22 глава
Уже смеркалось. В прежде тёплом воздухе завеяло прохладой. Приятной летней прохладой. Подобная погода превосходна. И я верю в это превосходство. Потому что...потому что находясь сейчас, ночью, на улице, с Ромкой, когда прохлада бьёт по открытым ногам, хочется прижаться к ранее упомянутому человеку и затискать его до хруста костей просто за то, что он существует. Хочется чувствовать что-то здесь и сейчас, независимо ни от кого.
Но я и так чувствовал. Ведь тот смешанный спектр эмоций, который я чувствую рядом с ним-я испытал уже. И испытываю до сих пор.
Мы шли по невообразимо красивой улице. Нет, она возможно и самая обычная, но сейчас всё кажется другим. Старые и серые многоэтажки, нагоняющие тоску, теперь же притягивали, цветы в клумбах, которые всегда были итак красивы, но сейчас, под тусклым светом Луны, они будто светились в кромешной тьме. Как будто спасали людей от ночного страха. Как будто напоминали, что они, цветы, есть всегда. И что они безумно, безумно красивы. Даже Ромка казалось стал красивее. Хотя куда уж красив...
-Тошка-вдруг я понял, что не слушал Рому совсем. И только тогда, когда он сказал моё имя, я впал обратно в реальность.
Глаза «друга» выглядишь слегка взволнованными. Но он продолжал сохранять немного напускную серьёзность и невозмутимость. Но я видел. Эта...тревога что-ли засела на его лице. Я что, выгляжу так...потеряно?
-что такое?
-ты выпал куда?-серьёзно отчеканил Ромка. Настолько серьезно, что ни один мускул на его лице не дрогнул. Удивительный человек.
-я здесь.
-да я вижу-он легонько сощурился, как будто это поможет ему разгадать правду или ложь. И проблема в том, что он может разгадать. Хотя...
-вот и видь-на мою колкость он лишь закатил глаза, а потом перевёл тему:
-погнали в ларёк у моего дома, за газировкой сгоняем, потом домой, а то поздно уже.
-за газировкой?-немного недоверчиво вырвалось из меня. Честно говоря, звучало заманчиво. Но в то же время и странно. Нет, безусловно, Ромка был любителем вредной пищи, и газировки входили в этот список. Он мог в какой-либо компании, если уж не пиво, то газировку выпить. Но сказать, что он её очень любил-я точно не мог. Ведь было одно «но»: за длительное время нашей дружбы я назубок выучил, что Пятифанов буквально зависим от вишнёвого сока. И во всех возможных ситуациях, он берёт себе этот самый сок. Что же послужило поводом для его желания?
-да там новую завезли. Не слышал что-ли?-нет. Не слышал. Ну ладно. Это многое объясняет. Конечно, им сподвиг интерес к новому вкусу.
Я на это ничего не ответил. Лишь многозначительно вздохнул.
Скорее бы домой. Появилось жуткое желание обнять его.
* * *
Дверь закрылась с громким хлопком. Поход в ларёк был весьма успешным. Это небольшое заведение пользуется большим успехом у молодёжи. Ведь это единственный круглосуточный магазинчик в нашем посёлке. Так по мимо этого туда всегда завозят новые газировки, батончики, сухарики и прочую ересь, но вишенкой на торте является то, что там продают сигареты и алкогольные напитки несовершеннолетним. И как раз Ромка с Бяшей являются постоянными покупателями табачных трубочек, которые убивают лёгкие. Я, конечно, не понимаю, как можно было двенадцатилетним малолеткам продавать сигареты. Ведь на моей памяти, Ромка курил столько, сколько Антон его знал. А начал то ещё раньше. Но насколько раньше? Месяц? Полгода? Год?
Этого я в ближайшее время не узнаю. Но когда-нибудь обязательно спрошу это у Ромки.
Когда-нибудь...
Ромка опустил небольшой пакет с покупками на пол, и нагнулся, чтобы развязать кроссовки. Я делал тоже самое. Сняв обувь, мы, какого-то хрена молча, прошли на кухню.
