Глава 21. Будни.
21.
Я стала взрослой. Грудь не выросла, а бока не приобрели заманчивую округлость. Навеки застряла в теле подростка четырнадцати лет. Меня нельзя было назвать женственной или соблазнительной. С недавнего времени всё чаще замечала на себе липкие взгляды мужиков за сорок. Из-за нехватки веса и, в следствии чего, миниатюрного худощавого телосложения стала объектом фантазий извращенцев. Нимфетка одним словом. Наиболее сомнительным поведением отличался мистер Беккер. У меня не водилось на его счёт никаких подозрений, за исключением одного: он излишне придирался к моим рефератам. Историю искусств я любила всей душой, но именно по этому предмету не могла получить зачёт для сдачи экзамена. Как так вышло, сама не понимала. Сегодня я решительно собиралась исправить это недоразумение.
Утро пятницы, как обычно, начиналось с физкультуры. Придумала правдоподобную историю для миссис Тёрнер о своём плохом самочувствии: у меня имелись все признаки болезни на лицо. Я потащила своё ватное тело по коридорам в поисках мистера Беккера. Плохо видела, так как продолжала носить тёмные очки. Часто проверяла телефон на наличие сообщений от Аарона, который сообщал мне о всех передвижениях Марка в течение недели. Честно, думала, что будет хуже. В этот раз он не провалился в полное отрицание, а, наоборот, загрузил себя работой, видимо, чтобы избежать разговора со мной. Но меня смущала одна странность. Друг описывал его состояние, как энергичное и работоспособное, что шло в разрез с тем Марком, который прятал голову в песок, когда дело касалось проблем. Бейли, кажется, послал к чёрту наши правила, так как нарушил сразу два. Четвёртое и пятое: не выключать на телефоне GPS-трекер и не пропадать дольше, чем на сорок восемь часов. Всё же решила дать ему простор и дожидалась, когда он сам вернётся домой. Пока я была занята тем, что старалась не вылететь из университета, а также залечивала раны, оставленные моим сумасшедшим парнем.
Прозвенел звонок. Студенты расползлись по аудиториям, а я постучалась в дверь кабинета, где заседал глава Кафедры истории искусств. Раздался нужный мне голос.
— О, мисс Салазар, — удивлённо воскликнул мистер Беккер, поправляя толстый атласный галстук в розовую полоску.
Он был из тех мужчин, кто считал, что смешные галстуки помогают выстроить связь с молодежью. Находил в них что-то забавное и отражающее его весёлую натуру. Выглядело это в сочетании строгого костюма, мягко говоря, нелепо и даже пугающе. Так же, как приводят в ужас взрослые мужчины в нарядах клоунов. — Я как раз вас искал.
— Здравствуйте, мистер Беккер, — поздоровалась я, оставаясь в дверном проёме. Смутно припоминала, как Анника говорила мне найти его ещё месяц назад.
— Пройдите, пожалуйста, внутрь, у меня к вам серьёзный разговор насчёт вашей успеваемости, — учитель отодвинул рядом с собой стул.
Я присела, с удивлением замечая бардак на столе из целой кучи чашек с остатками кофе, оставленных преподавателями. Только мистер Баккер держал в руке белую кружку с зелёным душистым чаем вместо горького напитка. Может, всё-таки удастся с ним поладить, раз наши вкусы хоть в чём-то схожи?
— Если честно, я в Вас сильно разочарован, — учитель встал, чтобы подлить себе кипятка. — Вы столько раз отправляли мне бездарные работы, но ни разу не подошли ко мне попытаться исправить ситуацию. Неужели Вас совсем не интересует мой предмет?
— Конечно, это не так, мистер Беккер, — я сидела скованно и держалась за деревянное сиденье стула.
Когда нервничала, то не знала, куда лучше деть руки во время разговора. Мне необходимо было за что-то ухватиться, чтобы почувствовать опору.
