История

Комната была погружена в мягкий полумрак, лишь слабый луч солнца пробивался сквозь шторы, освещая беспорядок на полу — разбросанные вещи, книги, кружка с остывшим чаем. В центре этого хаоса, на кровати, лежала девушка, укутанная в одеяло так плотно, что можно было подумать, будто она решила стать частью постельного белья. Её дыхание было ровным, лицо выражало абсолютное блаженство. Казалось, ничто в мире не сможет её разбудить.

Но мир, как всегда, нашёл способ.

Дверь распахнулась с такой силой, что стена дрогнула, и в комнату ворвался беловолосый парень. Его глаза, холодные и проницательные, сразу же остановились на спящей фигуре. Он поднял бровь, выражение лица колебалось между раздражением и забавой.

— Ты собираешься вставать или нет? — его голос прозвучал громко, почти как выстрел, но девушка даже не пошевелилась.

Санеми подошёл ближе, склонился над кроватью, осматривая её с явным недовольством.

— Вставай! Тебе ещё к Шинобу идти! — крикнул он, схватив край одеяла и потянув его на себя.

— Нет! Ещё пару минут! — девушка заныла, уцепившись за одеяло с такой силой, что можно было подумать, будто это её последняя надежда на спасение.

Беловолосый парень на мгновение замер, его взгляд стал ещё холоднее.

— Ты невыносима, — пробормотал он, отпуская одеяло. Хоси моментально завернулась в плотный кокон, словно гусеница, готовящаяся к превращению, и на её губах заиграла довольная улыбка.

— Как хочешь, — Санеми внезапно навалился на неё всем своим весом, придавив к кровати.

— Слезь! Ты меня раздавишь! — её голос был полон возмущения, но сопротивление было слабым. Она попыталась столкнуть его, но безуспешно. После нескольких попыток Хоси сдалась и открыла глаза. Одеяло всё ещё держало её в плену, и она с сожалением вспомнила, зачем вообще решила так плотно укутаться.

— Всё, всё, я проснулась, слезь, — прохрипела она, из последних сил пытаясь вырваться из его хватки.

Беловолосый парень наконец отпустил её, улегся рядом и стал смотреть, как она пытается выбраться из одеяла. Улыбка Санеми стала ещё шире, глаза светились азартом.

— Ты беспощаден, — прошипела она, глядя на него с яростью. — Я несколько месяцев только и мечтала, как окажусь на мягкой кровати и буду долго спать.

Её взгляд стал настолько свирепым, что парень невольно засмеялся.

— Бесишь, — буркнула Хоси, оттолкнув Санеми руками и ногами, снова закрывая глаза.

— Только не спи, — тихо сказал он, тоже закрывая глаза и нежно перебирая её волосы.

Мгновение тишины. Они лежали рядом, наслаждаясь каждой секундой, проведённой вместе. Они не знали, когда это всё закончится, но сейчас, в этом тихом утре, они были счастливы.

— Знаешь, — она вдруг открыла глаза, её взгляд стал игривым. — Если бы ты был настоящим джентльменом, ты бы принёс мне кофе.

— А если бы ты была настоящей леди, ты бы уже встала и сама его себе налила, — парировал Санеми, не открывая глаз.

— Ну, ты же знаешь, я никогда не претендовала на звание леди, — Хоси ухмыльнулась, в её голосе звучала насмешка.

— Зато ты претендуешь на звание самой ленивой женщины в мире, — он открыл глаза и посмотрел на неё, его взгляд был полон притворного осуждения.

— А ты — на звание самого надоедливого парня, — Хоси дёрнула его за руку, заставляя его потерять равновесие и упасть на неё.

— Ой, — он притворился удивлённым. — Кажется, кто-то не против моего веса теперь.

— Только не это, — она засмеялась, но не стала его отталкивать.

Они лежали так, смеясь и дразня друг друга, наслаждаясь моментом. В комнате царила лёгкая атмосфера, словно весь мир остановился, чтобы дать им этот миг спокойствия.

— Ладно, — Санеми наконец поднялся, протягивая ей руку. — Вставай, ленивица. Шинобу не будет ждать вечно.

— Ну, может, она подождёт ещё пару минут? — она улыбнулась, её глаза блестели от азарта.

— Ты хочешь, чтобы я снова тебя придавил? — он пригрозил пальцем, но улыбка его стала шире.

— Ну, может, это не такая уж плохая идея, — она игриво подмигнула ему, и он засмеялся, наклоняясь к ней.

Но прежде чем Санеми успел что-то сделать, она выскользнула из-под него, подскочила на ноги и побежала к двери, смеясь.

