Глава 9
Никита смотрит ему в спину, будто сейчас реально может сорваться и потянуть за капюшон. Но не делает этого.
А вечером Даня...
читает сообщение.
Артём: ты реально занят или это был вежливый посыл?
Даня какое-то время смотрит на экран.
Сердце спокойно. Ровно. Чисто.
Он печатает:
Д: Гулять хочешь?
А: ну да. если ты не против
Д: Только без понтов
А: слово
И всё. Решено.
⸻
Прогулка
Вечер. Холодный город, мокрый асфальт, фонари, сиги, пар от дыхания.
Артём приходит в чёрной куртке, руки в карманах, волосы растрёпаны, будто специально.
Улыбается так, как будто вид Даня — событие дня.
— Ты всё-таки пришёл.
Даня плечами:
— Сказал же. Чего хотел?
— Ничего страшного, — Артём идёт рядом, не прикасаясь. Уважает границу, но чувствуется хищнический интерес. — Просто... ты интересный. С тобой хочется быть.
Даня смотрит на витрины, на людей, на город.
Говорит честно:
— Я не ищу никого. Я просто устал.
— Я тоже, — коротко. Без фальши.
Они идут, разговаривают лёгко, без давления.
Музыка, школа, тупые учителя, жизнь, усталость, сигареты, кино.
Артём смешной иногда, дерзкий, но не скользкий.
И Даня... расслабляется.
На прощание Артём не просит номер.
Он просто говорит:
— Увидимся. И не пропадай.
Даня хмыкает:
— Это не ты должен говорить.
Артём смеётся. Чисто, тихо. Уходит, оборачиваясь.
⸻
Утро
Никита просыпается с тревогой, будто что-то потерял. Не знает что.
Даня просыпается ровно. Без ямы. Не счастье — но спокойнее.
Оба собираются почти одинаково, будто параллельно:
Никита
• холодный душ
• белая футболка, тёмная кофта
• лёгкий запах знакомого парфюма, немного резкий
• волосы рукой назад, чуть нервно
• музыка в наушниках, но он её не слышит
Даня
• вода по лицу
• серый свитер, чёрные джинсы
• запах сигарет и мягких духов
• волосы падают на лоб, он их лениво убирает
• взгляд в зеркало: спокойный. опасно спокойный.
⸻
В школе
Класс шумит.
Никита входит, глазами — по автомату — ищет его.
И видит.
Даня сидит.
И рядом с ним — Артём.
Сел сам. Уверенно. Спокойно. Как будто имеет право.
Даня что-то отвечает Артёму, уголок губ чуть приподнят.
Не флирт. Но тепло.
Никита замер.
Не подходит.
Смотрит.
Артём чувствует взгляд — и медленно поворачивает голову.
Улыбается Никите. .
Даня переводит взгляд на Никиту.
Коротко. Холодно-спокойно.
Не избегает. Просто... не бежит к нему.
Это хуже, чем игнор.
Никита садится далеко, кулаки сжимаются. В голове только одно:
Он правда может уйти.
Перемена
Артём говорит что-то Дане и резко касается его руки — легко, почти случайно.
Никита видит.
И в нём что-то просто рвётся.
Он подходит.
— Даня, поговорим.
Даня медленно поднимает взгляд. Никакого испуга. Ни злости. Чистая, ледяная тишина.
— А сейчас нельзя? — он кивком показывает на Артёма.
Артём откидывается на стол, руки в карманах, ухмылка лёгкая:
— Если хочешь — подожду. Я не тороплю.
Никита на секунду закрывает глаза, чтобы не взорваться.
— Мне нужно с тобой, — он смотрит только на Даню. Голос тихий. Сорванный.
Даня медленно встаёт.
Говорит Артёму:
— Я вернусь.
А Никите — ровно, почти шепотом:
— Только не устраивай сцен.
Они уходят.
Коридор. Они отходят от класса
Воздух между ними тяжёлый, будто стены сдвинулись ближе.
Никита:
— Ты с ним... нормально так сидишь.
Голос ровный, но глаза горят.
