резкий запах табака
Я открыла глаза и первое время не могла понять, где нахожусь. Потолок казался чужим, стены незнакомыми, а комната слегка размывалась от головной боли. Сердце заколотилось быстрее — но тут в нос ударил резкий запах табака. И всё стало ясно. Я была в квартире у Кульгавой. Меня накрыло осознание, как холодный душ: вчерашний вечер всплыл обрывками, и внутри закрутился вихрь.
Я повернула голову и вдруг поняла, что Сони рядом нет. Кровать пустая, одеяло небрежно сброшено на край. Моя тревога усилилась, но взгляд зацепился за балкон: там стояла она. Сигарета в её пальцах мерцала красной точкой, а серый дым медленно растворялся в воздухе.
Голова раскалывалась. Я тяжело перевернулась, чтобы проверить, есть ли вода на тумбочке. Но стоял там только стакан. Я нащупала его дрожащей рукой и, конечно же, опрокинула. Звук стекла о дерево показался оглушительным. Соня сразу заметила: быстро затушила сигарету, почти с раздражением, и зашла в комнату.
"Ты как себя чувствуешь? Тебе что-то нужно?" — её голос был резким, но в то же время тревожным. Она присела рядом, и в тот же миг меня подступила тошнота. Запах табака с её волос, с её пальцев, был таким сильным, что я едва удержалась.
"От тебя ужасно воняет сигаретами," — вырвалось у меня. Я сразу пожалела, что сказала это так прямо. Но Соня лишь коротко кивнула. "Извини," и вышла из комнаты.
Я услышала, как где-то плеснула вода, и догадалась, что она пошла в ванну. Вскоре Соня вернулась с бутылкой, налила мне чистую воду в стакан и протянула таблетку. Я благодарно выпила и опустилась обратно на подушку. Через несколько минут она снова появилась, уже с другой одеждой в руках. Я замерла: Соня переоделась прямо при мне, без стеснения. Я не могла отвести взгляда. Внутри всё сжалось, будто меня поймали на чём-то запретном.
Она заметила мою реакцию, но не подала вида. Подошла ближе и спросила: "Ну? Теперь не пахнет от меня сигаретами?"
Я выдохнула. "Нет. Уже нет."
Соня кивнула и неожиданно предложила: "Пойдём позавтракаем."
Я послушно поднялась, хотя сил почти не было. На кухне оказалось, что у неё не так много продуктов. Но Соня быстро, уверенно сделала омлет с сыром и поставила передо мной тарелку. Ещё налила чай.
"Чай? Ты серьёзно? Мне нужен кофе,"возмутилась я, чувствуя, как раздражение вырывается наружу.
"При твоём состоянии кофе последнее, что тебе нужно," ответила она сухо, но без злости.
Я закатила глаза, но подчинилась. Пила чай и смотрела, как она суетится по кухне.
Мысли вернулись к тому, что мучило меня с самого утра. Франция. Та ночь. Мои слова, вырвавшиеся в пьяном откровении. А ещё мама… разговор, который я должна была начать, но всё никак не решалась. Всё внутри путалось: страх, вина, надежда. Я думала, что смогу хоть немного отложить этот момент.
Но Соня неожиданно нарушила тишину. "Поговорить не хочешь? А то вчера ты прям рвалась поговорить."
Я замерла. Сердце заколотилось так сильно, что я почти слышала его удары. Руки похолодели. Я подняла взгляд на неё, и слова застряли в горле.
"Ты же всё слышала тогда," выдохнула я почти шёпотом.
"Я хочу это от тебя трезвой услышать," спокойно ответила Соня.
Меня словно пронзило током. Дух перехватило, и я не знала, с чего начать. Но потом всё же собралась. Я повторила ей всё, что сказала в Париже. Все чувства, признания, сомнения. Голос дрожал, но я не остановилась.
Соня молчала. Её лицо оставалось спокойным, сдержанным, как будто она вовсе не испытывала эмоций. И в тот момент внутри меня начала расползаться трещина сомнений. Я почти пожалела, что сказала всё это.
Но вдруг она встала. Подошла ко мне. И без лишних слов наклонилась. Её губы коснулись моих — мягко, но уверенно. Весь мир в тот миг исчез. Остались только мы.
Поцелуй был странным: сначала осторожным, будто она боялась спугнуть меня, а потом более глубоким, тёплым. Я почувствовала, как по коже прошёл электрический разряд. Сердце билось слишком быстро, дыхание сбивалось. Казалось, будто внутри меня разливается тепло, которого так давно не хватало.
Я прижалась к ней ближе, и впервые за долгое время ощутила себя в безопасности. Её руки держали меня крепко, но нежно. Я закрыла глаза и позволила себе раствориться в этом моменте.
И в ту секунду все сомнения исчезли. Я знала: это было настоящим.
Я не знала, чего ожидать от этого момента, когда наши губы разомкнулись, и мы посмотрели друг другу в глаза. Внутри было что-то странное: лёгкое, тёплое, и в то же время такое хрупкое, будто одно неловкое слово могло всё разрушить. Соня смотрела на меня хитро, с той улыбкой, в которой всегда было что-то озорное, и я растерялась.
"Чего ты улыбаешься?" спросила я, чувствуя, как краска заливает мои щеки.
