Чертов нкей.. ПРОДОЛЖЕНИЕ.

Наконец, спустя долгое время работы в квартире Олеси, Лера смогла вырваться во внешний мир и договориться о встрече со своей новой подругой — Верой.
После дня рождения Астаниной девочкам так и не удалось встретиться и нормально познакомиться, поэтому Шишова сама решила позвать Кашину на посиделки в кафе. Валерия была максимально рада таким небольшим, но, все таки, изменениям в своей однотипной в недавнее время жизни. Рабочие будни, как не странно, ей быстро надоели, правда до сих пор она не может понять — это дело в самом процессе или в клиенте? Больше она склонялась ко второму варианту.

Близилась солнечная середина мая. На улице уже стало не то что тепло, а очень даже жарко. Можно было спокойно ходить в шортах или юбке, не боясь замерзнуть.
Сегодня Никита остался дома, не в нуждах ехать на студию, именно поэтому Лера завлекла его помогать выбирать девушке наряд на разговоры по душам с Верой.

— С этой белой юбкой можно надеть вот этот топ,— Коробыко рылся в шкафу и доставал действительно хорошие по фасону вещи для девушки. Он мог спокойно становиться собственным дизайнером. Сейчас в руках он держал коричневого цвета маечку на лямках, а после достал вешалку с клетчатой рубашкой нежного бежевого цвета.

— Слушай, может всегда будешь выбирать мне вещи? У тебя рука счастливая,— Лера как-будто что-то заподозрила. Либо это реально просто совпадение и молодой человек на глаз может подобрать идеальный образ, либо здесь уже вмешательство каких-то серьезных сверхъестественных сил.

— А ты сомневалась? У меня уже опыт,— Никита усмехнулся, прикладывая выбранную одежду к телу дамы, как бы примеряя. Хотя он и так знал, что ей подойдет абсолютно все, считая несочетаемое.

— Тогда может и на свидания мне будешь наряды собирать?— а теперь самое время сделать небольшой намек. Парням иногда нужен пинок, чтобы дать понять, чего хочет дама. Никита пока еще не научился читать мысли жены.

— На какие еще свидания?— Коробыко непонимающе посмотрел на Леру и опустил руки с одеждой вниз, ожидая объяснений от девушки. Мало кто догадывался, но Никита, на самом деле, очень ревнивый молодой человек, и Лера познала это на личном опыте, когда при малейшем упоминании противоположного ей пола, Коробыко начинает недовольно фыркать и сдержаться от того, чтобы не психануть и скоротечно не изменить тему разговора.

— Ну ты же меня на свидания не водишь... Значит найду себе сегодня второго парня, который будет проводить со мной больше времени,— Валерия растянула губы в улыбке и издевательски подмигнула Коробыко, наблюдая за его смешной реакцией. А вот ему нисколько не было смешно, будто не зная, что он такой единственных и неповторимый. Девушка чувствовала его негодование на кончиках блондинистых волос.

— Я сейчас не посмотрю на то, что у нас здоровые отношения и запру тебя в квартире,— рэпер любил шутить над другими, а особенно в сатирической манере, но когда жена одолевала его своим юмором, он моментально становился бессильным. Парень сомкнул челюсть и сжал губы, сводя брови к переносице.

— Если думаешь, что скучать без меня будешь — так позови Олесю, она сегодня как раз собиралась к нам за солью зайти...— Лера улыбалась, но не долго, пока в моменте не заметила, как Нкей оказался уже на грани, и... рванула с места, как зная, потому что через пару секунд Никита побежал за ней. Квартира, к сожалению, оказалась намного меньше, чем думала Кашина, именно поэтому через несколько секунд она оказалась зажата в сильных руках Коробыко. Он хотел смеяться от их очередной игры на чувствах, что было свойственно для их непростых, однако счастливых отношений, но держал лицо до последнего.

— Язва, я сейчас откушу тебе нос,— ему казалось, что сейчас он выглядел грознее некуда. Одной рукой парень перегородил девушке дорогу, а второй легонько схватил за шею, не причиняя вреда. Только если психического.

— Если я язва, то ты тогда гангрена,— Лера надула губы и прищурила глаза, с напором смешливости тыкая указательным пальцем в грудь. Идеальная пара — язва и гангрена. Диспепсии только не хватает. Она сейчас на этаж ниже, но все также непроизвольно рядом.

***

Лера заметила девушку, сидящую за самым непримечательным столиком в дизайнерском кафе. Красивое оформление, приятные молодые официанты в элегантных костюмах, вкусная для ушей музыка — все, что нужно для идеального ужина.
Вера подняла голову и увидела свою новую подругу, помахала ей рукой, подзывая к их забронированному столику.
Лера прошла сквозь круглые столы, направляясь к Шишовой. Вера сияла — максимально рада была видеть Валерию.
В душу к Кашиной запала эта девушка, ее внутренние идиллия и энергия всех заряжали позитивом, поэтому каждый, кто находился с этой яркой девушкой, начинал улыбаться и получать комфорт от одного только общения.

