Глава 2.
Ко мне подъехал парень с такими же красными волосами, какой мой байк, с бородой, и с черными как ночь глазами. Шлем небрежно висел на руле мотоцикла. Вероятно, мой соперник. Очередной уверенный в себе мужик, который думает, что выиграет гонку со мной на раз-два. Но все ведь знают, кто окажется у финиша первым. Ну, кроме него. Серьёзно, у таких, как он, такое хрупкое эго!
— Какая крошка. Водить-то умеешь? — с пренебрежением спросил он, попутно надевая шлем на свою тупую голову.
— Впервые сижу за рулём, научишь кататься? — с издёвкой бросила я и заметила Эдуарда неподалёку. Он направлялся к нам.
— Конечно. Только за это нужно заплатить. Ты же знаешь чем? — его глаза потемнели, он стал рассматривать меня с ног до головы как куклу, которую хотел купить, но пока не знал, сколько стоит эта самая кукла. — А ты неплохая. Есть, за что хвататься. Поедем ко мне после гонок?
— Козёл… — прошептала я, чтобы он не услышал. Всё-таки не нужно мне быть с ними грубой. Я хоть и гонщица, но у меня нет суперсилы. Я не умею защищаться против внушительной мужской силы.
— Готовы? — со своим обычным грозным тоном спросил Эдуард, остановившись рядом со мной.
Мы одновременно кивнули и удобнее оседлали байки. Девчонка вдалеке практически в прозрачном топе помахала флажком и выстрелила из пистолета. Мы сорвались с места, проезжая круги и обороты.
Каждый поворот был для меня шансом оторваться от соперника, каждый рискованный маневр — возможность заработать больше. Я знала, что ставки высоки, и любое падение могло бы обернуться не только потерей денег, но и чего-то большего. Но я не могла позволить себе остановиться. Эти деньги были моим спасением. Спасением от детского дома.
Я была первой в трёх кругах, но он начал меня догонять. Я не стала прибавлять скорость, чтобы вырваться вперёд. Я хотела показать ему, кто здесь главный. И он повёлся. Мужик вырвался вперёд, но всего на два метра. Я догнала его и даже смогла помахать левой рукой. А ещё смогла уехать далеко вперёд…
Финишная линия была уже близко. Я выкрутила ручку газа на полную, и мотоцикл рванул вперед, оставляя соперника позади. Ну все, победа снова за мной. Как и всегда.
Я пересекла финишную черту первой, и триумф заполнил меня. Мой красный друг не подвёл меня в очередной раз.
А деньги, которые я выиграла, были для меня не просто призом, а возможностью продолжать борьбу за лучшее будущее.
Я слезла с байка, подняла стекло шлема и подошла к мужику, что обещал научить меня кататься за «небольшую» цену. Он был зол. Нет, он был в ярости от того, что проиграл семнадцатилетней маленькой девчонке. Какие же они все одинаковые…
— Ты пожалеешь, что встала на моём пути! Стерва! — кричал он, пытаясь выбраться из рук двух огромных мужчин, что не давали ему напасть на меня.
Я не стала дальше слушать его грязные словечки о себе и о своей матери. Взглянув на него в последний раз, я ушла оттуда. На встречу ко мне шёл Эдуард. Весь такой радостный и весёлый. Ещё немного и прыгать начнёт от счастья.
— Вот твои заслуженные пятьдесят тысяч, — он протянул мне конверт, а я с радостью приняла его. — Слушай… а твоей подружке сколько, говоришь, годиков? — Добавил он, убирая невидимую пушинку с моего плеча.
— Тебе-то какая разница? — с непониманием спросила я. — Если встречаться, то не надейся. Ей восемнадцать, а тебе… Сколько, говоришь, тебе? В общем, нет. Я против.
— Мне двадцать три. Всего пять лет разница. Ну познакомь, а! Я в следующий раз заставлю на тебя больше поставить. Вот и ты больше получишь. А?
Идея была очень заманчивой, но я не могла так поступить с подругой. Если она сама того не захочет, я не стану даже говорить о нём. Да, безусловно, Эдуард хороший парень, но с этими нелегальными гонками…
— Я не знаю. Спрошу у неё, что она думает о тебе. Но если скажет, что ты последний подонок, то это уже не моё дело. Ясно? И ты к ней больше подходить не будешь. И даже думать о ней не будешь. Понял?
— Понял, родная. Всё, можешь уходить, иначе полиция может заглянуть. А тебе это не на руку. Удачи!
Попрощавшись с Эдуардом, я оседлала байк и поехала к выходу. Там меня уже ждала Дана с радостной улыбкой. Она сразу накинулась на меня с объятьями и стала душить своей теплотой и любовью.
— Всё, садись. Поедем домой. Тебя не ждут, что ли?
— Родители уехали в командировку в Питер. Осталась дома одна. А брат вообще живёт один, как ты знаешь. В общем, я одна. Может, у меня останешься? Приготовим поесть и фильм включим. Весёлый вечер будет, а?
