Глава 17
На какое-то время небожители и один лис ограничились территорией юга. Ли Сюэ ведь не просто так отказалась именно там. Да, ей хотелось устроить встречу ХуаЦинам, но и про молитвы собственных верующих забывать не стоило.
Следующие пару недель они останавливались в разных поселениях, снимая там номера в гостиницах. В первую такую ночь Фу Яо хотел забрать в свой номер Умина. Оставить Ли Сюэ наедине с этим демоном? Вот уж чего он допустить не мог. Умину это, ясное дело, не понравилось. Лис даже порывался расцарапать юноше лицо. Пришлось разнимать.
- «Два упрямца», - про себя ругалась Ли Сюэ.
Здраво рассудив, что оставлять их наедине на целую ночь опасно для жизни, небожительница всё-таки забрала в свою комнату Умина. По виду Му Цина на следующее утро было понятно, что спал он довольно беспокойно, если спал вообще. В противовес Фу Яо, Умин выглядел донельзя довольным жизнью.
Продолжаться так просто не могло. Небожителям, конечно, сон не нужен так, как людям, но это был неплохой способ расслабиться и восполнить силы.
Ни дня не обходилось без того, чтобы Фу Яо и Умин не начинали ссориться. Казалось бы, в облике лиса найти причину для очередного спора с Му Цином было не так уж и просто. Ну о чём могут спорить лис и небожитель? Как оказалось, для этих двоих не было ничего невозможного.
Что Ли Сюэ подметила практически сразу, с появлением Фу Яо Умин перестал куда-то пропадать на неопределенный срок и теперь постоянно находился с ними. Наверное, так даже лучше. Безосновательное исчезновение лиса могло бы только подтвердить подозрения Му Цина.
Под конец месяца они столкнулись с Фэн Синем. Ничего удивительного. Тот редко появлялся в Небесной Столице. Всё возможное время тратит на безуспешные поиски своего принца. Однако даже он не мог просто взять и забросить свои обязанности. Удивительно было то, что они не встретили генерала Наньяна раньше.
Фу Яо и Ли Сюэ с Умином на руках стояли недалеко от храма Сюаньчжэня. Храм Наньяна как раз стоял напротив. Несмотря на непримиримую вражду, верующие постоянно строили храмы рядом, в местах, где больше всего людей. Фэн Синь вышел из своего храма и, ведомый толпой людей, столкнулся чуть ли не нос к носу со своими коллегами.
Фу Яо тут же помрачнел, стоило ему увидеть старого товарища. Фэн Синь хмуро оглядел юношу. Смотреть на Совершенную Владыку Цинсю бог войны избегал. Умин, до этого выглядевший довольно умиротворённо, поднял голову и недовольно зашипел на Небожителя и этим же небожителем был проигнорирован.
- Опять без дела шатаешься? Совсем не изменился. Что раньше, что сейчас постоянно пытаешься уклониться от своих обязанностей.
Ли Сюэ автоматически прижала Умина к себе, чтобы тот ничего не натворил.
Фу Яо окинул бывшего товарища неприязненным взглядом. Очевидно, что слова его оставлять без внимания он не собирался.
- А сам-то? Оставил его высочество, когда был ему нужен, а теперь пытаешься отыскать? Верность ли это или обычное чувство вины? Я хотя бы честен в своих поступках.
Если Му Цин предпочитал атаковать словами, то вот Фэн Синь в словесных баталиях не был столь хорош. Поддаваясь эмоциям, он чаще всего применял грубую силу. Потому предугадать исход их перепалки было не так уж и трудно.
От первого удара Му Цин успел уклониться. Драка завязалась довольно быстро, привлекая внимание простых прохожих. Ли Сюэ понимала, что сделать с этим она едва ли что-то может. Влиять на чужие эмоции, тем более бессмертных, чревато в первую очередь ей самой. К тому же, она не самоубийца, чтобы лезть под руку дерущимся богам войны.
Умин несильно прикусил руку Богини Любви. Больше от неожиданности, чем от боли, Ли Сюэ выпустила лиса из хватки. Не теряя понапрасну времени, Умин бросился на помощь Му Цину. Запрыгнув на Наньяна, Умин умудрился не только удержаться на нём, но ещё и расцарапать руки и, кажется, оставил пару ран на лице.
В конце концов, Умин был отброшен в сторону, но Ли Сюэ успела поймать бедного лиса.
- Хватит вырываться, - недовольно прошипела Ли Сюэ. - Да они тебя прибьют в пылу битвы.
Умин всё-таки затих, но глаза его горели неприязненным огнём. Кто-то из людей вызвал стражу, так что драка закончилась довольно быстро. Ли Сюэ взяла Фу Яо за руку и поспешила увести его подальше.
Вернувшись в гостиницу, где они снимали номер, небожительница первым делом осмотрела его раны. Фу Яо спокойно сидел, позволяя Ли Сюэ хлопотать вокруг. У юноши оказалась разбита губа и на теле наверняка окажется несколько синяков, но под одежду она ему лезть не стала. Вместо этого Ли Сюэ вручила ему целебную мазь.
