Глава 12.
Выйдя из квартиры Романовых, Дима достал из внутреннего кармана куртки тетрадь с названием «Рассказ: красавчик Золотов из прошлого и не менее красивая девушка с зелёными глазами». Увидев тетрадку на столике в комнате одноклассницы, ему стало слишком интересно. Что же там написано?
Он вдруг подумал, из какого прошлого? Может, они были знакомы друг с другом ещё раньше, чем она перешла в его класс?
Но Дима никак не мог вспомнить откуда. И с трудом сдерживал себя, чтобы не открыть и не прочитать этот рассказ. Хоть в тетради было написано и о нём, но он думал, что там и её тайны. А что ещё ей там писать?
«Самооценка у неё, что надо… — подумал он, держа тетрадь в руках. — Прям сразу «и не менее красивая». Даже я так не могу».
Но он даже не обратил внимание на то, про какой цвет глаз там было сказано…
Оседлав свой байк, Дима положил тетрадь обратно в карман куртки и поехал домой. Конечно, он бы хотел поехать и покататься, но отец заставил вернуться домой раньше. Ужины с клиентами у него всегда проходят вместе с семьёй.
Зайдя в большой дом, он сразу встретился с отцом лицом к лицу. Он был недовольный как всегда. Даже темно-карие глаза стали как-то темнее. В нем светлым были только волосы. Как у сына.
— Ты опоздал, — констатировал он.
— Мы проект долго делали. И ты сказал быть дома ровно в восемь. А я вернулся домой ровно в… — он посмотрел на наручные часы. — Семь пятьдесят пять.
— Роман Антонович с семьёй уже пожаловали. Переоденься и спустись как можно скорее. У тебя пять минут.
Отец вернулся к гостям, а Дима тихо выругался у себя под носом и по красивой лестнице поднялся на второй этаж к себе в комнату. В отличие от всего дома, его комната была самой простой. Хотя простым его сложно было назвать тоже. У него было много постеров с музыкантами и музыкальные инструменты. Гитары — электронные и обычные, пианино, скрипка и даже тромбон. И все они валялись в одной куче. Ему категорически запрещали играть на них. Он не имел права отказываться от наследства отца…
Взлохматив волосы, он достал тетрадку с рассказом и бросил на рабочий стол с навороченным компьютером.
«И какого черта я это взял? Все равно свои мысли писала туда. И плевать, что там и обо мне будет… — подумал Дима, попутно переодеваясь в смокинг.»
Закончив, он быстро посмотрелся в зеркало и спустился вниз в зал к гостям. Ему они были рады. В общем-то, они рады всем, у кого есть связи и деньги…
— У вас сын такой красавчик… Прям жених! — воскликнула жена Романа Антоновича — Александра Ивановна. Больше сорока ей сложно было дать. У неё были прекрасные манеры и красивое лицо.
— Ну что вы! Он ещё в школе учится. Да, мой мальчик? — ответила весело мать, прожевывая кусок стейка.
Она была полной противоположностью отца. Голубоглазая брюнетка. Но характер один в один.
И в кого он пошёл таким жалким?.. — Думал Дима.
Остаток ужина прошёл напряжённо. Родители разговаривали на рабочую тему, но Дима думал о том, что сейчас мог бы кататься на байке и чувствовать себя свободным. Чтобы сердцу стало легче, а ему получше…
— Спасибо за вкусный ужин! — одновременно ответили Ивановы перед уходом.
Поднявшись к себе в комнату, Дима разделся и лёг в кровать. Его мысли были заняты абсолютно всем. Но иногда проскакивали мысли о Молли, Элайзе и однокласснице. Он не сразу понял, что Молли с берега и Молли на гонках — это один человек. Но сам ей этого не сказал. Раз она скрывает, значит не хочет, чтобы об этом знали…
Об однокласснице у него были слишком разные мысли. Вполне обычная. Но сегодня была до чёртиков привлекательной. И он с трудом сдерживался от того, чтобы не начать рассматривать её тело. У него даже на секунду сердце пропустило удар, когда он её к себе притянул. И где-то отдалённо появилось желание почувствовать вкус её красных губ. Он замечал за ней привычку кусать губы…
Стараясь забыть обо всём этом, он лёг на бок и сразу провалился в крепкий сон. Но сны у него никогда не были радужными. Лишь редко.