— Приве-е-ет, Лер! Давненько не виделись,— Вера заключила подругу в теплые объятия и погладила ту по спине. Даже такие привычные действия она делала жизнерадостно. А в голосе её была слышна искренность.

— Привет, Вер. Действительно давно. Уже больше месяца вожусь с ремонтом Олеси, голова кругом.

— О, ты все таки взяла ее клиентом?— Шишова едва переменилась в лице, показывая небольшое негодование, но ее невозмутимое состояние вернулось к ней быстро. Лера сделала вид, что не заметила скачков настроения, но внутри стала интересна такая реакция девушки.

— Пришлось. Ибо теперь мне от нее никуда не деться,— с вздохом принятия ситуации признала горькую правду Кашина, немного жалея о том, что имея хоть и, в какой-то степени, черствых характер, все равно сжалилась над подругой Оли. А еще у нее болтливый муж, который не мог не поддержать разговор. Но это уже условности.

— В каком смысле? Рядом с вами поселилась что-ли?

— Угу, рядом... Этажом ниже,— покачивая головой, сама понимая безумство ситуации, рассказывала Лера. Нет, паранойя в её голове по сих пор твердила, что это, блин, никакое не совпадение, а самые настоящие желания и сумасбродства Астаниной.

— Да ну?.. Это уже сумасшествие чистой воды какое-то. Минск такой большой город, можно купить квартиру вообще в любой жилой точке. Но выбрать именно ваш подъезд... Это нужно постараться,— тут даже былой энтузиазм девушки пропал бесследно. Она, как и Лера, подозревали Астанину в неладном. Вообще, тяжело было не заметить настойчивость менеджера по отношению к семье Коробыко.

Разговор плавно перетек к более интересным и добрым темам. Лишний раз вспоминать об Олесе никто не хотел, хоть и не произносили свою неприязнь вслух. Нашлось много идей для обсуждения. Лера, кажется, впервые за долгое время чувствовала такое облегчение во время общения. Весь последний месяц она проводила рядом с Астаниной, у которой разговоры были лишь о парнях и деньгах — никаких филосовских и дружеских тем. А Вера — это другое. У нее были широкие познания в различных сферах и отраслях, она могла дать ответ на любой вопрос, сказать нужный для жизни совет.

— Знаешь, вот разговоры с тобой — это совсем другое, нежели с Олесей. Ты очень интересная, Вер. У тебя нет постоянных речей про парней, про финансы.. Совершенно другие взгляды на жизнь. За это ты мне и понравилась,— Лера откровенничала. Ей очень интересно было узнать Шишову поближе. А та не была против. Раскрывалась ей со всех сторон, но по большей части — с положительной.

Вера одними лишь губами произнесла: «Спасибо» и улыбнулась, оголяя ровные белоснежные зубы. Возможно, ей не часто говорят такие хорошие слова, что особенно нужно каждому человеку. На благо ей, Лера в этом прямолинейна и честна.

Но Вера, почему-то, спрятала свою улыбку. Она посмотрела сквозь Кашину и опустила взгляд на стол, рассматривая свои заказанные блюда. Лера испугалась, подумав, что сказала чего-нибудь лишнего.

— Скажи, Лер, только честно. Тебе Олеся говорила что-нибудь обо мне?— сухим монотонным говором спросила девушка, боясь услышать ответ. Она как будто знала его наперед, наизусть. А у Кашиной тут же всплыли в голове огромным темным облаком сплетни Астаниной:

«— Кстати, а ты знала, что эта самая Вера, с которой вы у меня на дне рождении познакомились, была беременна от Андрея — парня своего, а ему не сказала. Ну и в итоге выкидыш у нее случился. Скажи же, вообще ненормальная...»

Лера металась: сказать правду и всё остальное время смотреть на кислое лицо подружки или соврать, но сделать больно себе. Кашина ненавидела врать, а особенно своей совести.

— Честно — говорила,— серьезно, без капли сомнения и шутки.

Вера закусила губу и прерывисто вздохнула, кажется, еле сдерживая слезы. Сразу поняла, что имела ввиду жена Коробыко. У нее, видимо, кроме данной ситуации не было ничего более позорного.

— Рассказала о выкидыше и моем вранье Андрею?— и да, в точности та ситуация, которую описывала Олеся несколько недель назад. Но к чему бы это спросила Вера? Да еще и так точно подумала именно об этой ситуации. Может Олеся уже не раз творила подобное — рассказывала чужие секреты третьим лицам ?

Лера из-за кома в горле и слова произнести не смогла. Лишь кивнула. Когда приятная и атмосферная посиделка успела превратиться в раскрытие скелетов из шкафов? Не о таких переменах мечтала Кашина.

— Лер, ты просто пойми, что я не могла поступить по-другому... Мы тогда были еще совсем молодыми и...— собеседница сразу начала оправдываться, в некоторых моментах даже заикалась от поступающего напряжения в легкие. Ей было страшно. Страшно, что сейчас Лера начнет ее осуждать, поменяет свое мнение о девушке, всех настроит против нее.