— Я только «за» убежать от этой женщины… — маму я любила, но сегодня хотелось уйти. Хотя бы разок. — Кстати. Что ты думаешь насчёт Эдуарда? — выполняю обещанное. Вдруг и в правду денег больше будет. А это мне не помешает.
— Он симпатичный. Молодой и практически успешный. Но не в том успешен. Будь он легальным бизнесменом, я бы влюбилась в него. Хотя и это невозможно. Он старше меня на… сколько лет ему вообще?
— Двадцать три.
— На пять лет. Нормально так. В общем. Пока он занят этой нелегальной чушью, он мне не очень нравится и не понравится, — внезапно она прищурилась, разглядывая меня. — А это не он, случайно, попросил тебя спросить это у меня?
— Ты меня раскусила. Поедем уже к тебе? Только мне нужно взять из дома рюкзак с учебниками на завтра. Хорошо?
— Без проблем!
Одев на голову подруги шлем, я села вперёд и дала газу. В душе я танцевала от счастья. Я опять победила. Уделала мажора и забрала деньги. Они мне нужнее.
На пустой трассе единственным источником света была луна. Этой ночью — полная и яркая. Холодный воздух бил прямо по лицу, и от этого разум будто очищался. Мысли не заполняли больше голову и от этого становилось в разы лучше. Повезло, что ветер был несильный. Ненавижу кататься в такую погоду.
Подруга сзади визжала и смеялась, потягивая руки в разные стороны. Также я однажды визжала, когда папа учил меня кататься…
— Конечная! Ладно шучу, я возьму рюкзак и к тебе. Жди тут, ясно? — приказным тоном сказала я, когда мы уже доехали до моего подъезда.
— Есть, сэр, — весело ответила подруга, приложив руку к шлему, как солдат.
Хихикнув, я тихо поднялась на второй этаж и легко открыла дверь. Так-так-так… Мама в комнате спит. Отлично.
Зайдя к себе, я взяла рюкзак, зубную щётку и пижаму. Взяв ещё карты для игр со стола, я так же тихо вышла из дома, ещё раз проверив маму.
— Пойдём или поедем? — спросила Дана, как только я вышла из подъезда.
— Пойдём. Иначе завтра придётся потерять пару минут, возвращая байк на место. Пошли?
— Ты линзы взяла?
— Да, они у меня всегда в рюкзаке лежат. Жидкости тоже взяла чуть-чуть. Чтоб наверняка.
Дорога до дома подруги заняла у нас минут семь максимум. Вместе мы шли очень медленно. Зайдя к ней домой, мы сразу переобулись и зашли в зал. Я бросила рюкзак на диван и уселась рядом. У Даны дома я бывала часто. Но в этот раз многое изменилось. Занавески стали серыми с узорами, телевизор остался на том же месте, а на рядом стоящей книжной полке стало больше книг.
— Что посмотрим? — спросила подруга, зайдя в зал со снеками в руках.
— Я на всё согласна. А может, лучше в карты сыграем на правду или действие? — я достала из рюкзака колоду карт и помахала у лица подруги.
— А почему нет? А давай!
Расположившись на диване поудобнее, я раздала карты. Дана с недоверием взяла свои и улыбнувшись, чуть отсела назад, чтобы я не подглядывала.
Первая игра прошла быстро и нервно. Дана меня победила. Везучая крыса! Вечно она так меня дурит. Уверена, она смухлевала! А я глупая, не заметила.
— Правда, — недовольно пробубнила я.
— Тебе кто-нибудь нравится? — ухмыльнувшись спросила она и сощурилась, чтобы лучше уловить мои мысли.
— Что за глупый вопрос? Конечно, нет! Ты бы узнала об этом быстрее меня. Просто потратила шанс задать каверзный вопрос.
— Скучная ты. Влюбилась бы и стала счастливой. А то в жизни романтики не хватает у тебя.
Раздав снова карты, я поняла, что победа будет за мной. Игра шла весело и в итоге я и в правду победила подругу. Хотя она много пыталась смухлевать и закрыть король не козырем. На этот раз я была чуть внимательнее.
— Действие! Я не такая скучная как ты! — похвасталась она, уверенно улыбаясь и показывая идеально ровные и белые зубы.
— Ты уверена? — она кивнула. — Поцелуешь парня, на которого я покажу на этой неделе? — спросила я со злобной улыбкой. Хоть и не собиралась такого делать. Это она сумасшедшая, а я нет.
— Надеюсь, просто «чмок»? Я в жизни-то целовалась два раза, по-взрослому ещё не хочется, если честно, — с надеждой в голосе сказала она.
— Ладно… Но это будет грандиозно! Обещаю, алкашей и маньяков не подсуну. Я ещё не больная на голову. Это по твоей части.
— И пусть ему будет меньше двадцати пяти. Хотя бы на вид. Мне самой-то восемнадцать стукнуло только в августе.
— Хм… может, тебе знакомого подсунуть? Он неплохой, — сама не знаю, что за знакомый, но просто шучу над ней. Глупышка. Прям как я.
— Если я вижу его реже чем собственную мать, то давай. Я же говорю. Это меня не остановит и не напугает!
