Chapter 15.
- Никогда больше не смей курить, - вздрагиваю то ли от внезапного прохладного ветерка из окна, то ли он неожиданного появления зеленоглазого. Он выхватывает у меня сигарету, выбрасывая ее в форточку и забирает остальную пачку с зажигалкой. - Что с тобой происходит? - Ваня облокачивается об стену недалеко от меня и он явно не собирается уходить без ответа.
- 3 года назад, - на секунду закусываю губу, думая, а нужно ли рассказывать это ему? Он мне не родственник, не друг, не муж. Просто... знакомый? Хотя я уже ни в чем не уверена. - В одном из клубов этого отвратительного города я решила отдохнуть. Одна. Просто выпить, потанцевать, получше узнать французов, познакомиться с кем-то, - глубоко вдыхаю, дабы не заплакать и усмехаюсь от своей наивности. Перевожу взгляд на свои пальцы. Я волнуюсь? - И в тот вечер, а может и ночь, один молодой человек сломал мне жизнь. Сломал мои принципы, достоинства, хорошее представление о этой чёртовой стране, парнях. Сломал меня. Унизил меня.
- Он ударил тебя? - выдыхаю и смотрю в окно.
- Да, - всхлипываю и просто подимаю плечами. - Он изнасиловал меня прямо в туалете. И... никто не помог мне. Я была одна на протяжении всех этих нескольких часов, когда он раз за разом добивал меня. Никто не оказался рядом в нужный момент, не поддержал, не успокоил. Мне было больно. Очень, - я поднимаю взгляд на парня и по моим щекам вновь катятся слезы. - Я просто не понимаю почему в мире столько... - я не выдерживаю и не могу говорить из-за потока слез. Рудской подходит ко мне и молча просто обнимает. Утыкаюсь ему в плечо и выплакиваю всё, что у меня накопилось. Всю боль, все эмоции, всё.
- Тебе нужно поспать, - шепчет Ваня и несет меня на руках в свою спальню. Черт, именно от него я чувствую поддержку, искренность и тепло. Хоть по его внешнему виду так и не скажешь. Такого я не испытывала с момента смерти отца.
И на секунду может показаться, что он буквально идеальный: не курит, пьёт редко, сексуальный, красивый, умный, богатый. И если бы я не знала его все эти 4 год, то запрыгнула бы к нему в постель при первых знаках внимания в мою сторону. Но, черт возьми, он самовлюблённый бабник и эгоист и я не перестану это повторять! Как я вообще могла влюбиться в него?
- Всё будет хорошо, - шепчет зеленоглазый, вытирая большим пальцем слезу с моей щеки. Его губы касаются моего лба, он накрывает меня одеялом и уходит, тихо прикрыв дверь.
Я вновь открылась ему и он теперь он точно знает меня насквозь. А верное ли это было решение?
***
Одевшись, спускаюсь вниз. Ваня уже сидит на кухне и что-то завтракает без особого энтузиазма. Так не хочется обсуждать вчерашний вечер и ночь, но и молчать об этом не стоит. Нам придётся обсудить это. Ваня встаёт, понимая зачем я иду к нему, суёт руки в карманы спортивных шорт и подходит ко мне ближе.
- Рейчел, - я внимательно смотрю на него, а внутри возникает... волнение? - Ты же понимаешь, что вчерашние поцелуи ничего не значат? - сердце буквально сжимается. Я ожидала оправданий, извинений, всего.
Но не этого.
Я как будто переполняюсь злостью и из меня вот-вот выйдет пар, как из чайника. И я серьезно на что-то надеялась. Моя рука невольно поднимается и вскоре на щеке зеленоглазого остаётся красный след моей ладони.
- Да пошёл ты, - шепчу я и быстрым шагом иду к выходу. Он не говорит мне ни слова и отворачивается. Хлопаю дверью и как можно быстрей сажусь в машину.
Мудак, дурак, идиот, придурок, эгоист, бабник! У меня просто нет слов! В богатом русском языке не найдётся слова, чтоб описать кто это человек. Да зачем я вообще к нему поехала! Надеялась, что у нас что-то получится? Наивно. Будь моя воля, я бы сейчас просто сожгла этот чертов дом вместе с Рудским младшим. Как можно быть таким... глупым?! Я ему, блять, открылась, рассказала то, чего не говорила ни одному другому. Да лучше я бы нашла себе кого-нибудь тогда, в клубе. А ведь именно с клуба всё это началось. Весь этот ужас!
Хорошо, мне нужно успокоиться. Я не собираюсь рыдать и трепать нервы из-за него. Он этого не заслуживает. Впервые во мне проснулась эта недоступная стерва, которой плевать на всех, ведь только она здесь королева. Как бы мне этого не хотелось, но это произошло.