Во сне ему снова было семь лет. Он чувствовал страх и боль, хотя ничего и случилось пока. Мальчик часто дышал и оглядывался, будто боялся, что его поймают. И внезапно перед ним выпрыгнула девочка с очень яркими глазами. Прям изумрудно-зелёные были у неё глаза. И он тотчас успокоился, начал с ней играть и бегать, пытаясь не обращать внимание на волнение.
И вдруг случилось то, чего мальчик боялся больше всего. Они были одни в маленьком домике в деревне, им никто не мог помочь. Друзья держались вместе, обнимая и утешая друг друга. Их крики услышали слишком поздно. И его достали первым, не дав узнать, жива ли его подруга. В тот момент, когда он уже мог увидеть её, мальчик резко опустился в воду. И Дима проснулся, с сильным вздохом. Его дыхание сбилось. Он никак не мог привыкнуть к этому кошмару. Каждую ночь ему снился этот сон. И он винил себя в смерти подруги…
— Чёрт… — выругался он, тяжело дыша и протирая лоб от капелек пота.
Кто же она? Почему он не помнит её лица и имени? Только глаза. И он вдруг понял, что у Молли такие же глаза…
Встав резко с кровати, Дима отдышался, протер глаза и включил свет. Подойдя к рабочему столу он уселся в кресло и уставился на тетрадь с рассказом. Сделав глубокий вдох, он взял её в руки и открыл первую страницу…
***
Этой ночью нормально уснуть я не смогла. Почему-то я волновалась, хотя сама не понимала в чём причина. Будто что-то должно было произойти. И когда мне наконец-то удалось сомкнуть глаз, мне приснился ужасный кошмар. Приснились события десятилетней давности, которые я бы хотела удалить из памяти всех и себе навсегда…
Встав рано утром, я помылась и села прямо в пижаме на кухне. Мама ещё спала, поэтому я двигалась максимально тихо, не желая будить её. Она точно продолжит вчерашний разговор о том, кто был тот «мальчик» у нас дома.
Целый час я сидела в телефоне и листала ленту новостей. Ничего интересного.
— А, ты уже встала? Давай я тогда завтрак приготовлю, а ты иди переоденься. Опаздывать не хорошо, — мама была бодрой и весёлой. И не скажешь, что спала всего пару часов…
— Доброе утро, мам.
Обняв маму, я пошла в комнату, чтобы переодеться. Мой выбор пал на дешёвую, но красивую теннисную юбку и чёрный топ-свитер от бабушки. Она у меня умеет вязать, даже свой маленький магазинчик есть.
Спустя тридцать минут я уже стояла у дома подруги и смотрела на сонное личико Даны. Похоже, она не выспалась.
— Чего такая сонная?
— Я всю ночь в заповеднике за пингвинами следила, — с весёлым сарказмом сказала подруга, обнимая меня.
— Проект делала, что ли? — она кивнула. — А я вчера с Золотовым делала проект. Он ко мне домой заявился!
— В смысле к тебе домой? В смысле вместе?! Он же с Настей делает проект… НЕ ЗРЯ Я НОВЫЙ РАССКАЗ НАПИСАЛА! — заорала подруга смеясь.
— Какой рассказ? Ещё один? Я тебя убью! — я побежала за Даной, а она начала убегать от меня.
— Стой! Ну хотя бы прочитай! Если не понравится, можешь бить!
Я остановилась, принимая её предложение. Достав из рюкзака тетрадь, она протянула её мне, а сама скрестила пальцы.
