Мой дорогой, Ким

– Ты меня подвела!

Я поднялась к Джину с твердым намерением рассказать подруге о Доне, но увидела счастливую пару и... Они ели сыр с тарелки, и Джин обнимал ее за талию, а она прижималась к нему. Картина была бы приторной до тошноты, не будь они так милы.

Ладно, с Доной можно подождать.

– Что? – Ши Ен замерла, не донеся до рта ломтик сыра.

– У нас были планы на прошлый вечер.

– О... – Похоже, в голове у нее завертелись колесики. Память вернулась, и Ши Ен со стоном уронила голову на стол. Потом еще раз стукнула лбом о столешницу, но уже осторожнее. – Какая ж я паршивая подруга. Так облажаться. Даже сказать нечего. – Подняв руки, Ши Ен вышла из-за стола. – Сначала та сцена в ресторане, теперь вот это. – Она крепко обняла меня и прижала к себе. – Я так перед тобой виновата. Но обещаю исправиться. Устроим посиделки сегодня. И наплевать на все остальное. Готовься – я целый месяц буду стоять на коленях. Шоколад, вино – все, что только пожелаешь. Каждый день.

Я рассмеялась и тоже обняла ее.

– Все хорошо, и мне ничего не нужно. Ты только не подводи меня больше. Договорились?

Ши Ен продолжала извиняться, но меня больше интересовало, как им понравился хоккейный матч. Потом они рассказали, как им вдруг вздумалось поплавать посреди ночи, а я, слушая их, услышала голосок сомнения. Мне совсем не хотелось, чтобы Сиа злилась на Дону. Ей было хорошо с Джином, а объясниться можно и потом, причем не с ней, а с ним. Пока же я решила избавиться от улик и, извинившись, удалилась в ванную, где ввела ее код, удалила все свои звонки с ее телефона и заодно два отправленных сообщения. Теперь ни звонков, ни сообщений как будто и не было.

На всякий случай я проверила, нет ли каких-либо посланий от самой Доны. Их не было. Закончив, я оставила телефон на столике у двери лифта. Удивительно, что Ши Ен про телефон даже не спросила, хотя в других обстоятельствах пожелала бы вернуть его в первую очередь, едва лишь меня увидев. Счастливая и влюбленная, моя подруга уже позабыла обо всем на свете. Наверно, и о том, как и где потеряла телефон.

Когда я вернулась, они пригласили меня пообедать с ними в семь в «Джанни». Я ответила уклончиво, объяснив, что еще не знаю, как буду себя чувствовать. Прежде чем что-то решать, мне хотелось дождаться звонка от Тэхена, но сообщать им об этом я, конечно, не стала.

Теперь оставалось ждать.

Время шло, и меня уже стали одолевать сомнения – а позвонит ли он вообще. Может быть, он просто хотел уйти без ненужных сцен. И все же я хотела, чтобы он позвонил, хотела снова его увидеть и в то же время надеялась, что не выставляю себя в глупом свете.

В какой-то момент я вдруг поняла, что у него, может быть, нет номера моего телефона. Мысль эта засела в голове и не давала мне покоя. Да, он знал, где я живу, но мог не знать номер телефона. Пойти с Ши Ен и Джином в ресторан? Не ждать же звонка в дверь.

Решение принято. Стало легче. Но решимости хватило минут на тридцать.

А потом мысли снова пошли по кругу.

Есть ли у него мой номер? Что-то подсказывало, что узнать его не составило бы труда.

Тэхен знает Дэ Джуна .

Накануне ему звонил Ву.

Надо узнать.

Еще не сообразив, что делаю, я оказалась у лифта и с колотящимся от нетерпения сердцем нажала кнопку вестибюля.

Створки разошлись, но я не вышла из кабины, а когда подняла голову, передо мной стоял Ву. Он тоже посмотрел на меня.

– У него есть мой номер телефона? – спросила я, сразу переходя к делу.

Он кивнул:

– Есть.

Вопросов не осталось – других ответов не требовалось.

Я кивнула в знак благодарности и снова нажала кнопку – теперь уже моего этажа. Прислонилась к стенке. Закрыла глаза. Взбалмошная девчонка. Разве это свидание? Я даже позавидовала Ши Ен.

Кабина остановилась, и я, не взглянув даже на номер этажа, шагнула вперед.