— Вы же прилежная ученица... — учитель снова села за стол. — Вы можете прийти в утренние часы на следующей неделе, чтобы сдать в устной форме дополнительный реферат с полным анализом греческой живописи эллинистического периода. Вас это устроит?
— Большое спасибо. Я обязательно всё подготовлю, — опустила голову, так как стыдилась посмотреть ему в глаза.
Всё это время я считала, что мистер Беккер недолюбливает меня, но на самом деле оказался добродушным и понимающим человеком.
— Тебе не кажется эта вещь слишком старой? — внезапно спросил он. — Ни разу не видел, чтобы студентки носили что-то подобное.
Его рука опустилась мне на коленку, поддевая пальцем край плиссированной школьной юбки в клетку, скрывающей колени. Той самой, что надевала на встречу с отцом. Я сразу одёрнула ногу в сторону, избегая прямого контакта. Мужчина всё также сидел с приподнятым настроением, сделав вид, что ничего не произошло. Густые седые брови всегда тянулись наверх, будто в удивлении, что придавало его выражению чистый открытый взгляд. Он не нарочно? Хоть внешне учитель не поменялся, но напряженная атмосфера в комнате сгущалась.
— Извините, я опаздываю на пару, — на моих губах расплылась нервная, но вежливая улыбка.
Мистер Беккер вытащил из кармана бежевого пиджака связку ключей, демонстративно положив перед собой на стол. Дверь закрыта? Неужели он успел запереть нас, пока ходил за кипятком? Я сделала ещё один шаг по направлению к выходу, предполагая, что это был блеф.
— Я не договорил. Присаживайся, — он рукой пододвинул мой стул ближе к себе.
— Давайте продолжим разговор на лекции, — попыталась я спасти ситуацию.
Видела, как рассыпалась добродушная маска весельчака. Ему на вид было далеко за пятьдесят, но он не выглядел как немощный пузатый старик, а скорее, наоборот, имел сильное подтянутое тело. Не имела ни единого шанса дать отпор. Но на что надеялся этот человек? Я же просто могла закричать.
— Садись, — рыкнул он. — Иначе ты не будешь допущена к экзамену и вылетишь из Академии.
Я схватила стул за спинку и оттащила его на приличное расстояние, а только потом села. Рассудив логически, пришла к выводу, что если привлеку к этой ситуации внимания, то не смогу остаться в этом заведении. Да и гранта меня лишат из-за скандала. Стоял странный выбор между прекрасной возможностью учиться в месте, где есть живописная практика и предметы на выбор, или же всю жизнь работать в пиццерии. А всё из-за этого мудака. Я враждебно сверлила глазами дыру в его лбу, надеясь, что тот свалится от инфаркта. Могла положиться лишь на силу мысли.
— Вы хотели сказать мне что-то ещё?
Мы сидели в тишине какое-то время. Чем дольше его взгляд скользил по моему телу, тем скорее мне хотелось убраться подальше. Я скрестила руки на груди, стараясь не выдать того, что они тряслись.
— Люблю диких юных кошечек, — бросил он самым повседневном тоном, будто отметил, как хороша была погода за окном.
Замерла. На секунду мне показалось, что учитель ничего не говорил вовсе, но затем он встал и шагнул в мою сторону. Я ринулась в конец кабинета и вцепилась в ручку двери. Не блефовал. И правда заперта. Боялась обернуться. Тяжелые шаги, уверенные в том, что я никуда не денусь, раздались за спиной. Чувствовала затылком его тяжелое горячее дыхание. Мистер Беккер приблизился вплотную и прижался всем телом к моей спине. Я набрала в лёгкие воздух, чтобы закричать, но вместо этого предприняла последнюю попытку достучаться до извращенца:
— Если вы меня хоть пальцем тронете, то я сразу же пойду в полицию. Вы же в курсе, какой вам срок светит за домогательство?
Раздался тихий смех.