Я начала громко читать написанное, чтобы она сама услышала то, что написала:
— «— Ты спишь на диване. — Внезапно сказала Элайза, наверное считая, сколько метров от диванчика до кровати.» А где мы?
— В отеле. Читай дальше.
С удивлением я продолжила читать вслух:
— «— Это мы сейчас посмотрим, — Дима улыбнулся и опять подошёл к ней. И она снова чуть не упала, но на этот раз ей помог парень.
Хотя это сложно было назвать помощью. Он просто обнял её и вместе с ней упал на кровать. Она оказалась под ним, без возможности встать, если парень сам не встанет.
Дима схватил её за обе предплечья и поднял их над уровнем головы. Сердце предательски быстро начало стучать. Она чувствовала румянец на щеках.» Боже, что это?
— Дальше читай! — буркнула Дана, а я продолжила.
— «В комнате стало жарче ещё на сотню градусов. Но девушка лучше надела бы куртку обратно, чем сняла что-то ещё.
Ещё на пару сантиметров ближе. Элайза смотрела на парня и не могла оторвать взгляда. Его глаза завораживали и ей хотелось рассматривать их вечно.
— Слезь с меня, — еле с равнодушием сказала она, чувствуя запах его духов, что могли вскружить голову.
— Попроси об этом искренне, и я встану. Я весь внимание.
Девушка не могла сказать это искренне. Только потому, что ей это нравилось. От неловкости она прикусила нижнюю губу, а в следующую секунду почувствовала на них чужие.
Изначально Элайза хотела отстраниться, но поцелуй завлек её. Она ответила ему, но через секунду он остановился и посмотрел на девушку с победной улыбкой.»
— Ну как? — ещё более весело спросила подруга.
— Дана, у-бег-ай! И желательно из страны! Или с планеты. Желательно из галактики тоже.
Закрыв тетрадь, я снова побежала за подругой. Она кричала, чтобы я остановилась, но я так просто не могла отпустить её. На самом деле мне нравилось то, как она писала, но я не могла не побить по-дружески подругу за то, что написала такую сцену.
Так мы добежали до школы. Я это поняла, потому что у самих дверей она проскочила мимо, а я врезалась в чью-то большую спину.
— Прости…те, — я начала извиняться, а потом встретилась с злым взглядом Золотова. И чего он так смотрит?
— Осторожней надо быть, а не в догонялки играть, — пробурчал он, протягивая мне лист А3 и какую-то тетрадку. Не дожидаясь ответа, он уходит.
Переглянувшись с подругой, я поворачиваю и смотрю текст на тетради.
— «Рассказ: красавчик Золотов из прошлого и не менее красивая девушка с зелёными глазами»… Дана, я тебя…
— Там нет листов… — она сразу закрыла руками голову, чтобы я не ударила её.
— Дана, я тебя прикончу! Я думала, ты забрала тетрадь! Чертовка ты, дурочка!
— Ну там же ничего нет. Что он может оттуда понять?
— Ну, во-первых — тетрадь была у меня дома, во-вторых — там написано его имя, в-третьих — в моём доме нет человека с зелёными глазами по его мнению.
— Потом убьешь. Идём на урок.
Выдохнув, я решила, что побью подругу позже, а теперь пойду на урок. И как я могла так попасть?
Ни на одном уроке Дима не вёл себя как придурок. Он был обычным. Таким, как вчера. И тогда я спокойно выдохнула, думая, что ничего мне не грозит. Только на уроке географии я начала волноваться. Всегда нервничаю, когда нужно выступить перед классом. А тут ещё и с Золотовым…
— Итак, я вся внимание, — сказала учительница и уселась за последнюю парту, чтобы следить за всем классом.
Первым начала читать я, а на середине Дима. Информация, написанная им — оказалась очень интересной. Даже его «друзья» были в шоке от того, что он такое нашёл.
— А вы отличная команда! Обоим ставлю пятёрки. Надеюсь, увижу вашу пару на моих уроках ещё не один раз, — Анна Геннадьевна улыбнулась и забрала у нас наш проект.