Даня опирается на холодный подоконник, руки в карманах, спокойный до пугающего:
— А что, мне нужно было ждать, пока ты определишься?
Никита вздёргивается, пытаясь держать самообладание:
— Ты хотя бы мог... не так. Не с ним.
Даня смотрит прямо, чуть наклоняя голову:
— А ты мог вчера написать. Не молчать два часа.
Не делать вид, что мы — случайные люди.
Тишина хрустит, как лёд под обувью.
Никита выдыхает, губы сжимаются:
— Я... не умею это, Даня.
Я не знаю, как правильно.
— Я тоже, — тихо.
— Но я хотя бы не прячусь за обиженным видом.
Это бьёт. Прямо.
⸻
Никита ломается на секунду
Он опускает голову, пальцы нервно дёргают молнию на худи.
— Я просто...
Страшно, ладно? Я думал, что потеряю тебя, и —
Слова застревают, он глотает.
Это честно. Голое, живое.
Даня дёргается, будто что-то внутри размякло на миллиметр.
Но он всё ещё держит себя в руках.
— Ник, я не исчезаю.
Но если ты держишь — держи.
Если ревнуешь — не молчи.
Если хочешь — доказывай.
Пауза.
Даня смотрит ему в глаза — тихо, без театра:
— А если ты не уверен... скажи, и я не буду тебя ждать.
Это не угроза.
Это правила.
⸻
Никита поднимает взгляд
Голос срывается, но он говорит:
— Я хочу.
И мне не всё равно.
Просто... когда ты сидишь с ним, это...
Он не может подобрать слово.
Даня помогает, сухо:
— Больно?
Никита кивком. Почти незаметным.
Даня делает шаг ближе. Совсем чуть-чуть, так, что воздух меняется.
— Тогда не отпугивай меня ревностью.
Попроси быть рядом — я буду.
Глаза у Никиты дергаются, он впервые не пытается казаться сильным:
— Будь рядом.
Даня смотрит пару секунд.
И шепчет:
— Постарайся не проебать меня, ладно?
Никита почти дышать забывает.
⸻
Они возвращаются в класс
И тут — Артём.
Он смотрит на них.
Спокойно, слишком спокойно.
Как будто всё уже понял.
Он садится на место Дани на секунду, пальцем стучит по столу и, не глядя, говорит:
— Ты надолго ушёл, а я тут уже почти обжился.
Это не угроза.
Это заявление.
Даня ловит момент. Видит, как щёки Никиты чуть напряглись.
Он кладёт свою тетрадь на стол, рядом с Артёмом, и ровно:
— Я тут сижу.
(то есть: я выбираю место. Сейчас — это место рядом с Никитой)
Артём ухмыляется уголком губ:
— Ну как скажешь.
Он уходит на своё место, но взгляд бросает только на Никиту.
И там спокойное: Я не ушёл. Я играю дальше.
⸻
Даня садится
Он не смотрит на Никиту. Просто тихо:
— Не драматизируй.
Я здесь.
Никита отвечает так же тихо:
— Пока.
Даня хмыкает:
— Хочешь, чтобы навсегда — докажи.
Я не игрушка и не запасной вариант.
И продолжает писать в тетради.
Но угол его губ чуть-чуть поднят.
Совсем немного.
После уроков. Коридор.
Никита выходит, раздражённый всем миром, но больше собой.
Он идёт быстро, будто от кого-то убегает, пока не слышит шаги и голос:
— Стой, — Артём догоняет, дышит спокойно, будто специально. — Нам надо поговорить.
Никита поворачивается, ледяной:
— Мне не о чем.
Артём хмыкает:
— Тебе — есть.
Он смотрит ему прямо в глаза — спокойно, твердо, как будто несёт какой-то грёбаный приговор.
— Ты правда думаешь, что Даня выбрал тебя?
Никита замер.
Плечи напряглись.
Артём делает вид, что взвешивает слова, хотя всё давно продумано:
— Он вчера гулял со мной.
Не просто так.
И не потому, что скучал.
Пауза.
