Мой дорогой, Ким

Звонок лифта.

Я даже не пошевелилась.

Второй звонок.

Я не могла оторвать глаз от экрана компьютера – с фотографией Мин Юнги  посередине. Имя Тэхена упоминалось повсюду. Лифт уже тронулся, но я продолжала читать.

Дверь открылась. Тэхен выглядел так, словно только что вернулся с беговой дорожки: черная фуфайка с капюшоном и черные спортивные штаны. Как и в тот раз, когда я впервые увидела его здесь, он выглядел чертовски привлекательно. Но сегодня даже эта привлекательность била меня, как нож в сердце. Я чувствовала себя игрушкой в его руках.

– Разумеется, у тебя есть коды от моего этажа. Ты ведь владелец здания, не так ли?

Тэхен остановился, едва переступив порог, и дверь закрылась за его спиной. Понять по его лицу, что он думает и чувствует, было невозможно, но я уже начала привыкать к этому бесстрастному выражению, к этой непроницаемой маске, которой он пользовался так часто, а в последний раз прошлым вечером.

Он пожал плечами.

– Ты с ума сошла.

– А ты бы не сошел? – вскипела я. Этот Тэхен ... черт бы его побрал. – У нас с тобой только что был секс, а теперь я узнаю, что ты состоишь в мафии! Разве у меня есть причины быть недовольной? Нет, конечно, нет. Тут ты абсолютно прав. – Я горько рассмеялась. – Ты говорил, что не можешь объяснить все, но мафия... мне такое в голову не приходило. Ты окружил себя загадками. Но если не мог объяснить все, то мог бы как-то намекнуть? Мафия. Мафия, Тэхен ! Это же опасно. – И страшно. Я придержала эту мысль при себе, как и другие вопросы, которые вертелись на языке.

Убивал ли он людей?

Я фыркнула. Конечно, убивал.

Отдавал ли приказы убивать?

Смешно. Я взъерошила волосы. Что еще? Проституция? Азартные игры? Какие преступления он совершил? Избивал людей, требуя возврата долга? Вымогал деньги у владельцев магазинов? В голове проносились сцены из фильмов о мафии, рассказы, которые я слышала в детстве. Да, персонажи в них выглядели зачастую романтиками и вызывали симпатию, но они не были такими в реальности.

Я смотрела на человека, которого не знала. Я спала с ним. Проводила с ним время. Бегала с ним. Смеялась с ним. С ним я чувствовала себя живой. И даже сейчас, глядя на него, я хотела одного: броситься в его объятья. И пропади пропадом все остальное.

И вот тогда у меня открылись глаза.

– Я не хотела знать правду.

Невнятный глухой звук вырвался из моей груди. Был ли то смех или всхлип, я не знала, но в любом случае сил не осталось. Организм требовал отдыха и покоя. Две ночи. Это все, что было у нас. И я снова и снова напоминала себе об этом. Мне так хотелось выпить, но в бутылке ничего не осталось. Я поднялась, чтобы принести другую, но комната вдруг покачнулась.

Тэхен шагнул ко мне.

Я отмахнулась, ухватилась за спинку дивана и села.

– Не надо. Я пьяная. И не ела сегодня.

Он подошел ближе и теперь стоял по другую сторону разделявшего нас кофейного столика.

– Ты имеешь полное право обижаться на меня. Кто я такой, откуда взялся и чем занимаюсь – это не то, что ты должна была узнать на светской вечеринке. Мне жаль, что так случилось.

Господи. Наши взгляды встретились. Я не хотела видеть сочувствие в его глазах, но увидела, и оно сломало во мне стену. Слезинка выкатилась на щеку. Боль от всего случившегося не имела отношения к самому Тэхену .

– У меня такое чувство, будто я снова его потеряла.

Тэхен снова промолчал.

Я опустила голову и кивком указала на компьютер:

– Я ничего этого не знала. Ничего. Дон Мин держал все втайне от меня. Теперь картина прояснилась, и я понимаю, почему его семья не приняла меня, почему он обедал с ними один, и почему его брат не приезжал домой.