— Вер, я тебя прекрасно понимаю и нисколько не осуждаю. Это ваша семья, ваш выбор. Вы были в положении, которое явно не предназначено для заведения детей, поэтому даже очень правильно, что ты не сказала об этом Андрею. Если он не знает — значит не будет жалеть о потере. Не смею даже слова против сказать такому как ты человеку, что перенес огромную тяжесть на своем сердце. Верю, что все у вас еще получится,— Лера принялась успокаивать напротив сидящую, замечая в её глазах слезы облегчения. Ее словно первый раз по-настоящему поняли, поддержали. Эта ситуация осталась ношей для Веры на всю оставшуюся жизнь, а если постоянно тыкать девчонку «лицом в грязь», то и психика не сможет выдержать.

— Я очень рада, что ты не считаешь меня какой-нибудь предательницей Андрея. Все, кто хоть раз слышал данный факт, отворачивались от меня, прерывали все общение и разносили еще более приукрашенные слухи. Я всю жизнь считала Олесю своей лучшей подругой, делилась с ней каждым моментом личной жизни, любой проблемой, радостью... Но ошиблась в ней. Решила рассказать о произошедшем, взяла с нее клятву, что она никому не расскажет о выкидыше. Однако через пару недель все вокруг, кроме Андрея, уже знали о моей неудачной беременности,— раскрывались и такие детали событий. Кашину взял ярый гнев.

— Но зачем ты терпишь то, что Олеся всем рассказывает о твоей несчастливой истории? Тебе давно еще стоило послать её на три веселых буквы и спокойно жить, планировать полноценную семью с Андреем. Таких друзей нельзя держать при себе, Вер!— девушка пыталась вразумить подругу, доказать, что Олеся явно не лучший вариант для крепкой дружбы. Но что-то ее все равно удерживало на хрупкой лодке под названием «унижение».

— Боюсь, тогда я точно останусь одна,— вдруг, ни с того ни с сего, выдала Шишова. Русая даже немного опешила, не понимая, к чему были те слова. Неужели все будущее девушки держится на Астаниной?— Если я прекращу с ней общение, она все расскажет Андрею.

— Но зачем ей это?!

— Он ей нравится как парень. Когда мы с ним только познакомились, в тот момент я уже общалась с Олесей и рассказывала ей каждый его шаг в мою сторону. Я была безумно в него влюблена, и по сей день души в Андрее не чаю, а Астанина кидала мне намеки, мол: «Я тебе так завидую, у тебя такой крутой парень. Любая девушка о таком мечтает». А он действительно идеальный. И работает, и по дому мне помогает, и все что угодно смастерить умеет — руки у него золотые! Я, конечно, воспринимала все ее слова в шутку, но один раз она мне сказала: «Может я тебе другого парня подберу, а ты мне Андрея отдашь? Мы же, все таки, подруги», и я поняла, что самое ужасное теперь не избежать. И с тех пор я терплю каждую её выходку, только бы Шишов ни о чем не узнал.

Лера все это слушала с вытаращенными глазами, параллельно прокусывая губу до крови от агрессии в сторону менеджера. Ее переполняло ненавистью к блондинистой персоне. Как же бесстыдно и безнравственно разносила слухи Олеся, не волнуясь о потере подруги, ведь вся власть всегда была у нее в руках. Вера по-настоящему боялась, что Андрей, узнав правду, уйдет к «чистейшей» Астаниной. Однако у Валерии не укладывалось в голове все то, чего боялась её подруга.

— Пойми, что Андрей далеко не дурак. Он очень любит тебя, ценит, заботится... Да один его взгляд на тебя чего стоит! Если любит, а он точно любит — то примет тебя любой — с выкидышем, без выкидыша. У вас еще столько всего впереди! Если сравнить твою совесть с совестью Олеси на чистоту, то ты выигрываешь по всем фронтам. А оставаясь рядом с такими людьми, как она, только себе хуже сделаешь. Поэтому прошу тебя, забудь все, что произошло несколько лет назад. Узнает — и узнает, ничего в этом страшного. Я тебя уверяю — Шишов никуда не уйдет. Никакая силиконовая Олеся тебя не заменит, а особенно в глазах твоего мужа.

Вера громко молчала. Ее дыхание раздавалось через весь стол и вылетало на улицу сквозь открытую дверь.

— Мне никогда такого не говорили, правда. Андрей, конечно, всегда рядом, поддерживает меня, все мои проблемы решает. Но большую часть он попросту не знает, даже после бракосочетания. Олесе я больше не доверяю секретов — у меня давно не было человека рядом, которому я бы смогла высказаться. Спасибо тебе огромное, что рядом. Прекрасные люди всегда так близко, что иногда стоит лишь оглянуться,— обоим стало легче на душе. Пришло понимание, что нет такой ситуации, которую нельзя было бы не решить. Просто стоит рассуждать не только объективно, но и творчески.

Сегодня Кашина вынесла для себя еще один факт о блондинке — Астанина думает, что правит этим миром и на нее нет приговора. Ведет себя, будто действительно чего-то стоит, а на самом деле является грязным чернильным пятном в тетради. На нее еще просто не нашли замазки. Лера до последнего верила, что вскоре Олеся проиграет в этой битве миров. Олеся окончательно останется одна, просто Кашина еще не может этого доказать.