Передо мной, скрестив на груди руки, стояла Дона.

Я отступила, успев бросить взгляд на панель. Она вызвала лифт раньше.

– Ты рассказала? – спросила Дона.

Какая настырная. Я протянула руку и нажала кнопку закрывания дверей.

– Нет. Считай, что тебе повезло, ясно? За тобой должок.

Дона облегченно выдохнула и нервно тряхнула головой.

– Но я все расскажу, если ты не оставишь их в покое.

Четыре часа – Тэхен не позвонил.

Пять часов.

В половине шестого я решила занять себя чем-нибудь и проверила электронную почту. Писем было немного. Пропустив бо́льшую часть, я открыла то, что пришло от моего риелтора.

Энн, я связывалась с юристом, представляющим семью Дон Мина . Не могли бы вы позвонить мне в офис? Нам нужно договориться о встрече.

агентство недвижимости «Колдуотер».

Я нахмурилась. Ничего хорошего письмо не обещало, но, может быть, родственники хотят купить дом? Может быть, их огорчило известие о том, что я выставила его на продажу? Мы не поддерживали близких отношений. Мать Дон Мина не хотела, чтобы мы были вместе, и поначалу, встречаясь с сыном, каждый раз приводила с собой другую женщину: за двадцать или чуть больше тридцати, одинокую, красивую. Иногда она находила их на работе у Дон Мина , иногда среди дочерей друзей и знакомых, а одну встретила в клубе любителей пеших прогулок.

Отец его был не лучше.

В первый год он запал на меня сам, а в последние пару лет полностью меня игнорировал и общался только с сыном. Старшая сестра Ли была замужем, жила в пригороде и постоянно спрашивала, когда же обзаведемся детьми, но ее интерес всегда казался мне фальшивым. Был еще младший брат, но его я ни разу не видела. Жил он в Сан-Франциско и домой не приезжал.

Письмо из агентства я отправила в папку под названием «Не Хочу Этим Заниматься». Повидаться не помешало бы, но все, так или иначе связанное с семьей мужа, вызывало у меня агрессивно-защитную реакцию.

Отвлечься на дела удалось на десять минут.

Я посмотрела на часы. Начало седьмого. Пожалуй, хватит.

Обед с Ши Ен и Джином прошел примерно так же, как и в прошлый раз, хотя мне и пришлось приложить немало сил, чтобы не смотреть ежеминутно на телефон, не выпадать из разговора и не думать о том, кто так и не позвонил. Правда, теперь поцелуев было намного меньше, но зато, как мне показалось, Джин и Ши Ен подолгу держались за руки под столом. Иногда они внезапно умолкали и обменивались нежными взглядами, но в целом вечер получился приятный.

В самом конце, когда мы попросили счет, его нам не представили. На все вопросы, заданные поочередно каждым из нас, следовал один и тот же ответ: оплачено заведением.

Ши Ен такое объяснение устроило. Джина – нет. Я видела, как он хмурится, как пытается понять, что происходит. Ворчливый голосок нашептывал и нашептывал мне имя Тэхена, но и такое объяснение представлялось лишенным всякого смысла. Тэхен говорил, что знаком с владельцем какого-то другого ресторана, но я помнила, как он явился в «Джанни» со своими приятелями. Они знали это заведение и держались так, словно заправляют здесь. И это тоже казалось бессмыслицей. О ресторане я упомянула только прошлой ночью, а наш с Ши ланч оплатили неделю назад.

– Может, стоит воздержаться пока от походов туда? – сказала я, когда мы уже подходили к дому. Ши Ен и Джин остановились и посмотрели на меня непонимающе. – Пока не узнаем, в чем дело. Если, конечно, вы оба не против.

Меня это беспокоило. Я хотела знать, почему нам не подают счет. Как будто расплачиваются за некую услугу. Если это действительно так, то я хотела знать, о какой именно услуге идет речь, а потом самостоятельно решать, принимать благодарность или нет.

Джин , прежде чем ответить, бросил взгляд на Ши .

– Согласен. Мутное дело.

– Отказаться от бесплатного обеда? – Ши Ен недоуменно посмотрела на нас. – Послушайте, мы ходим туда каждый день.

– А если это какой-то извращенец, который только и мечтает залезть тебе под юбку? – возмутился Джин.