"Да так, ничего", протянула она и вдруг добавила: "А мы… Девушкой моей хочешь стать?"
Я не выдержала и сама расплылась в улыбке. "Да, хочу", ответила тихо, но уверенно. А от Сони ответ я получила ввиде улыбки во все 32 зуба, хотя она максимально пыталась её сдержать.
После этого мы ещё долго сидели рядом, разговаривали о всякой ерунде. Слова срывались легко, как будто не было ни скованности, ни страха. В какой-то момент я спросила:
"А почему ты сегодня не на работе?"
Соня отмахнулась: "У меня несколько дней выходных. Я же две недели подряд работала без отдыха. Так что теперь можно и выдохнуть".
Я кивнула, но внутри стало как-то тревожно. Молчание между нами повисло неожиданно тяжёлое, и Соня сразу заметила.
"Что?"спросила она, заглядывая мне в лицо.
"Соня… У меня просьба. Можно я у тебя останусь на несколько дней?"
Она даже не дала договорить: "Да-да, конечно! Какие на несколько дней? Оставайся сколько хочешь. Хоть живи у меня".
Я не удержалась, обняла её крепко, и в груди защемило от того, насколько искренне прозвучали её слова. "Спасибо", — прошептала я.
Когда Соня сказала, что я могу оставаться у неё хоть сколько хочу, я почувствовала, как будто меня отпустило. В груди стало легче, теплее. Я улыбнулась, но слов подобрать не могла, поэтому просто тихо повторила:
"Спасибо".
"Да ладно, чего ты",Соня махнула рукой и отхлебнула чай. "Я же только рада".
Я тоже взяла кружку в руки. Чай был ягодный, пах сладко и немного кисленько. Тепло от кружки согревало ладони, и я смотрела на Соню. Она сидела напротив, поджав ногу, и казалась какой-то домашней, спокойной, хотя обычно в ней было больше дерзости.
"У тебя уютно", сказала я, оглядывая комнату.
"Ну, это потому что убралась наконец-то",усмехнулась Соня. "Иначе бы ты меня сразу раскусила".
"Да я бы не сбежала", ответила я и сама удивилась, как уверенно прозвучало.
Она посмотрела на меня внимательно, чуть прищурившись, и улыбнулась. Этот взгляд снова заставил меня смутиться, и я поспешила отхлебнуть чай.
---
После чая Соня предложила приготовить что-то на обед. Мы вдвоём пошли на кухню. Я резала овощи, а она возилась с плитой. На тесной кухне мы всё время сталкивались локтями и плечами, и каждый раз Соня шутила:
"Ты специально толкаешься, да?"
"Ага, тренируюсь занимать больше места",отвечала я.
Она смеялась, и от этого мне хотелось смеяться тоже.
Мы сделали простую пасту, но она показалась невероятно вкусной. Может, потому что готовили вместе, может, потому что я всё время ловила на себе её взгляды.
"Неплохо получилось",сказала Соня, жуя.
"Да, на поваров мы не тянем, но голодными не останемся".
"Точно",она усмехнулась и снова посмотрела на меня.
---
После еды мы вернулись в комнату. Соня включила музыку — тихую, что-то спокойное, без слов. Мы сели на диван, и разговор снова закрутился сам собой. Она рассказывала про работу: как один клиент устроил скандал из-за пустяка. Я слушала и смеялась, потому что Соня умела так смешно изображать чужие интонации.
"А ты чего смеёшься? Там вообще-то было адски неловко!" — делала она вид, что обижается.
"Просто у тебя талант. Ты как актриса",сказала я.
Она фыркнула: "Актриса-неудачница. Максимум — в рекламе лапши сняться".
"А я бы посмотрела",поддела я её.
Мы засмеялись вместе, и это было так легко, будто мы знакомы всю жизнь.
---
Ближе к вечеру мы включили фильм. Я устроилась у неё под боком, поджав ноги. Сначала пыталась смотреть, но всё время отвлекалась на Соню. Она сидела спокойно, только иногда поправляла плед, чтобы накрыть и меня тоже.
"Тебе тепло?" спросила она.
"Очень", ответила я и улыбнулась.
Мы почти не досмотрели фильм — больше болтали. Я рассказала ей, что в детстве любила прятаться на чердаке и читать. Соня в ответ призналась, что у неё есть странная привычка — босиком ходить по квартире, даже если холодно.
"Так вот почему у тебя тапки всегда новые, но лежат без дела", сказала я.
"Точно",кивнула она."Только никому не рассказывай, ладно? Это секрет".
"Мой секрет теперь", подтвердила я.
Она хмыкнула, но в глазах мелькнула какая-то нежность.
-----
Когда за окном стемнело, мы выключили телевизор. В комнате горела только лампа на тумбочке, и её мягкий свет делал всё вокруг ещё уютнее. Я сидела, уткнувшись плечом в Соню, и вдруг подумала, что именно так я и представляла себе "дом".
Соня слегка повернулась ко мне и сказала почти шёпотом:
"Знаешь… я правда рада, что ты сегодня осталась".
Я подняла глаза, встретила её взгляд и кивнула.
"Я тоже", ответила я.
И в этот момент мне казалось, что весь день был ради этого вечера.