17 глава
Через некоторое время, за определённым поворотом, выглянет школа. Я...действительно обрёл...счастье? Оно ли это?
Может ли счастье заключаться в одном лишь человеке? В его взгляде, движениях, словах, руках...вообще во всем. Он не идеален для других. Он идеален для меня. И внутренне и внешне. Каким бы он иногда не был конченым ублюдком, Ромка бывает человечным. Очень даже человечным. В нём есть капли разума даже тогда, когда он устраивает очередную драку. Ясное дело, в любом контроле проскакивают моменты, когда всё уходит из под того же контроля. Буквально ускальзывает.
Ромка, бросив на меня лёгкий взгляд, положил свою руку на мою, при этом «случайно» смахнув свою кофту так, чтобы та накрыла наши руки. Как только обе конечности были скрыты от остальных людей, наши руки сплелись. Его большой палец поглаживал мою руку. Тепло. Комфортно. На секунду я подумал, что не хочу возвращаться домой. Ведь если сейчас я подбираю ко всему слова: тепло, комфортно, спокойно, уютно, приятно...чем это станет? Дома будут слова по типу: суета, страх, обида, холод. Да, не всегда. Есть и действительно хорошие моменты. Правда лет 6 назад их было в разы больше. Подумать только, шесть лет! Шесть лет прошло с того момента, как наша семья жила без ссор и вечной родительской ругани. Во что это превратилось? Ни одно дня они не могут прожить без ссоры, а мы с Олей без мыслей о слове на букву «р». Лет с 12, если не раньше, я боюсь этого слова. Боюсь, как раскалённого метала. Тогда семья разрушиться и что ещё страшнее-нам с Олей прийдётся выбирать. Может и расставаться. А это, самая грустная вещь, о которой приходится думать.
Вопреки этим мыслям, показалась школа. Подумать только. Лагерь закончился. Та «бесконечная» неделя, которую я так ждал пролетела за мгновение. Я посмотрел на Ромку. И на своё же удивление встретился с ним взглядом. Как давно он на меня смотрит?
Поток моих вечных мыслей остановился вместе с автобусом. В окне были видны толпы людей, ждущих своих детей.
-сегодня мы вряд ли увидимся ещё, но...-Ромка почти шёпотом сказал эту фразу, задумался, а затем продолжил-но завтра, скорее всего мы к тебе припрёмся. Так что можешь ждать завтра названных гостей.
Я улыбнулся. Отпустил его руку, он взял кофту, которая лежала на наших руках, и одел её. Мы взяли свои рюкзаки, сумки, и с тяжкими вдохами и выдохами выбрались из школьного автобуса. Не так далеко я увидел свою семью. Родители улыбались. Оля махала мне рукой. Я уж было хотел рвануть к ним, но во время вспомнил. Обернулся к другу и протянул ему руку. Ромка на рефлексе, мигом протянул свою, пожав мою руку, он притянул меня за неё, в некрепкие дружеские объятия, похлопал по спине и отстранил от себя.
Ясное дело, обоим нам хотелось больших объятий. Прикосновений, да и от поцелуя оба бы не отказались. Но нас видят люди. Так что для всех мы играем спектакль лучших друзей.
-до скорого, Тох!
-пока, Ром.
Мы улыбнулись друг другу, и разошлись.
Как только я подошёл к семье, меня поприветствовали, обняли, забрали сумки и пригласили в машину. Оля не отрывала от меня взгляда. Явно скучала. Но я не отвечал ей взаимным взглядом до тех пор, пока мы не уехали с территории школы, ведь был занят другим делом. Точнее другим взаимным взглядом.
* * *
Семья была рада моему приезду. Или же они просто делали вид? В любом случае-я хотя бы немного чувствовал себя комфортно. Особенно рядом с сестрой, которая заваливала меня вопросами уже в машине, но я отвертелся от них, ссылаясь на то, что расскажу всё дома, а сейчас устал.