— Знал я однажды ученицу, что специально заваливала предмет, лишь бы встретиться со своим учителем. Она не давала мне проходу... Всё напрашивалась на личные встречи для пересдачи. Искала после уроков. Делала всё, чтобы заполучить моё внимание, — прошептал мне на ухо голос. — Кто поверит, что я к тебе приставал?
— Выпустите меня немедленно!
— Какие будут у тебя доказательства, если я слегка прикоснусь? — мужская рука опустилась на мою ногу, а затем поднялась выше, задирая подол юбки.
Мне хотелось сжаться до размеров таракана и спрятаться под стол. Так все придирки были частью плана, чтобы заманить студентку на личные встречи? Он наглаживал область ягодицы, к счастью, через капроновые колготки. Горло сжалось от приступов тошноты. Я со всей силы оттолкнулась руками от двери, чтобы попытаться скинуть тяжёлое тело учителя. Но ничего не вышло. Он схватил меня за плечи и развернул к себе лицом. Невольно вскрикнула от испуга, когда крючковатый нос уткнулся в мою щёку. Его рука сорвала с меня солнцезащитные очки, а затем сразу же сжала челюсть, не давая проронить ни звука. Привычная спокойная улыбка покоилась на губах Беккера. Такая, с которой он всегда входил в аудиторию каждую пятницу. Почему никто не замечал, насколько мерзким и лживым был этот мужчина?
Его потная ладонь прижалась к моим губам и имела солоноватый резкий запах.
— Давай же заплачь, — левая рука снова терзала меня. Теперь же в районе груди. — Ты будешь выглядеть ещё юнее.
Я пыталась вырваться из хватки, что привело к большому давлению с его стороны. Меня зажали в угол, лишив возможности к любому сопротивлению. Ногой почувствовала что-то маленькое и твёрдое в кармане учителя. Рискнула и засунула руку к нему в брюки. Он так сильно был поглощён моей грудью, что не заметил, как я стащила связку ключей. Неожиданно гнусный язык со свисающей слюной опустился мне на глаз.
— Что произошло с твоими прелестным глазиком?
Он снова и снова продолжал лизать моё лицо, словно голодная собака, нашедшая кость. Я замычала. Вот-вот стошнит. В глаз попали частицы туши, заставляя их жечь. Покатились, перемешанные с его слюной, слёзы, которые он так желал.
— Да, пташка! — одобрительно воскликнул он. — Ты же не будешь кричать, если я сделаю так?
Ладонь, что крепко прижималась к губам, оторвалась на секунду, чтобы в следующее мгновение, толстые пальцы проникли мне в рот. Они прошлись по языку, а затем по верхнему нёбу. Беккер размыкал мои челюсти второй рукой. Я бы прикусила щёку, если бы попыталась укусить сейчас. Но вскоре он потерял бдительность, думая, что жертва перестала сопротивляться, и вновь ухватился за грудь. Пересилив отвращение, я с силой сжала зубы на его пальцах, чувствуя непонятный хруст, и не отпускала до тех пор, пока не услышала протяжный скулёж. С размаху ударила коленкой между ног, заставляя извращенца согнуться пополам и повалиться на пол. Рот заполнил привкус крови.
— Ублюдок, — выплюнула я сгустки алой жидкости, вытирая лицо рукавом.
Отомкнула дверной замок и выбежала в коридор. Казалось, прошла целая вечность с того времени, как я зашла в его кабинет. Побежала в туалет, так как рвотные позывы учащались. Адреналин, бешено разогнавшийся по венам, внезапно меня отпустил. Тело начало бить мелкой дрожью, а конечности налились тяжестью.
Я схватилась за ручку двери женской уборной и замерла. Послышался звонкий смех моей одногруппницы. Высокий писклявый голос Роузи нельзя спутать ни с чем. Если только в Академию через окно не залетела чайка. Весь мой внешний вид вызывал вопросы. У меня не было времени подумать прежде, чем я забежала в мужской туалет напротив.