Она пожала плечами.

– Путь только попробует. Мы же ни о чем не просили. Он сам так решил.

Мне ее позиция не понравилась, но и убедительного аргумента против бесплатной еды наготове не оказалось. Если бы Ши Ен узнала про какие-то невидимые нити, она бы первой показала тому, кто держит их, фигу, а потом просто обрезала. Вот так поступила бы Ши Ен, я же была более осторожной.

Только не в случае с Тэхеном, напомнил тот занудливый голосок. Я вздохнула. И он был прав. Сдержанная обычно, накануне я отпустила тормоза. Взгляд мой сам собой устремился вверх – там ли он? А если нет, то где? И я опять не справилась с собой и достала телефон – ничего.

Надежда ушла на дно. Может быть, я зря поддалась порыву? Может быть, надо оставаться осторожной и скучной? Может быть, и вправду нет ничего лучше, чем возвращаться в пустой дом.

Дверь открылась, и я вошла, ожидая, как всегда, увидеть Ву. Но его не было.

Зато был Дэ Джун , приветствовавший нас вежливым кивком.

Я замерла на полушаге. В глазах то же, оставшееся с утра, неодобрение. Лицо как будто стертое, никаких эмоций.

В груди заворочалось беспокойство. Почему это так меня задело?

– Энни?

Джин и Ши Ен прошли вперед и ждали меня в кабине.

Меня не оставляло ощущение, что что-то не так. Ву всегда был на месте. Где же он? С этим тревожным чувством я и присоединилась к Ши Ен и Джину.

– Мне заглянуть к тебе на минутку? – спросила Ши , и я, опомнившись, вскинула голову. Они смотрели на меня, ожидая, буду ли я выходить на своем этаже.

– Нет. Я скоро лягу. Увидимся еще.

Ши Ен предложила встретиться за ланчем в понедельник, и я, кажется, согласилась. Или нет. Мысли были заняты другим и прежде всего тем, кто так и не дал о себе знать.

Дома я еще раз попыталась отвлечься, теперь уже с книгой и бокалом вина, но, поймав себя на том, что в четвертый раз скольжу глазами по одной и той же странице, отказалась от этой напрасной затеи.

Лифт зазвенел, когда я уже собиралась ложиться.

Тэхен ?

Вот еще. Я даже рассердилась на себя из-за всколыхнувшейся вдруг надежды. Мы не были на той ранней стадии отношений, когда все – радость и трепет, и от всего захватывает дух. У нас все было по-другому.

Торопливо пройдя через комнату, я нажала кнопку голосовой связи.

– Кто там?

Я уже знала ответ, поэтому не стала проверять камеру. Говорила себе, что это, наверно, Ши . Она что-то забыла. Или ей захотелось убедиться, что у меня все в порядке. А может, пришла извиниться за то, что подвела меня. Я говорила себе все это, но тело знало лучше, и бабочки в животе трепыхались так, будто предвещали надвигающуюся бурю.

– Я.

Тэхен. И внутри меня все стало на место. Интуиция как будто смеялась надо мной – я же тебе говорила. Тело знало, что это он, еще до того как я поднялась с дивана, и теперь, после подтверждения, мои нервы успокоились.

– Можно подняться?

Я услышала усталость в его голосе и, уже нажимая кнопку, знала – что-то случилось. Мое отражение в висевшем в коридоре зеркале выглядело нелепо. Я еще пыталась привести в порядок волосы, когда лифт пришел в движение. Но только он спускался вниз, а не поднимался вверх.

Потом дверь открылась, и при виде Тэхена все мои вопросы испарились.

Мешки под глазами. Темные пятна на лице, как будто он утерся рукой, оставив на щеках полоски грязи. Черная фуфайка напоминала ту, в которой я видела его на беговой дорожке. И спортивные штаны вместо брюк. Одежда облегала Тэхена во всех нужных местах, подчеркивая худобу, но я не могла отвести взгляд от его глаз, в которых застыло страдальческое выражение.

– Что случилось?

Он покачал головой, переступил порог и вместо ответа просто притянул меня к себе и уткнулся лбом в ложбинку межу шеей и плечом. Какое-то время я стояла, поддерживая его. Дверь лифта закрылась. Я ждала, не зная, что сказать, но понимала – это объятие нужно ему, и я нужна ему по-настоящему, как только бывает нужен друг.