По приезду домой, как и ожидалось, сестрёнка примчала ко мне в комнату. Я тем временем разбирало вещи не думая ни о чем. Находясь в чистом одиночестве, думать ни о чём-самое удовлетворяющее дело. Но оно перестало быть удовлетворяющим в тот момент, когда моё одиночество нарушила Оля.
Оля постучала и после одобрительного ответа, приоткрыла дверь и аккуратно заглянула, словно боясь увидеть в моей комнате не меня, а какого-нибудь демона. Но увидев меня, она приветливо улыбнулась, впорхнула в комнату, словно бабочка и уселась рядом со мной.
-привет-мечтательно проплела она.
Я хмыкнул.
-привет.
-Тош, а...-она задумалась. Будто бы готовилась к этому разговору, но забыла весь придуманный собой сценарий-как тебе в лагере? Понравилось? Ты с кем-то познакомился? А что там делают? Там были дискотеки? Или какие-то вечеринки? Как там кормили? А...
-воу воу! Оль, давай по порядку...
-ой-она смущённо улыбнулась, а потом вновь заговорила-ну...как тебе в лагере?
-в лагере было здорово, Оль. Конечно, мне понравилось. Дискотеки были. Но я на них не рвался.
-ты не ходил?-она ужаснулась.
-не ходил. Были и мероприятия. Я выступал со стихом одним. По поводу знакомств...нет. Я ни с кем не познакомился.
-а...что вы там делали целыми днями?
-вставали рано, ели, на кружки ходили...тихий час был, душ был, много свободного времени, мероприятия каждый день, дискотеки. Обычный непримечательный график.
-оу...ясно.
-но мне сейчас интересно другое-я завидел растерянность на лице Оли, ещё с того момента, как они встречали его у школы. Да, эту растерянность перекрывала радость, но непривычный взгляд сестры был. И был он очень явным. Словно...словно она меня не видел годы. А как увидела, подумала, что я-это не я.
-как ты тут жила то?
Она расцвела. Это на некоторое время развеяло мои сомнения. Показалось, что сестра жила лучше, чем я в лагере, и что мне не о чем беспокоится.
-ты не поверишь! Я окончила начальную школу со знаком отлично! Все контрольные я сдала! И единственная из класса оказалось отличницей по всем, до единого предметам!-такая новость не могла не порадовать меня. Приятно понимать, что моя сестра лучшая из лучших среди своего класса. Даже я ей немного завидую. По статусу превосходит всех у нас Ромка. Да, я в его компании, но для других это не повод, чтобы меня не поддеть. Конечно, я отличник, все дела, но конкретно мне, это не помогает. Мне помогает лишь моя отточенная смелость, и во время приходящий на помощь Ромка или Бяша, если всё выходит из под контроля.
-здорово!
-ещё как! И выпускной здорово прошёл! На нём были и мама и папа...только тебя очень не хватало.-Оля на секунду загрустила, но быстро опомнилась, не желая ставить меня в неловкое положение.
-а как родители себя вели?-я тут же пожалел о сказанном, увидев как сестрёнка поменялась в лице. Губы задрожали, глаза округлились, взгляд поледенел, и кажется она даже побледнела.
-у мамы...был этот жуткий приступ опять...Антош, она...задыхалась. У неё...была пена. Изо рта лилась...-было видно, что ей страшно об этом вспоминать. Было видно, что она не может подобрать слов. Было видно, что причина её растерянности в этом.
-а папа? Папа ей помог?
-его не было! И я ей никак не могла бы помочь...я стояла за стеной-слёзы собрались в уголках её глаз-она так лежала минут 15...а потом встала и..и...-слёзы брызнули из её глаз-как ни в чём не бывало начала готовить ужин дальше...это было так страшно, Тош!-я прижал её к себе. Стало стыдно за то, что пока я находился в лагере и часто дулся из-за каких-то мелочей (хоть это и не всегда были мелочи), Оля страдала в заточении нашей семьи. Ей вероятно приходилось слушать частые скандалы нашей семьи, так и она попала на приступ мамы...
-Оль, не плачь...хочешь...допустим...-тут меня осенило-посмотрим Питера Пена? Ты же его так любишь!