– Мне очень жаль, Энни.

– А ты знал? Ты знал, кто я? Кем был Дон Мин ?

Он покачал головой.

– Ты подписывала бумаги на эти апартаменты, когда меня не было в городе. Я бываю здесь нечасто и не могу быть в курсе всего происходящего. Дела по дому ведет Дэ Джун . Я ему доверяю. Он сообщил, что есть новый жилец, но о тебе я его не расспрашивал. До тех пор, пока...

– Пока?

– Пока не увидел тебя сегодня. Я узнал родителей твоего мужа, и все встало на свои места. – Тэхен хотел сказать что-то еще, но замялся и лишь добавил: – Я тоже не знал. Мне и в голову не приходило... – Он выдохнул и опустился рядом со мной на диван. – Энни , ты не сделала ничего плохого. Ничего.

Я кивнула на экран:

– Здесь написано, что семья Ким и семья Чан – враги.

– Были врагами.

– Сегодня вечером ты не выглядел очень уж дружелюбным, – усмехнулась я.

– Да, эта история долгая и кровавая, но сейчас между нами мир.

– И все хорошо?

– Да.

Я бы поверила, если бы не настороженность в его глазах, не сжатые в тонкую полоску губы, не скованное лицо и потяжелевшие плечи.

– Ты лжешь.

Он посмотрел на меня и словно уколол взглядом из-под маски.

Я подвинулась к нему.

– Ты не подпускаешь меня к себе, но я учусь читать тебя сама. Понемножку. Что-то происходит, ведь так? Между вашими семьями?

– Энни...

– Скажи мне правду. – Меня вдруг осенило. – Если только не считаешь, что я в этом участвую. Ты действительно так думаешь?

Тэхен покачал головой. Боль полыхнула в его глазах, и он не успел, как всегда, спрятаться за маской. Но отодвинулся. На дюйм, может быть, два, но я все равно ощутила это. Неприятие. Отторжение.

– Нет, но... Есть другая проблема.

– Какая?

– Поверь, я хочу рассказать тебе обо мне, о моей семье и друзьях. Хочу. Но не могу.

– Из-за Дон Мина ?

– Из-за его семьи.

К горлу подступил комок.

– Они сказали, что не участвуют в этом.

Он покачал головой:

– Они лгут. Бабушка Дон Мина была прямой наследницей основателей семьи Бартел.

– Что это значит?

– Их семейный бизнес начал прадедушка Дон Мина . Родственников хватало, но самой шустрой была Чан Бо Ген . Она заведовала бухгалтерией. И даже если родители Дон Мина  утверждают, что не принимают участия в бизнесе, деньги к Дон Мину все-таки текли.

Наследство.

– Что это все значит? Ты упомянул о перемирии. К нам с тобой какое это имеет отношение?

– Мир не бывает навсегда.

У меня даже слов на это не нашлось. Я могу стать врагом? Он это имеет в виду?

– Речь о том, что ситуация сложная, – добавил Тэхен через секунду. – Мы с тобой. Вот в чем сейчас сложность.

У меня пересохло во рту.

– Мы с тобой? – То есть мы – это уже осложнение? – Тебя же не было здесь целый месяц.

– Возможность вернуться появилась только сегодня. Возникли... проблемы.

– Рассказать о которых ты мне не можешь. Ты не звонил и не писал. Не скажешь почему? И о себе не расскажешь? Ни о семье, ни о друзьях? Ни о чем таком, да? И все потому, что я как-то связана с семьей Чан , хотя сама в нее не вхожу. – Я ощутила, как вверх по шее разлилось тепло, вот только приятного в нем было мало. – Ты не откровенничаешь со мной из-за людей, которые могут быть моими союзниками? Я правильно все понимаю? Хотя эти союзники никогда не оказывали мне никакой поддержки и лишь преследуют через суд.

Я поднялась с дивана и прошлась по комнате. Вперед-назад. Крепко обхватила себя руками.

– Это просто смешно. Я любила его. Я так любила Дон Мина , а они хотят... даже не знаю, чего они хотят. Им нужен дом? Они поэтому подают на меня в суд? Им было наплевать на дом. И на меня им было наплевать до самого последнего времени.