— Попробуй поймать меня, если сможешь! — её голос эхом разнёсся по коридору, и он, улыбаясь, бросился за ней.

Их смех заполнил поместье, и в этот момент казалось, что ничто не сможет нарушить их счастье..

***
3 года назад

Синеглазая прищурилась, пытаясь разглядеть, как Санеми умудряется спать, сидя на стуле, и при этом не упасть. Его голова была запрокинута назад, рот слегка приоткрыт, а одна рука бессильно свисала на пол.

"Ну, настоящая статуя безделья", — подумала она, сдерживая смех. Но тут же вспомнила, что именно этот "бездельник" спас её от участи стать очередным украшением леса. Она на цыпочках подошла к нему, наклонилась, чтобы лучше рассмотреть его лицо.

"Интересно, он всегда так храпит, или это специально для драматического эффекта?" — мысленно пошутила она.

Но шутки в сторону. Она отошла к окну, и её взгляд упал на сад поместья Бабочки. Цветы, аккуратно подстриженные кусты, и этот вечный запах свежести, который, казалось, витал в воздухе.

"Как же она всё это поддерживает? — подумала Синеглазая. — Может, у неё есть секретная армия садовых демонов?" Она улыбнулась себе, но тут же взгляд её упал на собственное отражение в стекле. Синяк под глазом, растрёпанные волосы, и этот взгляд — смесь усталости и недоумения.

"Ну и видок", — прошептала она, поправляя прядь волос.

— Ты наконец проснулась, — раздалось за её спиной.

Она вздрогнула, но не повернулась сразу. Сначала глубоко вдохнула, собралась с мыслями, и только потом обернулась. Санеми стоял в дверях, с лицом, на котором читалось привычное недовольство. Но в его глазах мелькнуло что-то, что она не смогла прочитать.

— Да, спасибо, что принёс сюда, — она слегка поклонилась, стараясь не показать, как её голова всё ещё кружится. — Расскажешь, что случилось?

— Этот надоедливый цветочный демон вырубил тебя об дерево. Я не успел поймать, ты была слишком далеко, — он говорил ровным тоном, но в его голосе прокралась нотка сожаления. — Извини.

Синеглазая замерла. Во-первых, Санеми пытался её поймать? Хотя, кто его знает, может, это был просто рефлекс. Во-вторых, он извинился. Это было настолько неожиданно, что она почувствовала, как её голова снова начинает кружиться. Она придержалась за подоконник, чтобы не упасть.

— Тебе не нужно извиняться, это я виновата, что подставилась и чуть не сорвала миссию.

— Ага, а если бы ты умерла? — его голос стал резче, и он шагнул вперёд. — С меня бы шкуру спустили, и как бы я потом смотрел главе в глаза?

Хоси замерла. "Опять это. Опять он говорит о брате". Её сердце сжалось, и она почувствовала, как в горле подкатывает комок.

— Если ты всё это делаешь из-за брата, — её голос был тихим, но твёрдым, — то лучше уходи.

Санеми замер. Его глаза сузились, и он смотрел на неё так, будто пытался понять, шутит она или нет. Он молчал, и это молчание стало невыносимым. Синеглазая чувствовала, как её руки начинают дрожать, и она сжала их в кулаки, чтобы скрыть это.

Он тяжело вздохнул, отвернулся и направился к двери. Уже на выходе он бросил:

— Поправляйся.

И скрылся за дверью.

Синеглазая осталась одна, и только тогда она поняла, насколько тяжела эта ноша. Быть сестрой Убаишики, хоть и не родной, — это не просто сложно. Это было как нести на себе гору, которая с каждым днём становилась всё тяжелее. Она присела на кровать, обхватила голову руками и зажмурилась.

***

-Кочо!- девушка увидела знакомую макашку и сразу позвала её

- Хоси- чан- столп насекомых немного покланилась в приветствии на что так же сделала и девушка

- осмотришь меня?

- конечно.

Через полчаса, Хоси была полностью осмотрена, с неё уже были сняты швы, которые наложили на прошлой миссии один из лекарств деревни. И девушки решили выпить чашечку чая. Где рассказывали последнии новости, за прошедшие пол года.

- слушай, хочу встретится с той демоницей- неожиданно сказала синеглазая, пристольно смотря на собеседницу. Когда та начала смеятся, она знала что девушка скажет это. Её любопытсво всегда перевосходило, здравый рассудок. Согласилившись бабочка повела её в палату к трём проблемным пациентам, где и на ходилась девочка демон. - привет привет, всем- входя в палату синеглазая поздоровалась со всеми и сразу отправилась к коробке, в которой находился демон, Шинобу тем временем закрывала тёмные шторы.