-правда?-от грустного лица не осталось и следа. Это я и ценил в сестре, она может переключаться с проблем. Не зацикливаться на них слишком долго.
-правда.
А вот я, всё то время, пока мы смотрели мультик, думал о маминых приступах и вечных скандалах в доме. Что вообще такого случилось, что наша семья рассорилась? Точнее глава нашей семьи. Неужели так у всех? А может наши родители и раньше так себя вели, просто мы были тогда намного младше и они, жалея нас, скрывали все скандалы? Но чем Оля это заслужила? Такое ощущение, что она скорее всего даже не помнит того момента, когда родители жили без ссор. Не было ругани. Было...комфортно жить в этой семье. А сейчас-даже в школе комфортнее.
Что меня удивило больше всего-так это то, что Оля уснула. Время было лишь 8 вечера. Может чуть позже. Мельком взглянув на сестру я углядел, что та дрыхнет. Накрыл её одеялом, выключил кассету и умотал в комнату. Всё, что сейчас может смыть, в прямом смысле этого слова, его переживания—это душ.
Закрыв дверь на замок, сняв всю свою одежду, я забрался в душ и включил горячую, почти из чайника воду. Волосы намокли в одно мгновение, а вода приятно обволакивала кожу. Желание, которое правило мной недавно-ушло. Этим желанием был сон. Но вода сделала своё дело и от сна не осталось и следа. Время шло незаметно, и в душе я провёл час, если не больше.
Одевшись, перед тем как умываться, впервые за долгое время я взглянул в зеркало. За лагерь я немного подзагорел-кожа теперь не белая, а похожа на человеческую. Это уже удача. Улыбка сама всплыла на лицо. Мысль, что меня, вот этого Антона, на которого я смотрю сейчас в зеркало, полюбили-обволакивало сердце. Не верится. Полюбили мои светлые почти белые волосы, немного выступающие круги под глазами, нос, как у хлюпика. Полюбили мои покусанные бледные губы, мои ярко зелёные, похожие не лес, под освещением солнца, глаза...и я полюбил. Полюбил его голос, его манеру речи, его спортивки, что он носит целую вечность, полюбил каштановые мягкие волосы, его рост, превосходящий мой, хоть это иногда и бесило.
Не верится.
Антон Петров обрёл счастье!
Тепло улыбнувшись отражению, я умылся, вышел из ванной. Зайдя в комнату поймал себя на мысли, что хочу порисовать. Порисовать что-то нейтральное. Не человека точно. Взглянув на свой рабочий стол я убедился в правдивости этого желания и благополучно уселся за место. Взяв в руки блокнот и карандаш, не особо думая, что я рисую, начал выводить линии, которые постепенно выстраивались в рисунок. Любимое хобби-действует успокоительно, а также не замечает время. В своём рисунке я узнал свой задний двор. Самой первой ассоциации, появившийся с задним двором были звери. Я вдруг вспомнил, как видел танцующих животных, как они звали на с Олей и как мы с ними играли. Но если Олю я смог убедить, что это сон, плод её детского воображения, то себя я в этом убедить не смог, ведь был в осознанном возрасте. Я увёл взгляд от рисунка и посмотрел в окно. На задний двор. Там на было никого, но я всё равно представлял их. Такое забыть просто невозможно. Поэтому я и не забыл.
Убрав блокнот, я всё-таки решился взглянуть на настенные часы. И я довольно таки сильно удивился, завидев цифру 3:47.
-о чёрт-прошептав это, я решил спуститься вниз за стаканом воды.
Бросив мимолётный взгляд опять в окно-на задний двор, я вышел из комнаты. В доме воцарила тишина. Спали все, кроме меня. Я начал спускаться по скрипучей лестнице. Схватив стакан, налил туда немного воды, выпив залпом, пошёл в комнату, выключил свет и улёгся в кровать. От мысли, что завтра я увижу Ромку, если верить его словам, конечно, стало тепло. Такой влюблённости я ещё не чувствовал.
Ведь это уже не просто влюблённость.
Это любовь.
1822 слова