Chapter 32.
Открываю глаза и сажусь на край кровати. Щеки заливаются краской, когда я вспоминаю, что мы вчера вытворялись здесь. Кажется, что вся улица слышала мои стоны. Черт, никогда бы не подумала, что от секса можно получать такое удовольствие.
А Вани опять нет в комнате. Боже, нет, в этот раз он не мог уйти. Даже страшно думать, что это опять повторилось. Безумно хочется остаться в этой кровати навсегда, с Ваней, не видеть никаких лицемерных людей, шлюх с работы, отцов, никого.
Только мы и больше никого.
Встаю с кровати и спешу одеть на себя хотя бы что-то из одежды. Кое-как натягиваю нижнюю часть белья, юбку и пытаюсь застегнуть бюстгальтер, но он, как на зло, не хочет поддаваться. Холодные руки касаются моей кожи, от чего я вздрагиваю, но облегченно выдыхаю, когда Ваня помогает мне застегнуть бельё. Черт, я действительно слишком пугливая и дёргаюсь от любого прикосновения.
- Не подкрадывайся так, - негромко говорю я и спешу натянуть блузку, но Ваня поворачивает мое лицо в его сторону и смотрит прямо в глаза. Что с ним?
- Ты сбегаешь от меня? - ох, откуда у него вообще такие мысли? Он выглядит обиженным и немного грустным. Я действительно ему так важна?
- Черт, Ваня, нет конечно, - уверенно говорю, а в голове всё ещё надеюсь услышать эту фразу. Я пытаюсь вытянуть из него нужные мне слова?
- Ты не хочешь оставаться здесь? - боже мой, Рудской, ты бываешь иногда настолько стеснительным. Он всегда такой взрослый, серьёзный, целеустремлённый и добивается того, чего хочет, а сейчас... такой милый.
- А ты хочешь, чтобы я осталась? - может, у него есть личное пространство и вообще я лишняя здесь. Чувствую себя не в своей тарелке? - Я пойму, если не вхожу в твои планы и...
- Я хочу, чтобы ты осталась, - еле слышно шепчет Ваня, но мне этого достаточно, я хотела услышать именно это. Слегка приподнимаю уголки рта и целую парня в губы. Поцелуй перестаёт быть нежным и он хочет большего.
Гораздо большего.
- Мне нужно уехать по делам, - грустно шепчет Рудской. Умеет же он прервать такой прекрасный момент! Даже в выходной день не может посидеть дома.
- Да пожалуйста, - немного обижено шепчу я и отворачиваюсь, накидывая на плечи блузку. Пальцы рефлектно застёгивают пуговицы. Да, мне немного обидно, что хотя бы сейчас он не может провести со мной время дома.
- Останься здесь, - зеленоглазый утыкается в шею и обжигает кожу горячим дыханием. И как на него можно обижаться больше секунды?
- Я буду ждать, - кладу руку ему на шею и горячо целую в губы. Да, действительно не хочется отстраняться и переставать чувствовать его губы.
Не думала, что отпускать его так непросто.
***
Черт, да какие у него могут быть дела в выходной день, учитывая то, что я знаю абсолютно обо всех его встречах! И каждому он отказывает, если встреча планируется на его единственный выходной на неделе.
Он просто сбежал от меня? Он не хочет быть со мной, проводить время вместе? Но тогда к чему все эти просьбы остаться здесь?
Беру в руки телефон и нервно набираю номер парня. Вздрагиваю от звонка телефона рядом, на тумбочке.
Он не мог поехать на встречу без телефона.
Хватаю гаджет и сбрасываю собственный звонок. На экране высвечивается напоминание календаря.
«Мать»
Что бы это могло значить? Неужели, именно сегодня... черт, мне нужно его найти.
Зачем ставить напоминание в телефон о смерти матери? Это вообще возможно забыть?
***
Выхожу из машины, хлопаю дверью и сбавляю темп, медленно идя вперёд. Ваня стоит ко мне спиной, сунув руки в карманы и смотрит вдаль, на садящиеся солнце над ровной гладью озера. Гробовая тишина, ни звука, лишь изредка всплески воды.
- Ваня... - еле слышно говорю я и аккуратно кладу руку ему на плечо. Он даже не реагирует на моё присутствие, хотя прекрасно слышал меня. - Всё хорошо?
- Иди в машину, - шёпотом говорит Рудской, но не оборачивается. Черт, нужно его послушаться, но я не хочу его оставлять одного. Убираю руку, продолжая смотреть ему в спину и уже хочу уйти, но слышу, как зеленоглазый глубоко вдыхает.
Нет, я нужна ему сейчас.
Разворачиваю брюнета и крепко обнимаю его, ему было необходимо это. Рудской зажмуривается и утыкается мое в шею, шмыгая носом.
- Я с тобой, всё будет хорошо, слышишь? - шепчу я и кладу руку ему на шею, водя большим пальцем по холодной коже. Никогда не видела его в таком состоянии.
Он пытается быть сильным, но иногда даже Рудской даёт слабину. Ваня не настолько бесчувственная мразь, каким кажется. И только я знаю, какой он не на работе, в жизни.
- Прошу, не ври мне, - шепчу я сильней прижимаю его голову к себе. - Никогда.