От него пахло дымом и немного потом, как будто он бегал до того, как прийти сюда. Запахи эти не перебивали другие, основные, они просто прицепились к нему и висели приятным дополнением.

Немного погодя я отступила. Он посмотрел на меня из-под тяжелых век.

– Что случилось? – Я коснулась пальцами его щеки. – Что с тобой?

Тэхен покачал головой:

– Не могу сказать.

– Ну вот. Снова то же самое.

– Конечно.

Он бросил на меня взгляд, но ничего не сказал.

Я повернулась к кухне.

– Хочешь выпить?

– Господи, да.

Усталость сквозила в каждом его слове, и у меня душа болела за него.

– Текила? Ром? Или что-нибудь покрепче?

Тэхен уже добрался до дивана и теперь сидел, откинувшись на спинку дивана. В ответ на мой вопрос он повернул голову.

– Как насчет виски?

Сердце подпрыгнуло, так что даже пришлось остановиться. Он сидел у меня на диване, ждал, что я принесу ему виски, и это воспринималось как нечто естественное, нормальное. Пальцы сжали бутылку так крепко, словно мне нужно было держаться за что-то, чтобы устоять на ногах. Этого не должно было случиться, этого идеального вписывания Тэхена в картину дома. Как будто с его появлением здесь на место встала последняя деталь пазла.

Комок подкатился к горлу, и мой голос прозвучал непривычно хрипло:

– Хочешь набраться?

– Уж лучше набраться.

Вместо одного стакана я принесла два, а свой бокал с вином отодвинула. Что бы ни случилось, придавило его крепко. Вернувшись к дивану, я села рядом с ним, держа в руках бутылку и стаканы.

– Спасибо, – негромко поблагодарил он и, выпрямившись, забрал у меня и то, и другое и поставил на кофейный столик, после чего налил виски нам обоим. Мой стакан напиток заполнил на треть, и добрый крепкий запах моментально прочистил мне нос.

– Ты прав. Крепко пробирает.

Он криво усмехнулся.

– Я-то знаю, почему пью. А вот почему пьешь ты?

– Не у тебя одного есть призраки.

Я не стала дожидаться его реакции и, закрыв глаза, выдохнула. В горле уже разгоралось пламя. Черт. Мне хотелось еще. Я протянула стакан, и Тэхен, негромко рассмеявшись, плеснул второй шот.

Он сделал еще глоток и притормозил. Никакой реакции на выпитое я не заметила, хотя и наблюдала за ним. И глаза не ожили. Он даже не моргнул, как будто пил воду.

– Извини, что не позвонил раньше, но не до того было и... – Он помолчал, потом сказал: – Я потерял друга сегодня. Вот этим и занимался. Решал его вопросы.

Он хотел сказать что-то еще – это чувствовалось, – но не смог. Я села рядом, подтянула колени, повертела в руках стакан.

– Близкий друг? – Не потому ли Ву не было сегодня на месте? Знал ли он тоже того парня? И не потому ли Дэ Джун оба раза выглядел таким невеселым?

Тэхен кивнул.

– Мне жаль.

– Нет, это мне жаль. – Он допил то, что оставалось в стакане, и едва заметно поежился. – Жаль, что не могу сказать тебе больше. О том, чем занимаюсь. Мне хотелось бы быть с тобой откровеннее...

Я ждала. Ждала с тех пор, как впервые его увидела.

– То, чем я занимаюсь, опасно. Поэтому и приходится скрытничать. По крайней мере пока. Знаю, это несправедливо. – Тэхен обвел взглядом гостиную. – Я прихожу без предупреждения, а тебе вроде как полагается обо мне заботиться, ни о чем при этом не спрашивая. С моей стороны определенно нехорошо, но идти куда-то еще не хотелось. Пошел, куда потянуло. – Он посмотрел мне в глаза. – А потянуло к тебе.

Сжав пальцами стакан, я сказала то, что думала:

– Рада, что ты пришел.

– Спасибо. – Он положил руку мне на колено, и от его прикосновения кожа вспыхнула под тонким шелком пижамы. Вернувшись домой, мне захотелось надеть что-то легкое, мягкое и удобное, и только теперь я поняла, что выбранный топ почти ничего не скрывает. Тело уже жаждало ласк. Пламени недоставало вчерашней жадности, но оно крепло и набирало силу. И вместе с тем я могла держать его под контролем.