— Конечно! Ты даже свой первый поцелуй потратила на спор. А тебе было тринадцать. Больная на голову!
— Вот такая у тебя самая лучшая подруга с самого рождения! Лучше быть больной на голову, чем скучной!
— Ты на шесть месяцев старше меня, какая «с рождения»?
— Не тупи, тупица. Ты всё равно моя первая и лучшая подруга!
С улыбкой обняв подругу, мы продолжили. Следующую игру я проиграла и снова выбрала правду. Согласна, я уверена в себе только на трассе, где точно одержу победу. Шлем и костюм для гонок делают меня увереннее и я могу чувствовать себя на своём месте.
— Поцеловалась бы с… Скажем, с Димой Золотовым, будь он чуть лучше?
И откуда она берет такие глупые вопросы? При том зная, что я ненавижу этого парня всей душой.
— Да если он тонуть начнёт, я ему руку даже не подам. Не то, что целовать! — я сделала паузу, а потом продолжила: — просто я сама плавать не умею ещё.
— Но всё равно не скрыть того факта, что он красавчик. И что в самый первый день решила, что с ним стоит подружиться. Помнишь, как он помог тебе тогда? Ты чуть с лестницы не упала, а он как за шиворот схватился и не дал упасть!
— Да что ты вечно о нём болтаешь? Как будто экспонат музея! Не поцелую и всё. Или с чего ты решила, что мы с ним увидимся где-то ещё кроме школы? Чушь полная!
— Да ладно, не ори! Раздавай карты, по новой пойдём.
Мы играли ещё минут тридцать, пока часы не остановились на цифре одиннадцать. Убедив подругу закончить с игрой, мы переоделись в пижамы. Закончив обе разом с чисткой зубов, мы легли в кровать и стали болтать обо всём. Давно у нас не было ночевок без взрослых…
— Кем бы ты хотела стать, если бы деньги не имели цены? Или профессии никакие не осуждались.
— М… наверное, писателем. Не знаю. Мне в голову часто приходили разные сценарии. Или режиссёром.
— Так некоторые писатели и так нехило зарабатывают. В чём проблема стать писателем в жизни? — спросила она, поворачиваясь на живот.
— Если их книги продаются тысячными тиражами. А пробиться в издательство — дело не лёгкое. Так что с этим желанием придётся повременить до лучших времён.
— Да…
— А ты бы кем стала в таком случае?
— Думаю, смотрителем зоопарка. Где можно к животным прикасаться. Это так… мило. С животными легче общаться, чем с людьми, — она грустно вздохнула. — Кстати! Ты слышала, Даша из параллельного класса на Золотова претендует. Настя услышит — ей глаза выколет.
— Дашка? Она же с Витей была месяца назад!
— Они же расстались недавно. Витька после этого сразу нашёл замену ей. Бабники-придурки! Как же бесят!
— Поверить не могу! Реально бабники! Один день не могут без девчонки…
— А то. Из-за таких и мы не можем себе хороших найти. Вечно подвох ищем и думаем, что они только притворяются хорошими, а на деле полные козлы.
— Вот Эдуарда я бы назвала хорошим. В нем плохое только то, что он занят этими гонками. Я знаю его уже год и ни разу не видела, чтобы он курил, пил или к девушке преставал. Даже наоборот. Один раз на моих глазах одну защитил. Это было месяца четыре назад.
— Давай только не о нём! Хороший и хороший. Всё, давай спать. Завтра тест по алгебре, не хочу завалить. У меня и так там уже четвёрка. Хочу на пять сдать. Хорошего сна.
Спать хотелось и в правду сильно. И к тесту хотелось прийти выспавшейся. Пожелав подруге спокойной ночи, я повернулась на левый бок и попыталась быстрее уснуть. Но в голову лезло всё кроме сна. Гонки, мать, отец, как ни странно — Золотов. Точно завтра достанет из-за того, что не поговорила с ним сегодня нормально. Ну а как я могла? Показывать ему свою слабость я не горела желанием. Ещё достанет вопросами о том, почему я ношу линзы. А отвечать ему я не собираюсь. Если, конечно, он узнает и спросит. Но он не узнает. Иначе я не знаю, что буду делать…
В сон я погрузилась только спустя минут пятнадцать, кажется. И мне опять снился сон, в котором я на гоночной трассе. Но трасса была мокрой, а мой байк никак не мог остановиться. Скорость всё увеличивалась, а тормоза не работали. В один момент байк слетел с дороги, но меня успели поймать. Я осталась жива. С желанием посмотреть в лицо своему спасителю, я повернулась. Но ничего не смогла увидеть. Заметила лишь маленькую татуировку в виде каких-то узоров на запястье.
Открыв резко глаза, я начала глубоко дышать, вспоминая у кого я могла видеть такую татуировку. Но всё тщетно. Сонливость была сильнее и думать было невозможно. Поэтому я легла на спину и попыталась уснуть, с бешено бьющимся сердцем…
Долгое время я всё думала об этом сне. Он ведь ничего не предвещает? Надеюсь, что нет. И с этими мыслями я снова попыталась погрузиться в сон. Удалось это у меня только через четверть часа.