Пакет опустился на стол. Послышался лязг стеклянных бутылок. Рома изначально хотел мне купить эту несчастную новую газировку. Я отказался. На это были две причины: во-первых я не хотел газировку. Особенно ту, во вкусе которой я не уверен. А во-вторых...было бы неловко, если бы Рома за меня заплатил. Конечно, в этом нет ничего плохого и всё такое, но...просто как-то не хотелось, чтобы он за меня платил. Пятифанов итак мне много в чём помогает. Ромка, конечно, немного расстроился, но всё-таки не стал настаивать и купил напиток только себе. Вместе с этим захватил бутылочку пивка, как он сказал: «на мамин приезд», и пачку сигарет.
Руки брюнета потянулись к пакету, чтобы разобрать находящееся в нём.
Я подошёл к окну, развернулся к нему спиной и, оперевшись бёдрами на подоконник, тихо позвал:
-Ром...-я немного сбился от того, как вымученно и хрипло прозвучал мой голос. Видимо, Рома тоже напрягся от этого. Потому что, он сжал в руках пачку сигарет, которые ранее доставал из пакета, и мельком взглянул на меня. Но после всё равно начал тупить взгляд в пол, как будто был напуган. Что с ним такое?
Будто выйдя из некого мандража, он до конца достал купленные продукты и убрал пакет в нижний ящик стола. Его вид вновь стал невозмутимым и уверенным.
Я, оттолкнувшись от подоконника, пошёл к нему.
Пятифанов опёрся бёдрами на столешницу, скрестил руки на груди и вновь начал тупить взгляд в пол. Он скоро дыру там прожжёт!
Я подошёл к Ромке близко. Его поза никак не изменилась. Мои руки потянулись к его волосам. Но он также невозмутимо стоял. Своим запястьем я провёл по его щеке. Только сейчас, он изменил эту чёртову позу. Поднял на меня глаза и немного склонил голову к моей руке.
И только встретившись со мной взглядом, он будто оттаял. Руки, которые прежде были скрещены на груди, перешли к моим плечам. Я убрал руки с его лица. Ромка прижал меня к себе, перед этим взглянув так болезненно. Что же...что же такое произошло?
Одна его рука прижимала к себе мою голову, а вторая так и осталась на плече.
-Тош.
-что такое, Ром?
-нам нужно...поговорить.
Я отстранился и заглянул в его глаза, будто пытаясь в них докопаться до правды. Но не выходило.
-?
-Ты...-он сделал паузу и отвёл взгляд. Было видно, что к этому разговору он готовил себя всё то последнее время, пока вёл себя отстранённо. Ему нужно было время сформулировать. Но...насчёт чего нам нужно было так серьёзно поговорить? Вдруг его взгляд вернулся ко мне. И на выдохе он выпалил:
-мы должны им рассказать.
Меня будто ледяной водой окатило.
-им?-нет, я прекрасно понял о ком идёт речь. О родителях. О моих родителях. А «рассказать», значило поведать о «нас». О нас с Ромкой...
-я понимаю, что ты не хочешь, но...
-да, я не хочу-немного нахмурившись, я перебил его. Это звучало очень колко и грубо.
Ромка определённо не ожидал, что я нагрублю ему. Да я и сам, честно говоря, не ожидал. Обычно я стараюсь контролировать себя, но в этот раз не вышло.
-Антош-вероятно этим обращением он хотел меня смягчить. И у него получилось. Я тут же сделал взгляд мягче и пожалел, что нагрубил ему-когда нибудь до этого всё равно дойдёт. Зачем так долго врать? Подумай сам-решим проблему сейчас, дальше жить легче будет.