А я чуть не прыснула со смеху и уселась обратно на своё место.
— Элайза Романова, это было просто шикарно! Ты просто нечто!
— Не пытайся спасти свою задницу, принцесса. Я все равно её тебе надеру, — тихо прошептала я и уставились на доску.
Просидев последний урок, мы с Даной вышли и направились в сторону уборной. Но моя жизнь была бы слишком прекрасной, если бы мы там не встретили Настю с её подружками, которые стояли у зеркал и наводили красоту.
— Посмотрите, кто к нам пожаловал… — протянула Настя, убирая блеск для губ обратно в косметичку.
Дана схватила меня за предплечье и потянула к двери, но я осталась на месте. Интересно, что она будет говорить?
— Вижу, ты совсем страх потеряла, Романова? Улыбаешься на комментарии учителя о проекте…
— Ты совсем, что ли? — спросила я искренне.
— Если ещё раз я увижу тебя с моим Димой — я тебе твои глаза выколю и пинцетом волосы удалю, — угрожающе шепнула она, скрещивая руки на груди.
Улыбнувшись, я подошла к ней вплотную, кончиками пальцев коснулась её щеки и начала гладить как ребёнка.
— Настенька, дорогая, Дима больше не твой мальчик. Так что если я захочу, буду с ним встречаться и ты не будешь мне помехой. Уяснила, моя девочка?
Похлопав нежно ей по щеке, я схватила подругу за запястье и потянула на выход из уборной, под удивлённые вздохи подруг Насти. Какая же она…
— Ай! — воскликнула я, когда второй раз за день врезалась в чью-то тёплую и большую грудь.
— Может, хватит врезаться в меня? — недовольно спросил Дима.
— Сам виноват. Выходишь из угла, где не ждут! — я посмотрела на него со злобой, но он даже не взглянул на меня. Ушёл. — Индюк напыщенный!
— Да успокойся ты.
— Да они стоят друг друга. Два сапога пара. Встречаться с ним? Да ещё чего! Много чести! — нервно рассмеявшись, я вышла из здания школы.
— Зайдём к нам? Мама приготовила мини-пиццы и приглашает тебя поесть с чайком.
— Как я могу такое пропустить?! Конечно, я пойду. Твоя мама — повар от Бога!
И мы пошли прямиком к Дане. Я лишь успела снять линзы и поправить волосы перед тем, как зайти в дом. И с самого порога я уже сходила с ума от этого блаженного запаха пиццы. Дай Бог тёте Зине долгую жизнь и здоровые руки, чтобы она готовила эту легенду как можно чаще!
— Ты же моя хорошая! Заходи, заходи скорее! Дана, накрой скорее на стол. Иначе пицца остынет. Я ещё чай сделала, — тётя Зина бросилась обнимать меня и целовать в лоб. Она любила меня также сильно, как моя мама любила Дану.
Рассевшись на кухне, мы начали обедать, иногда рассказывая друг друга новости или сплетни. Наши мамы нам как третья и четвёртая подруга. Но и им мы не говорим всего. Никто из нас не хотел бы остаться без карманных денег или под домашним арестом…
— Сегодня последняя гонка. Победитель получит большие деньги, — проинформировала я, когда тётя Зина отошла поговорить по телефону.
— Я буду?
— Это уже решать не мне… Я сказала тебе, кто не рискует, тот не пьёт шампанское. Ладно, не говорила, но подумала. Так что сама знаешь как поступить. Тебе уже восемнадцать давно. Поэтому ты имеешь права выбора, независимо от родителей или меня…
Но лучше бы она, конечно, не соглашалась. Я доверяла ей как самой себе, но всё равно боялась за нее как за саму себя.
— Я буду.
И правда. Какая случайность… Надеюсь, она ни на секунду не пожалеет, что связалась с Эдуардом. И надеюсь, мне не придётся переезжать его байком за то, что может обидеть её…