- Нанеси перед сном. Это должно помочь.
Фу Яо послушно взял крем и убрал его в рукав ханьфу. Умин сначала лёг на кровать, на расстоянии от сидевшего тут же юноши. Лис с прищуром глядел на Фу Яо и вместе с тем внимательно наблюдал, как Ли Сюэ обрабатывает ему рану на лице. Умин выглядел каким-то задумчивым и даже не особо обратил внимание на то, что Богиня Любви и его осмотрела на предмет повреждений. Дева присела рядом с ним и провела рукой по мягкой шёрстке.
- Что с тобой?
Умин дёрнул ухом, но больше ничего отвечать не стал. Фу Яо глянул на Умина. Ли Сюэ заметила, как дёрнулась рука небожителя, словно он тоже хотел погладить его. Но быстро опомнившись, тут же спрятал руку за спину и отвернулся.
Ли Сюэ глянула на красную нить. Ранее она могла видеть лишь ту, что сама сделала видимой на руке Хуа Чэна. Тем не менее, сейчас ей даже почудилось, что на пальце Фу Яо показалось что-то бледно-красное.
Нить судьбы не может порваться, однако ранее Богиню Любви очень беспокоило, не исчезнет ли она совсем. Стоит ли воспринимать увиденное как знак? Или это и правда было лишь плодом её воспалённой фантазии, подпитанной постоянными переживаниями об отношении ХуаЦинов? Хотелось надеяться, что первый вариант куда ближе к истине.
***
Это был последний день, когда Ли Сюэ и Фу Яо видели Умина. На следующее утро Умина уже не было. Сначала Ли Сюэ отнеслась к этому спокойно. Фу Яо что-то проворчал о том, что даже хорошо, что лис наконец ушёл. Однако обмануть Совершенную Владыку Цинсю было очень трудным делом. Ли Сюэ абсолютно отчётливо чувствовала отголоски беспокойства.
Из-за пропажи Умина им пришлось задержаться в деревне. Под конец четвёртого дня волноваться начала даже Ли Сюэ.
Кто ж знал, что этот же день - точнее, ночь - является каким-то местным праздником. Жители деревни собрались на главной площади, стоило только солнцу зайти. Они зажгли огромный костёр. Очень быстро вокруг были поставлены заранее подготовленные столы с самыми разнообразными блюдами. Каждая семья внесла свой вклад в общее дело.
Фу Яо и Ли Сюэ подошли позже, когда люди уже вовсю плясали вокруг костра. Праздничного настроения не было ни у одного из них. Обоих до сих пор в разной степени гложило исчезновение Умина.
Завидев гостей, староста тут же поспешил к ним. Назвавшись ранее странствующими даосами, небожители успели завоевать любовь жителей деревни, помогая им в самых разных делах.
- Милейшая госпожа, молодой господин, - староста глубоко поклонился. - Окажите нам честь, присоединитесь к нашему празднованию.
Обижать этих милых людей отказом и проявлять неуважение к гостеприимству совершенно не хотелось. Пришлось присоединиться к общему веселью. В танец затянуть Небожителей не удалось, зато местные женщины успели всучить им лучшие блюда с общего стола. Оставшись стоять в тени, они неспеша ели и наблюдали за празднованием.
- Завтра вечером нам стоит уже покинуть это место. Мы слишком здесь задержались.
Ли Сюэ посмотрела на Фу Яо, но взгляд его был направлен на костёр. Атмосфера праздника перед ними сейчас казалась каким-то другим миром.
- По-твоему, он не вернётся?
Фу Яо неопределённо пожал плечами. Он понимал, что с Хуа Чэном они ещё встретятся, но не мог сказать того же об Умине.
- Мы лишь впустую тратим время, ожидая того, в чём не можем быть уверены.
- Некоторые всю жизнь тратят на ожидание.
- Много они получили за это? Время слишком великая привилегия, чтобы терять его понапрасну.
Ли Сюэ задумчиво склонила голову, отложив так и недоеденный деликатес.
- Ты рассуждаешь, как человек. Мы небожители, А-Цин. У нас есть целая вечность.
- И на что бы ты хотела потратить свою вечность?
Фу Яо впервые за всё время разговора взглянул на неё. Ли Сюэ спокойно встретила внимательный взгляд друга. Где-то на фоне играла живая музыка, звучали песни и хохот.
- Как только я заняла пост Богини Любви, смыслом моего существования стало счастье других. Хочу подарить его как можно большему количеству людей.
- «А особенно тебе и Хуа Чэну».
Возможно, Му Цин и ответил бы что-то. Однако в этот момент в их небольшой мир наглым образом ворвался нарушитель. К месту, где стояли небожители, подошёл юноша, на вид не старше 19.
На первый взгляд он был невероятно красивым для простого деревенского юнца. На второй и третий тоже. Поверх белой рубашки на нём было надето красное ханьфу, которое в обычное время невольно притягивали бы взгляд. Однако сейчас среди танцующих людей в самых ярких своих нарядах, оно казалось довольно блеклым и терялось на фоне этого разноцветного нечто.