– Ты здесь, тебе больно, и в другой ситуации я бы спросила, в чем дело, и ты бы рассказал. Мы могли бы начать с этого и идти дальше, но у нас, похоже, не тот случай. В общем... – Я опустила глаза, посмотрела на стакан. – Не знаю, что и сказать.

Тэхен осторожно откашлялся.

– Ты упомянула мужа?

Я вскинула голову. Его глаза мерцали, отражая падающий из-за моей спины лунный свет. Лицо пряталось в тени.

– Да, его звали Дон Мин . Он умер.

– Извини. Сочувствую.

– Ты потерял друга. Мне тоже жаль.

Какое-то время мы оба молчали. Тэхен водил пальцем по моему бедру, вверх-вниз... вверх-вниз...

– Он был верен мне. Некоторые из тех, кто должен был хранить мне верность, выступили против. Он же остался на моей стороне.

– Ты давно его знал?

Прежде чем ответить, Тэхен задумчиво посмотрел на меня, словно взвешивая что-то.

– Да, пожалуй. Мы познакомились, когда я был еще юнцом. Потом я уехал, оборвал все связи с прошлой жизнью, но год назад положение изменилось. С тех пор он всегда находился рядом.

– Дэ Джун тоже хорошо его знал?

Он  кивнул:

– Да. Как и Ву .

Я усмехнулась:

– Думала, Ву его никто больше не зовет.

– Зовут. – Тэхен улыбнулся.

– Не видела его сегодня внизу.

– Он был со мной. Я рассказывал ему о... – Тэхен замешкался, – о нашем друге.

Итак, он знал и Дэ Джуна и Ву. Новостью для меня это не стало, скорее подтверждением. Кто бы из них двоих, Тэхен или Дэ Джун , ни жил наверху, он был связан с владельцем здания. Секреты, секреты... У меня не было ни малейшего желания становиться одним из них, но изучая его профиль, когда он отвернулся, я вдруг подумала, что, может быть, спохватилась слишком поздно.

– Бывало, мы с Дон Мином сидели и вот так вот держались за руки. – Я подалась вперед, взяла его руку и переплела наши пальцы.

Тэхен промолчал.

Воздух как будто сгустился.

– Знаю, ты не можешь многого рассказать, но, может быть, я смогу? Расскажу о себе, и когда-нибудь ты сделаешь то же самое.

Он скользнул по мне взглядом, но я сделала вид, что не заметила, потому что не хотела испугаться в последний момент. Говорить о Дон Мине всегда было нелегко, а уж рассказывать о нем Тэхену тем более. Кровь как будто понесла холод по венам, но я сделала над собой усилие, понимая, что выговориться, внести ясность полезно, пусть даже только для себя.

– Моя семья живет далеко отсюда, так что когда мы с ним приехали сюда, моей семьей стал он. Отношения с родственниками складывались у него не очень хорошо. Мать Дон Мина невзлюбила меня с первого взгляда, а отец... он как бы отсутствовал. Иначе о нем и не скажешь. Еще у него были брат и сестра, но с первым я и познакомиться не успела, он даже на похороны не приехал, а вторая ненавидела его всей душой. Мне трудно что-то сказать, но когда Дон Мин умер, я умерла тоже. По крайней мере чувствовала себя так. Ши Ен – прекрасная подруга, но сейчас она со своим новым бойфрендом, и у меня такое чувство, что, может быть, он и есть тот единственный.

О чем это я? Зачем?

Тэхен легонько сжал мои пальцы, и я, ободренная этим жестом поддержки, продолжала:

– Наверно, я просто пытаюсь сказать, что ты можешь доверять мне, пусть даже мне не все между нами понятно. Я не собираюсь давить на тебя и только лишь хочу сказать... – Я остановилась, глядя на наши сомкнутые пальцы и чувствуя, как повлажнели глаза. – Не знаю, что со мной. Я не хотела ничего усложнять. Это глупо. Просто... знаешь, мне нравится, что мы можем вот так вот держаться за руки. Что...

– Энни, – пробормотал Тэхен.

– Что?

– Молчи. – Он приник к моим губам и усадил на колени.