Зажимая рот рукой, пронеслась к кабинкам, сбивая какого-то парня в проходе. Я заперлась и склонилась над унитазом. Меня вырвало утренним завтраком. После этого полегчало. Вернее, телу стало легче, но вот мозг не успел переварить случившееся. Реальность раскололась на до и после. Чувствовала, что будто застряла в грёбаном кошмаре. У Марка в голове.
— Черт! Черт, черт... — повторяла я, вытирая рот туалетной бумагой.
Когда я думала, что желудок становился пустым, на меня накатывал новый приступ рвотных позывов, так как всё ещё ощущала морщинистые пальцы во рту. Вышла из кабинки, чтобы умыться. Парень, которого я так грубо оттолкнула, продолжал стоять у стены.
— Прости, — извинилась я перед незнакомцем, не отводя взгляда от пола. Но последнее, о чём сожалела, так это о том, что ворвалась в мужской туалет.
— Ещё одно весёлое утро? — отозвался знакомый голос.
Джейк Рид собственной персоной. Продолжал наблюдать за телевизионной драмой, появляясь в самые яркие эпизоды моей жизни. В зеркале увидела, как кровь стекала с подбородка, оставляя пятна на серой водолазке. Чёрные волосы сбились в колтуны на затылке, которые невозможно было распутать руками. Глаз, все ещё воспалённый, не утратил своих красок.
— Что за херня снова с тобой случилась?
Он попытался схватить меня за подбородок, но на уровне инстинктов я отскочила в сторону, прижавшись к холодной стене.
— Не.. не-е трогай меня, — заикаясь произнесла я.
Ещё одно прикосновение, и меня вырвет желчью.
— Если расскажешь, что случилось, то не трону.
— Хорошо, только, прошу, не подходи, — я вытянула руку перед собой.
Одногруппник стоял в чёрной майке и спортивных штанах, а в зубах держал не подпалённую сигарету. Он тоже прогуливает уроки миссис Тёрнер?
— Ну, я жду, — Джейк скрестил на груди руки.
— Какая тебе вообще разница? — спросила я, не понимая, почему он пристал ко мне с вопросами.
— Раз ты нарушила мой покой, где я спокойно хотел выкурить вот эту сигарету, то хотелось бы знать, что за веская причина была у тебя, чтобы врываться в мужской туалет, — его глаза с привычным раздражение, которое он объяснял утренним недосыпом, смотрели на меня.
— Один ублюдок домогался до меня, — коротко ответила я.
Начала смывать с лица дурно пахнущую кровь. Самым трудным оказалось вымыть её из-под ногтей. Я с раздражением тёрла свои пальцы никуда негодным мылом.
— Ты в порядке?
Я удивленно обернулась, так как думала, что Рид давно ушёл. В порядке ли я? Из горла вырвался истерический смешок. А вслед за тем и вовсе рассмеялась.
— Как мне вообще после этого ходить на учёбу? — случайно произнесла я вслух.
— Ну, судя по виду, ты смогла дать ему отпор, поэтому тебе нечего стыдиться.
Неожиданно его раздраженный взгляд сменился другим, более мягким. Только жалости от главного хулигана школы мне не хватало.
— Ага, я, кажется, откусила ему пальцы, — продолжала истерически посмеиваться.
Джейк достал из своего рюкзака серую толстовку с капюшоном и протянул её мне. Я застыла в недоумении.
— Возьми. По себе знаю, что ты не успеешь отстирать все пятна до начала следующей пары.
Зелёные глаза смотрели с прежним недовольством. Так было даже более комфортно, чем приступ внезапной доброты. Прозвенел звонок.
— Спасибо, — сказала я уже в спину, когда тот выходил из туалета.
— Будешь должна.