Хоть Ромка и звучал максимально убедительно, но у меня всё равно копошились в голове сомнения. А что если родители устроят вселенский скандал? Запретят общаться с Ромкой? Не знаю, заставят переезжать из-за этого...они могут многое учудить. Конечно, они когда-нибудь об этом всё равно узнают. Но если они узнают тогда, когда мне уже будет 18, я буду иметь полное право съехать от них и они на меня никак не повлияют. А сейчас? А сейчас я полностью под их опекой. И нет у меня права на своё мнение...
-расскажем, Ром. Точнее...я сам расскажу-не дав себе обдумать это решение, ответ я выдал почти сразу. Чтож...надеюсь не прийдётся отвечать за последствия.
-пообещай мне, что расскажешь.
Обещать такое я не могу...всякое бывает же.
-Ром, ну...
-пообещай.-его взгляд стал суровей. А лицо прямо выражало, что ответа «нет» он не потерпит.
Я выдохнул тяжко, со звуком и прошептал твёрдо и уверено:
-обещаю.
* * *
Крышка от новой газировки полетела куда-то...к другому краю стола. Напротив меня сидел Ромка, предвкушающий вкус новой вредной ереси. Его глаза горели безумными искорками, а губы расплылись в предвкушающей улыбке. Я, подперев щёку рукой, заворожённо наблюдал за каждым его сообщением.
-«красивый»-промелькнула в голове мысль. Конечно, красивый. Он ведь такой один. Единственный. Таких как Рома больше нет. Я никогда бы и не нашёл лучше, чем он. Его запястья...тонкие. Тонкие и очень искусные. Но если мои запястья были просто сухими и тонкими, то его...выглядели какими-то сильными. Тонкие, но крепкие. Ничем не сломаешь.
Ромка поднёс горлышко бутылки к губам и сделал резкий и быстрый глоток.
Не успел я спросить «ну как?», как глаза Пятифанова распахнулись, лицо выразило отчаянное отвращение, и с рвотным рефлексом, он проглотил содержимое бутылки. Очевидно, газировка оказалась просто ужасной.
На моём лице отразилась лёгкая усмешка. Ромка посмотрел на меня выгнул бровь и с лицом, до сих пор с лицом полным отвращения, спросил:
-чё лыбу давишь?
-да вот. Мне показалось, что «новая газировка» тебе не понравилась.
-да ладно, как ты догадался-он подошёл к холодильнику, достал оттуда бутылку молока и выпил залпом несколько больших глотков, дабы избавиться от привкуса...
Я посмотрел на бутылку из под газировки, где был изображён вкус напитка.
...от привкуса орехов и мяты. Ну и вкус. После чего он засунул молоко обратно в холодильник и добавил:
-и вообще...когда кажется, Антон, нужно креститься.
Я закатил глаза и чётко произнёс свою последующую речь:
-ой, нашёлся. Самому то всё вечно кажется, придурок.
-не борзей, обмудок-Ромка потрепал меня по голове, взял стул, развернул его спинкой ко мне и уселся так, что спинка была между его ног. Руки он сложил поверх этой спинки и положил на них голову.
-сам ты обмудок.
-ну ладно, не обижайся, Тох.
Я положил голову на стол и посмотрел на Пятифанова. Он также лежал головой на спинке стула. Забавный такой. Его рука потянулась к моим волосам. Он просто положил руку на мою голову. И больше ничего не делал. Просто положил руку и всё.
Я прикрыл веки и буквально нутром чуял, что Рома сделал тоже самое.
Мы выпали из мира. Вдвоём. Как будто весь мир исчез. Остались только я, Ромка, эти два стула и чистейшая тишина...
Именно сейчас, лёжа на столе с закрытыми глазами, ощущая на голове руку...любимого, я почувствовал, что точно должен рассказать родителям о моей ориентации. И я не боюсь. Сейчас я ничего не боюсь. Ведь рядом со мной он. И это решает вообще всё.
Казалось, что наши сердца забились в Унисон. Казалось, что в мире нет никого кроме нас. Никого и ничего. Казалось, что нет никаких проблем. Здесь и сейчас. Есть только мы. Только мы и...