Мне снова хотелось умереть, но теперь уже по совсем другой причине.

Я проснулась оттого, что кто-то целовал меня в шею, и, открыв глаза, увидела Тэхена и перекатилась на спину. Мы ничего не говорили друг другу. Я положила руки ему на плечи, закрыла глаза и сосредоточилась на ощущениях.

Вот таким, в моем представлении, и должно быть каждое утро: проснуться рядом с Тэхеном. Он скользил по мне вверх-вниз, и меня подбрасывали и роняли волны наслаждения. Быстрее и быстрее, глубже и глубже.

Этот человек, о котором мне не было известно почти ничего, знал мое тело так, как знал его только Дон Мин . Я должна была бы встревожиться – встревожиться, проснувшись в постели с Тэхеном, – но произошло противоположное. Мне было покойно и уютно. И мне совсем не хотелось, чтобы это кончилось.

Потом, когда нас обоих еще потряхивало, он шепнул мне на ухо:

– Ты плохо на меня влияешь.

– Что ты имеешь в виду?

Тэхен лежал на боку лицом ко мне, легонько щекоча меня под ребрами.

– Из-за смерти друга мне придется уехать из города. Похороны пройдут в другом месте, и я должен... – Он опять запнулся. – Должен заниматься делами. Меня не будет здесь какое-то время. – Его взгляд скользнул по мне, он застонал и уткнулся лицом в мое плечо. – Не хочу никуда уезжать.

Я провела ладонью по его голой спине – под кожей перекатывались упругие мышцы.

– Но ведь нужно.

Он кивнул и, прижавшись ко мне губами, прошептал:

– Да, нужно.

Я поежилась от удовольствия.

– Сочувствую.

Тэхен отстранился и посмотрел на меня сверху вниз затуманенными глазами.

– Я имею в виду похороны. Тебе придется пройти через все это. – Мне вспомнились похороны Дон Мина. – Поверь, будет тяжело.

Туман в его глазах рассеялся, и за ним обнаружилось что-то новое, какое-то незнакомое чувство.

– Похороны легкими не бывают. – Прозвучало это резко, почти грубо, и в следующий момент Тэхен уже сидел на краю кровати. Я тоже села и прикрылась простыней. Он оглянулся через плечо. – Слишком на многих мне довелось побывать. А тебе?

– Я была только на похоронах Дон Мина.

Он кивнул.

– Послушай, я вчера не сказал, но спасибо, что рассказала немного о нем. О своем муже.

Горло перехватило, и я смогла только кивнуть и выдавить короткое «да».

– Я остался без семьи, когда был еще ребенком. Знаю, каково это, терять родных. – Он накрыл ладонью мою руку. – Понимаю, я тот еще паршивец – прихожу, сплю с тобой, а о себе не рассказываю.

Я рассмеялась.

– Поверь, я много раз спрашивала себя, что мы, черт возьми, делаем. Но вот ты пришел и... вот. Все повторяется.

– Ты же не против?

– Что есть, то есть.

– Как это понимать?

– Отправляйся на похороны. – Я подобрала простыню, наклонилась и поцеловала его в плечо. – Проводи в последний путь друга, а потом возвращайся. Может быть, вместе мы разберемся во всем лучше.

– Хорошая мысль.

Я отстранилась, и его глаза потемнели. Наверно, если бы не похороны друга, мы вернулись бы в постель, но...

Тэхен оделся, а я вставать не стала и только слушала, как он ходит, собирается. В какой-то момент я даже закрыла глаза. Так приятно слушать шаги другого человека, зная, что он живой. Раньше я даже не представляла, насколько опостылела мне пустота, но Тэхена в свою постель я впустила не поэтому. Почему? Не думала. Он пришел, и я так хотела. И прошлый раз, и в этот. Мало того, я уже знала, что буду ждать следующего раза, буду прислушиваться к шуму лифта. И я знала, что впущу его, независимо от того ответит он на мои вопросы или нет. Может, это глупо, а может, мне уже на все наплевать.

Думать будем потом. И беспокоиться потом. А сейчас будем жить чувствами.

Тэхен вернулся и, прежде чем уйти, поцеловал меня в губы и лоб.

– Номер твоего телефона у меня есть. – Он отвернулся. – Пришлю сообщение из самолета.

Секундой позже я услышала шум поднимающегося лифта.