– Ты о чем?

– И ты. – Я махнула рукой в его сторону. – Такой горячий парень, такой герой в постели. До тебя я ни к кому ничего не чувствовала. Ты появился в «Джанни», и моя лучшая подруга едва не потеряла рассудок. Да и я, признаться, тоже. Ты же такой шикарный, ни грамма жира – одни мускулы. И я всегда знала, что ты опасен. Чувствовала. Слушай себя, как говорил Дон Мин . Если не знаешь, что делаешь, слушай внутренний голос. Я слушала и оказалась с тобой в постели. А что теперь? Твоя семья хочет уничтожить мою семью, которая мне совсем даже не нравится. Я –Хо , черт возьми. А была Ли, и твой водитель назвал меня Ли. Почему он так меня назвал?

– Мой кто?

– Твой шофер внизу. Назвал меня Ли .

Тэхен нахмурился.

– Не знаю. Приказ шел через Дэ Джуна .

– По-моему, он сказал, что это ты распорядился отвезти меня домой.

– Распорядился я, но ему звонил Дэ Джун .

– О... Я была Ли , а теперь Хо . Я не Чан . Я не с ними. После смерти Дон Мина меня каждый день и каждую ночь преследовали кошмары. Все прекратилось только после того, как я переехала сюда. – Я уставилась на Тэхена . Сколько же вокруг стен.

Я устала от них, а еще от секретов, от неведения.

– После переезда сюда я перестала слышать его голос. Иногда я еще чувствую его, но только по-хорошему: мы снова вместе смеемся, и он желает мне счастья. Эти ночи с тобой... У меня давно не было ничего такого. А теперь есть – благодаря тебе. В те ночи, когда мы были вместе, я не была ни женой, ни вдовой Дон Мина . Я была собой. Только собой, женщиной по имени Энни. И мне это нравилось.

По щекам побежали слезы.

– Пришла к тебе, и кошмары ушли, – прошептала я.

Глаза его потемнели. Он встал, придвинулся ближе, но остановился на расстоянии вытянутой руки. Я ощущала идущие от него волны тепла. Мои стены упали, и его тоже. Маска слетела, и я увидела страсть. Там было еще много чего, но я ухватилась за страсть, потому что мое тело начало реагировать на него.

Я хотела его.

Он негромко усмехнулся и сделал последний шаг. Наши тела соприкоснулись, и я закрыла глаза, наслаждаясь этим сильным, крепким чувством. И еще многим.

– Я тебя подниму, – пробормотал он, словно обращался к раненому животному. Как будто хотел успокоить меня и в то же время не спугнуть. Он утешал меня и одновременно соблазнял.

Именно этого я и хотела.

Его ладони легли мне на талию, и я подалась вперед, обвилась вокруг него и тесно прижалась. Теперь я не смогла бы оторваться, даже если бы хотела. Мне было все равно, что будет дальше. Я ничего не могла поделать с собой и не могла без него.

Он посмотрел мне в глаза.

– А теперь отнесу тебя в спальню.

– Я уже догадываюсь, что будет дальше.

Тэхен глубоко вдохнул, и глаза его потеплели.

– Я сделаю все, что ты только пожелаешь. Я не стану делать то, чего ты не захочешь. Если захочешь, чтобы держал на руках, я никогда тебя не отпущу. Если захочешь, чтобы целовал всю ночь, тебе придется купить мне утром гигиеническую помаду. Чего бы ты ни пожелала, я сделаю.

Он отвел меня в постель и уложил. Потом склонился надо мной, прикоснулся лбом к моему лбу и тихо-тихо сказал:

– Сделаю все, кроме одного. Я не оставлю тебя. Этого я не сделаю никогда. – Он вцепился взглядом в мое лицо, словно запоминая каждую его морщинку. – Я помогу тебе снова стать собой, Энни. Мы будем вдвоем, ты и я. И никого больше.

Мягко и нежно его губы коснулись моих губ, а дальше все было так, как он и обещал.