Вдруг раздался телефонный звонок. Рука Ромки, лежащая на моей голове, вздрогнула. Я открыл глаза, как и Ромка.
Он был недоволен.
-гр, что за люди такие...такой момент испортили!-он посмотрел в сторону коридора, оттуда и исходил звук, медленно поднялся со стула, и уже выходя из кухни, добавил-я щас, Тох.
Не прошло и минуты, как из коридора донёсся Ромин голос:
-Тох, это тебя!
Я тут же подскочил со своего места уже морально готовясь к разговору. Ведь было очевидно, что к телефону меня просит подойти никто иной, как мама. Я подлетел к Роме и взял у него из рук трубку, прижав телефон к уху тихо проговорил:
-алло?-Рома удалился из комнаты и жестом показал, что будет наверху. Я кивнул и молча продолжил дожидаться ответа.
На том конце трубки было слышно чьё-то частое дыхание. Но всё-таки прозвучал её, мамин, тихий и до боли дрожащий и взволнованный голос:
-Антон?
-Антон.
-Боженьки...Тошенька, прошу тебя-она сделала паузу-вернись домой, сынок-её голос был невыносимо сожалеющий. Она...действительно готова признать вину?
-мам, я...
-постой! Я не закончила...-я покорно замолчал, предоставляя ей возможность выговориться-милый...прости нас. Пожалуйста, извини. Мы...мы не ведали, что творили. Совсем уже с ума сжили...ты просто попал под горячую...нет, под раскалённую руку. Антон, забудь...просто забудь всё, что мы тогда сказали. Это всё блажь! Мы так не думаем, сынок...
Было слышно, как усердно мама пытается оправдаться. Как сильно она сожалеет о случившимся. И как сильно она хочет помириться.
Какой раз за день, моё сердце оттаяло. Я посмотрел на всё под другим углом.
-мам...не беспокойся так. Я вернусь, конечно.
-когда?-она спросила это не надзирательно, а скорее...с надеждой.
-завтра...ещё не знаю во сколько.
-хорошо...-она облегчённо выдохнула. По голосу было слышно, что мама улыбается. От этого на моё лицо невольно полезла улыбка-ты там как? Ешь? С тобой всё нормально?
Мама навалила ещё несколько вопросов, будто желая задушить меня своей заботой. Это...мило.
Я посмеялся в трубку, после чего ответил кратко, но ясно:
-не волнуйся, мам. У меня всё хорошо. Рома меня приютил же...
-хорошо, что приютил...ладно, сынок, иди спать...поздно уже-даже тут...даже тут она заботится обо мне. Как я мог вообще думать, что она меня не любит?
-конечно, мам, сладких снов вам...
-сладких, Антош...
Раздались длительные три гудка, оповещающее о том, что звонок завершён.
Я выдохнул. Значит ли это...что всё наладилось? Если да, то это определённо лучший день за ближайшие пару недель.
Я поднялся на верх, зашёл в комнату Ромы. Пятифан стоял у открытого окна и курил. Заметив меня, он улыбнулся. Я не смог не ответить такой же улыбкой, и сразу подошёл к нему.
-ну как?
-завтра домой пойду-я совсем немного прикрыл глаза, наслаждаясь прохладным ветерком, дующим с окна. Рома потушил окурок и притянул меня к себе затягивая в приятный поцелуй. Одна его рука мягко поглаживала мою щеку, а другая держала мою руку. Эту самую руку я сжал. От нахлынувших эмоций.
Боже мой. Как же я всё таки счастлив...
2172 слова.
Зайцы, простите меня за то, что обленилась 😅
Скоро выйдет финальная глава и я начну писать новую историю. В этот раз я поучусь на своих ошибках и сначала напишу полностью историю в черновиках, а потом начну постепенно выпускать сюда) ещё думаю, что скоро заведу аккаунт на фикбуке...ну посмотрим. Если что напишу вам обязательно!!!!
Как думаете, создать тгк, где будет информация про мои истории?