Время пролетело незаметно. Мыслями застряла в кабинете Беккера. Но как я тогда могла забыть, что последней парой у нашей группы стояла история искусств? Бросило резко в жар, а на лбу выступили капельки пота. Ногти на правой руке я сгрызла в самом начале учебного дня. За дверью в аудитории уже собрались все студенты в ожидании учителя. В этот момент увидела, как по лестнице поднимается он. Вздохнула, чтобы набраться решительности. Хотелось показать, что не боюсь.
Господи, я не то, что не боялась... Я пребывала в тотальном ужасе. Не понимая того, что именно делаю, залетела пулей в класс, продвигаясь в самый его конец, изменяя своей привычке сидеть на первых партах рядом с доской. Все места уже заняли, кроме одного. Свободная парта, что стояла по правую руку от Джейка. Скинула рюкзак под стол и натянула капюшон толстовки на голову. Мне стало гораздо спокойнее, когда большая часть моего лица стала скрыта от посторонних глаз. Мистер Беккер с привычной улыбкой, с такой же когда и засовывал руку под юбку, прошёл к учительскому столу. Он поздоровался и стал зачитывать списки учеников, отмечая их присутствие. С каждым прочитанным именем я вздрагивала, так как не могла найти в себе сил, чтобы открыть рот, когда очередь дойдет до меня.
— Линор Питерс, — произнёс он.
Имя Летисии Салазар так и не прозвучало. Мистер Беккер посмотрел вглубь класса, точно определив моё местоположение. Он странно ухмыльнулся и продолжил зачитывать списки. Никто, казалось, не заметил его случайно ошибки, кроме одного человека. Джейк заинтересовано взглянул в мою сторону.
— Что с вашей рукой? — вмешалась, по обыкновению, любознательная Анника.
Свою травму он замотал толстым слоем бинта.
— Укусила собака. Прямо перед школой. Поэтому будьте осторожны, когда пойдёте домой. Она бродит где-то рядом, — непринуждённо ответил мистер Беккер. — Надеюсь, хозяин найдёт её прежде, чем пострадает кто-то ещё.
Я с тихим стоном повалилась на парту, положив локоть под голову вместо подушки. Надеюсь, рана загноится и ему ампутируют руку за то, что домогался девушек. А лучше по самое плечо. Сомневаюсь, что я стала его первой жертвой. Мой сосед по парте чему-то задумчиво улыбался. К слову, сидел в хорошем настроении. Неужели чем хуже у меня был день, тем веселее Джейк выглядел? Я не слушала монотонную лекцию мистера Беккера о возникновении раннехристанского искусства и не достала тетрадь для записи. План по получению зачёта за этот предмет полностью провалился. Мне стало глубоко плевать на угрозы извращенца.
Раздался треск рвущейся бумаги. Это Джейк вырвал страницу из своего блокнота и свернул её в несколько раз. Затем произошло то, что я совершенно не ожидала. Клочок бумаги приземлился прямо у моего носа. Разгладила сложенный лист. Он нарисовал девушку с острыми зубами и длинными чёрными волосами. Только через минуту до меня дошло, что этой незнакомкой была я. Так как одногруппник потрудился детально нарисовать мою испачканную в крови водолазку, юбку и даже высокие сапоги. Рядом, округлым почерком, написал: «Разыскивается бешеная собака. В последний раз была замечена утром на территории школы. Из особых пример имеется отвратительный кровавый глаз».
Недоверчиво покосилась на парня. Оказывается, Джейк ещё и шутник. Он избегал моего взгляда и улыбаясь смотрел на доску. Тогда я заметила очаровательную ямочку на его щеке. Сложила обратно записку и сунула в карман толстовки. Не могла не оценить попытку одногруппника меня поддержать. По идее я должна была гордиться тем, что дала отпор Беккеру, но на деле внутренности продолжало сворачивать от не успокаивающейся дрожи и накатывающей тошноты при одном воспоминании об этом человеке. Мне не терпелось попасть домой, чтобы погрузиться в кипяток. Хотелось смыть с себя его прикосновения самой жёсткой мочалкой.