же любопытной улыбкой, что и мы.
— Она ему кто? Мама? — не унималась Деши. — Слишком молодая. Или просто отличный пластический хирург?
—Нет, — рассмеялась я. — Это Жанна. Мачеха Гапура.
—Откуда ты знаешь?
—Румиса рассказывала. Деши, это же очевидно...
—Смотри, как он на неё смотрит, — прошептала Деши. — Кажется, он влюблён.
В её голосе послышались нотки зависти, а я в тот момент почувствовала гордость за подругу. —Ещё бы! Наша Румиса тоже красавица!
И тут я вспомнила, как та шутливо говорила, что мы с Гапуром хорошо смотрелись бы вместе и как бы обрадовались мои родители. Но глядя на него, я не чувствовала ничего, кроме тоски по Адаму.
Вскоре Румиса села на заднее сиденье рядом с Жанной, Гапур занял место за рулём, и машина скрылась из виду.
Следом за Деши приехал её брат, они уехали, и я осталась на опустевшем тротуаре одна. Тишину нарушал лишь шум проезжающих машин и разговоры студентов. Я нервно переминалась с ноги на ногу, вглядываясь вдаль в ожидании машины брата.
Внезапно за спиной раздалось резкое: «Ага!». Я вздрогнула и чуть ли не подпрыгнула от неожиданности. Ко мне совершенно бесшумно подошли двое — Ибрашка и... Руслан. Последний ехидно подмигнул мне, но я тут же демонстративно отвернулась, делая вид, что изучаю асфальт.
— Почему вы соизволили проигнорировать моё занятие? — ледяным тоном спросил Ибрашка.
Внутри всё сжалось, но я, стараясь сохранять равнодушное выражение лица, процедила, глядя куда-то в сторону:
—Посчитали их невыносимо скучными. Ах, да, забыла... Хаве внезапно стало плохо. Она начала общаться с одним очень неприятным типом. Он, кажется, её совсем довёл...
Эффект был мгновенным. Руслан нахмурился, а лицо Ибрашки резко побледнело, выдав его с головой.
— Ты слишком многое себе позволяешь, — вдруг врезался в разговор холодный, металлический голос Руслана. — Не стоит дерзить, когда разговариваешь со старшим, а уж тем более — с преподавателем. Не забывай, кто начальник у твоего отца.
Моя собственная наглость удивила даже меня самой.
—Как хочу, так и разговариваю! А вы идите пожалуйтесь своим отцам, — выпалила я. — Они потом передадут моему. Устроим семейный совет.
И в этот момент я заметила вдалеке знакомую машину. Спасение! Не дожидаясь ответной реакции, я отошла от них, всем видом показывая, что разговор окончен.
Висита подъехал, притормозил и, заметив Руслана и Ибрашку, дружелюбно помахал им рукой, прежде чем выйти из машины. У меня от страха внутри всё похолодело.
— Садись в машину, я сейчас, — коротко бросил он мне, его взгляд был серьёзен. — Нужно перекинуться парой слов с ними.
Висита направился к Руслану с Ибращкой, а я на ватных, почти не слушающихся ногах забралась на заднее сиденье, стараясь стать как можно меньше и незаметнее. Через лобовое стекло было видно, как трое мужчин о чём-то оживлённо беседуют. Ибрашка что-то говорил, кивая в мою сторону, а Висита слушал, всё больше хмурясь.
Сердце бешено колотилось. Кажется, крупные проблемы уже не на горизонте — они сейчас разговаривают с моим братом.