- з.здравствуйте - как то не уверенна поздоровались парни смотря за столбом Ночи

- не бойся, Танджиро Хоси не чего не сделает, наверное- парень недоверчиво посмотрел на другого столба- ну она точно не собирается её убивать, не переживай - продолжила бабочка увидев взгляд красноволосого. Тем временем девушка уже открыла дверцу, и сразу увидела маленькую девочку, в розовом кимоно. Та недоверчиво смотрела на вторженца, пока та её во всю звала к себе, со звёздочками в глазах. Она была в нетерпении потискать демона. Та хоть и не уверенно но вылезла. У девушки сразу от восхищение распахнулись глаза ещё больше, и улыбка уже была до ушей, оголяя зубы. Та сразу начала её прощюпывать, даже сняла бамбук залазия ей в рот, но в этот момент заходит Аой которая рушит её радость.

- Хоси- сан!- девушка сразу закричала, чем испугала всех присутствующих, поднос с лекарствами чуть не выпал из её рук от такого зрелища, она сразу его ставит на край кровати Зеницу, что было ближе и ставит руки по бокам - что вы делаете! Это опасно, если она откусит вам пальцы?

- тогда мы убьём её сразу и не будем ждать когда она убьёт кого нибудь- 9 столб её сразу остановила, от чего у троих парней в глазах сразу возник страх из за сестры шрамоголового.

-Шинобу- сан! Как вы ей это позволили сделать !

- да ладно тебе, Аой- столб насекомых посмеялась на такое, представляя что будет, если той отказать в таком- лучше это будет под присмотром чем одной, когда она её украдёт - разноцветная сразу отвела взгляд в сторону, ведь у неё были такие мысли если Шиноби отказалась

- но если бы что нибудь случится с нас бы три шкуры спустят. А если лб этом ещё узнает

-Аой- девушка встала с пола, она успела загнать демоницу обратно- если будешь молчать то он не узнает. Я думаю все об этом будут молчать - девушка уже перевела взгляд на парней

- конечно - неуверенно сказал Танджиро, все таки он был ей благодарен, если бы она не вмешалась тогда, то кто его знает что бы ещё сделал Санеми.

- ладно, я пойду, а то меня наверное заждались- повернувшись к парням она немного поклонилась им со словами - выздоравливайте скорее, я жду от вас больших свершений- трое парней сразу встрепенулись, у двоих из них на лицах показался лёгкий румянец, а третье было под маской

-не стоит!/ выходите за меня Хоси - сан!- сразу в двоем закричали одновременно, Танджиро и Зеницу у которого глаза были га мокром месте

- что ты говоришь такое!- крикнула Аой и дала оплеху светловолосому

- ну все пока пока- девушка развернулась и уже удалилась из палаты

Хоси шла по коридору, её шаги отдавались эхом, словно капли дождя, стучащие по крыше старого храма. В её глазах всё ещё блестели остатки азарта, словно угольки, тлеющие после стихийного пожара. Она чувствовала запах демона, который словно призрак обвивал её кожу, напоминая о только что пережитом моменте. "Эти глаза… Эти маленькие, острые зубки… Она такая крошечная, но в ней столько тьмы," — думала она, её пальцы всё ещё словно ощущали текстуру кожи демоницы, мягкой, как лепестки цветка, но скрывающей в себе яд.

— От тебя несёт демоном, — бросил беловолосый, его голос прозвучал, как холодный ветер, прорезающий тишину. Он не смотрел на неё, его пальцы скользили по лезвию катаны, словно лаская её, как любовницу. — Ты снова лезешь туда, где тебя не просят.

Хоси замерла, её спина выпрямилась, словно струна, готовая лопнуть. — Не понимаю, о чём ты, — её голос прозвучал слишком громко, как фальшивая нота в тихой мелодии. Она знала, что он прав, но признать это было равносильно тому, чтобы раскрыть свои карты. Её сердце билось так, словно пыталось вырваться из грудной клетки, напоминая птицу, запертую в клетке.

— Карр, карр! Новое задание, новое задание! — крик ворона разорвал напряжённую тишину, словно молния, рассекающая небо.

Беловолосый тяжело вздохнул, его взгляд, холодный, как лезвие катаны, скользнул по ней. — Потом поговорим, — сказал он, его голос звучал как обещание, которое она не хотела слышать. Он протянул руку, и она схватилась за неё, словно утопающий за соломинку. Его ладонь была твёрдой, как камень, но в ней чувствовалась скрытая сила, словно он мог в любой момент сжать её и не отпустить.