Фу Яо тут же напрягся, стоило незнакомцу приблизиться. Остановившись на достаточно приличном расстоянии, юноша поклонился.
- Заставлять скучать на этом празднике кого-то столь прекрасного - ужасное преступление.
Юноша будто обращался к Ли Сюэ, но у самой небожительницы было слишком навязчивое чувство того, что эти слова предназначались не ей.
- Окажете мне честь? Всего один танец.
Он протянул вперёд руку, ожидая ответа. Тем не менее, ещё оставался шанс отказаться. Фу Яо буровил юношу недоверчивым взглядом, но молчал. Как бы ему ни хотелось вмешаться и увести подругу от этой подозрительной личности, небожитель понимал, что только сама Ли Сюэ в праве решать принять это приглашение или нет.
Богиня Любви задумчиво наклонила голову, оглядывая юношу с головы до ног. Какая знакомая манера...
- Боюсь, я не танцую с теми, чьё имя мне неизвестно, - с лёгкой улыбкой ответила Ли Сюэ.
- Сань Лан, - тут же представился юноша. - Третий сын в семье.
Фу Яо закатил глаза. Сань Лан явно заметил этот жест, но не подал виду. Он всё ещё держал руку протянутой, ожидая ответа от Ли Сюэ.
- Я станцую с тобой, - согласилась небожительница, но в глазах её заплясали черти. - Но есть одно маленькое условие.
- Всё, что пожелаете, - тут же согласился Сань Лан. Ли Сюэ мысленно фыркнула.
- «Не стоит так сразу соглашаться на что угодно. Впрочем, мне оно на руку.»
- Сначала вы подарите танец моему другу.
Раньше, чем Фу Яо успел опомниться, Ли Сюэ подтолкнула его вперёд, заставив шагнуть ближе к Сань Лану. Пришлось сконцентрировать в ладони каплю духовных сил, иначе она его и с места сдвинуть не смогла бы. Фу Яо невольно шагнул вперёд, оказавшись неприлично близко к Сань Лану по меркам этого мира.
- Сюэ-эр! - недовольно воскликнул Фу Яо, окидывая подругу укоризненным взглядом.
Ли Сюэ сделала вид, что не услышала. Прикрыв лицо веером, она отвернулась, любуясь большим костром, и позволила им самим разобраться между собой. В конце концов, заставить она их не могла. Конечное решение всё равно оставалось за юношами.
Сань Лан, в отличие от Фу Яо, нисколько не изменился в лице. Взяв ладонь небожителя в свою руку, Сань Лан повёл его ближе к танцующим парам.
Энергичная музыка, заставляющая народ весело плясать, закончилась. Теперь мелодия приняла более нежный и медленный окрас, привлекая самые разные парочки: от совсем юных, не познавших все трудности жизни, до уже порядком состарившихся и опытных супругов.
С весьма кислым выражением лица Фу Яо позволил Сань Лану положить руку на талию. Сам Фу Яо положил свободную руку на плечо своему партнёру. Танец начал вести Сань Лан, однако спустя пару шагов инициативу перехватил Фу Яо. Они кружились вокруг других людей, не замечая вокруг абсолютно ничего. Оба не желали уступать и попеременно их ритм изменялся в зависимости от того, кто кого вёл.
Ни один из них так и не сдался, так что к концу танца Ли Сюэ была почти уверена, что они просто подстроились под только им известный ритм, сменяя друг друга в ведущей позиции по очереди. Наблюдать за такой своеобразной битвой было довольно увлекательно, так что Ли Сюэ осталась более чем довольна своей маленькой выходкой.
Когда танец закончился, Фу Яо поспешил отойти от Сань Лана подальше, пылая праведным негодованием. Небожитель встал рядом с Ли Сюэ, отвернувшись от неё. Богиня Любви прикрыла лицо веером, но, если приглядеться, глаза сверкали довольным огоньком.
Сань Лан неспеша подошёл к небожителям. Во время танца юноша сохранял отстранённый вид, зато теперь позволил себе мягкую улыбку.
- Я выполнил ваше условие, госпожа. Могу ли теперь рассчитывать на танец с вами?
Ли Сюэ хмыкнула и протянула руку в ответ.
- Я всегда держу своё слово.
Фу Яо прислонился к стене дома и, скрестив руки на груди, наблюдал за танцем. Как и его самого ранее, Сань Лан бережно держал Ли Сюэ. Однако если первый танец был похож на бурное течение реки, готовое снести всё на своём пути, то второй оказался словно тихая речка, которая дарит покой и умиротворение.
Ли Сюэ позволяла вести себя в неспешном танце. Сань Лан оказался прекрасным партнёром, что даже не удивило Фу Яо. В голове сразу всплыл образ Искателя цветов под Кровавым Дождем. Его манера боя была сродни смертному танцу и быть его партнёром доставляло особое удовольствие, в котором Му Цин не признается даже под страхом смерти.
Примечание автора: Тгк: Канон? Не, не слышали