Улыбка лёгкая, почти сочувствующая:
— Он сказал, что хочет меня узнать.
Что устал ждать, пока ты решишь, хочешь ли ты его или нет.
Сердце Никиты падает куда-то в живот, холодно, мерзко.
Он пытается держаться:
— Он... он мне сам сказал, что просто гуляли.
— Ну да, — Артём наклоняет голову. — Но он не обязан говорить тебе всё. Вы же не вместе. Верно?
Слово не вместе режет, как стекло.
— Послушай, — Артём делает честное лицо. — Я не хочу лезть.
Но если ты думаешь, что Даня будет ждать, пока ты боишься своих чувств...
Ты ошибаешься.
Он кладёт руку Никите на плечо — тихо, уверенно:
— Он выбирает тех, кто рядом. Сейчас — это я.
И уходит.
Спокойно, будто победил.
⸻
За школой.
Никита ждёт Даню.
Ходит туда-сюда, пальцы дрожат, челюсть сжата.
Даня выходит позже, накидывает капюшон. Видит его — удивление, мягкое:
— Чё ты тут? Ждал?
Никита не отвечает.
Внутри кипит, как будто его предали и унизили одновременно.
Даня подходит ближе:
— Ты нормально? У тебя вид, как будто кто-то тебя—
— Замолчи.
Голос Никиты рвётся, хриплый, некрасиво честный.
Даня замирает:
— Чего?
Никита смотрит прямо, глаза красные от злости и тревоги:
— Не надо играть.
Ты же хочешь быть с Артёмом, да?
Так что чего ты ко мне лезешь?
Даня моргает — что?
— Каким ещё Артёмом? Ты о чём вообще?
Никита почти смеётся, зло:
— Он сказал, что ты выбрал его. Что ты с ним. Что тебе наплевать, ждусь я или нет.
Даня взрывается холодом:
— И ты поверил? Ты даже меня не спросил?
— А надо?! — Никита шаг вперёд. — Когда ты сам побежал к нему?!
Голос ломается, почти крик:
— Ты хотел, чтобы я разобрал свои чертовы чувства, а сам... сразу к другому?!
Даня смотрит на него долго.
Тишина густая, будто весь воздух выжали.
— Я гулял. Да.
Но если бы я выбирал его — я бы сейчас не стоял перед тобой.
Никита стискивает зубы:
— Поздно.
И отворачивается.
Резко. Болезненно.
Даня хватает его за запястье:
— Эй. Слушай. Я не—
Никита вырывает руку:
— Не трогай.
Я не хочу быть запасным вариантом.
Даня шепчет, встряхнутый:
— Ник, ты тупишь. Я не—
— Всё.
Хватит.
Голос Никиты — тихий, смертельно спокойный:
— Иди к нему.
Он уходит.
Не оборачивается.
Даня остаётся стоять.
Пусто под ногами, как будто земля ушла.
⸻
Следующий день.
Даня приходит в класс рано.
Садится. Смотрит на дверь.
Никита входит.
И идёт мимо.
Без взгляда.
Без слова.
Садится далеко.
Включает музыку, хотя наушники не в ушах.
Это не игнор.
Это ледяная стена.
Даня сглатывает.
Сердце тянет вниз.
Он встаёт, подходит к нему медленно:
— Ник...
— Садись, — ровно. — Не здесь.
Даня замирает.
Шёпотом:
— Ты серьёзно сейчас?
— Серьёзнее не бывает.
И всё.
Никакой злости.
Только холод, которому больно быть.
Даня опускает взгляд.
Возвращается к парте.
Он нифига не понял, как из почти тепла вышло вот это.
Но он видит одно:
Никита верит чужим словам больше, чем ему.
И это больнее всего.
⸻
И теперь
Даня будет тянуться.
Будет пытаться говорить, подходить, шутить, цеплять.
А Никита — холод, короткие ответы, взгляд мимо.
Тише, жёстче, закрыт.
Но он не равнодушный.
Он просто раненый и ревнивый идиот, который решил, что укрыться — значит защититься.
И этим делает хуже обоим.
___________
Держу интригу