Они вышли на улицу, где ночь уже опустилась на землю, словно чёрное одеяло, усыпанное звёздами. Воздух был свежим, но он не мог смыть с Хоси ощущение, что она всё ещё в палате, где её пальцы касались кожи демоницы. Её мысли путались, как нити в запутанном клубке. "Что со мной? Почему я не могу остановиться? Почему я хочу снова туда?" — её внутренний голос звучал, как эхо в пустой пещере.

— Ты слишком любопытна, — сказал беловолосый, его слова прозвучали, как укор, но в них была доля правды. — Однажды это тебя убьёт.

— Может быть, — ответила она, её голос звучал как шёпот, но в нём сквозила дерзость. — Но пока я жива, я буду искать то, что скрыто.

Он посмотрел на неё, его глаза блестели, словно звёзды на небе. — Ты безумна, — сказал он, но в его голосе не было осуждения.

— Возможно, — улыбнулась она, её губы растянулись в улыбке, которая была одновременно и вызовом, и признанием.

Они шли вперёд, их тени сливались в одну, словно два мира, которые не могут существовать друг без друга. Ночь была тихой, но в воздухе витало напряжение, словно перед бурей. Хоси знала, что это только начало. Её любопытство было, как огонь, который нельзя потушить. И она готова была сгореть, чтобы узнать, что скрывается за дверью, которую ей не суждено открыть.

— Пошли, — сказал беловолосый, его голос звучал как приказ, но в нём была скрытая нотка заботы.

— Пошли, — ответила она, её голос звучал как обещание, которое она не могла выполнить.

Они исчезли в ночи, словно тени, которые растворяются в темноте. Но Хоси знала, что её путь только начинается. И что бы ни ждало её впереди, она будет идти вперёд, как всегда. Потому что её любопытство было сильнее её страха. И это было всё, что ей нужно было знать.
***

3 года назад

Свет из окна палаты резал глаза, как осколки стекла, оставшегося после боя. Воздух был густым, будто пропитанным невысказанными словами и тяжестью недопонятых чувств. Черноволосая девушка, словно тень, скользнула к кровати, её взгляд метнулся к пустому стулу у изголовья.

– Санеми… уже ушёл? — её голос был тише шелеста листьев за окном, но в нём чувствовалась колючая тревога.

Больная, лежащая на кровати, медленно повернула голову, её глаза, как два тёмных озера, отражали бездну усталости.

– Да, и больше не пускай его — прошептала она, словно выдохнула последний вздох перед тем, как сдаться.

– Что-то случилось? Вы поссорились? — врач присела на край кровати, её пальцы легли на руку больной, как паутина, пытающаяся удержать что-то хрупкое.

– Ты тоже относишься ко мне как к сестре главы? — вопрос прозвучал, словно выстрел в тишине. Глаза больной сверкнули, как сталь, готовые пронзить любое притворство.

Тишина повисла, как туман. Черноволосая девушка тяжело вздохнула, её голос стал грубым, словно камень, катящийся по склону.

– Конечно, мы все так думаем. Мы все уважаем главу. Многим из нас он дал причины жить, спас наши жизни. И, конечно, для нас ты будешь как и он. Если с тобой что-то случится, для нас это будет… как будто мы не смогли спасти его.

Слова не принесли облегчения, но больная слегка усмехнулась, её губы дрогнули, как крылья бабочки, готовые взлететь.

– Но ты всё же наш товарищ. Мы доверим тебе свои спины. Мы знаем, что ты не бросишь нас. Ты уже доказала, что сильнее многих из нас.

Её рука легла на голову младшей, словно мягкий ветерок, согревая её.

– Тебе нужно отдохнуть.

Молчание снова окутало их, но теперь оно было теплым, как одеяло. Черноволосая девушка посмотрела в окно, где закат разливал свои краски по небу, как художник, рисующий последний штрих.

– Ты права — тихо сказала она. –Но иногда… иногда даже сильным нужно, чтобы кто-то был рядом.

Больная закрыла глаза, её дыхание стало ровнее, словно она смирилась с чем-то давно ожидаемым.

– Тогда останься— прошептала она, её голос был едва слышен, но в нём была просьба, которую нельзя было игнорировать.

Черноволосая девушка кивнула, её рука крепче сжала руку больной.

– Я останусь — сказала она, и в её голосе прозвучала решимость, как сталь, закалённая в огне.

Но в её глазах промелькнула тень чего-то большего, что-то, что ещё не было сказано, но уже витало в воздухе, как натянутая тетива, готовая сорваться в полёт. Их разговор был лишь началом, а дальше… дальше могло быть всё, что угодно.