14
Автор долбаёб)
***
Голова гудела, ноги были ватными. Опять он очнулся в каком-то непонятном месте. Кажется у него дежавю. В прошлый раз он ощущал себя намного лучше, наверное это сказывается на его состояние вещество, что было подсыпано в его кружку. Подняв голову он сморщился от яркого света, одинокой лампочки, висящей под низким потолком, освещая неприятным желтым светом все помещение. Оно ему тоже показалась знакомым, такими были пыточные в подвалах мафии. Он что, в мафии? Нет, такого быть не может. Он сидел на холодном полу, прикованный наручниками за руки и с чем-то на шее. Скорее всего ошейником, чтобы было меньше шансов выбраться. Но серьезно? Наручники? Он легко с ними справиться. Согнув кисть пополам, он начал щупать свое запястье, в поисках бинтов, под которыми должны были быть шпильки. Но их там не было. Нет не шпилек, а бинтов. Ошарашенно Дадзай повернул голову в направлении своей руки, чтобы понять, что на нем нет бинтов, и вообще он не в своей одежде, а в какой-то светло-голубой рубашке по локоть. Кинув взгляд на свои ноги, он понял, что на них материал такого же уровня, что и на теле, а это значит, что его одели в комплект светлого белья. Очень не разумно с их стороны, ведь по ощущениям, там где он сидит, было не очень то и чисто. Оказалось, что нет, там было чисто, и вообще во всей комнате царил полный порядок, казалось, что даже в воздухе не порхает ни единой пылинки.
В помещении было тихо, и эта тишина отдавала звоном в ушах, но если очень хорошо прислушаться, то можно понять, что что-то не так. А точнее можно услышать чье-то размерное дыхание, словно человека, ушедшего в спокойный сон. Резко повернув голову, Осаму увидел комок чего-то белого, лежащий в левом углу комнаты. От резкого и сильного движения, цепь от ошейника громко зазвенела и Дадзай зажмурился, пытаясь унять свою головную боль, которая появилась еще в момент поворота головы. Открыв глаза, он увидел, что этот комок обрёл очертания и сейчас смотрел на него с искренним удивлением, задрав голову. А после вскочил, показательно отряхнув одежду.
- Не думал я, что ты так быстро проснешься! Мало наверное волшебного чая выпил... Но ничего, так даже лучше! - хлопну в ладоши Гоголь, подскакивая на одной ноге, а вторую задирая вверх, для большого шага.
Сделав этот самый шаг, он оказался почти в плотную к Осаму и улыбнулся широкущей улыбкой.
- Ну ты что? Язык проглотил? А... У тебя наверное головка болит! Точно! Ну ничего, не переживай, она совсем скоро пройдет! - воскликнул он, поднимая голову Осаму за подбородок, так, чтобы он смотрел ему прямо в лицо.
Отвечать не хотелось от слова совсем, но пересилив себя Осаму растянулся в полуулыбке.
- А где "С добрым утром"?- обиженно хмыкнул он, вырывая свою голову из лап Николая.
- Ой! Точно! Вот что я забыл! Прости, прости, прости!- завопил он, испуганно отбрасываясь назад, а после упёр руки в боки и тихо замямлил - Но сейчас вообще-то день...
- Ну знаешь, тут не очень то и заметно. - цыкнул Дадзай, окончательно отворачиваясь - и что это на мне?
- стальные наручники и ошейник на цепи, чтобы ты не делал, чего не положено. - тоном учителя начал Гоголь, но после был перебит Осаму.
- Да это я уже понял, я умею ввиду одежду. Что это за безвкусица? - состроил гримасу омерзения он,снова повернувшись к Николаю.
- А... Я.. Это я выбирал... Не нравиться... Там было еще с крысами... - начал Гоголь снова снова был перебит.
- Хотя нет, в принципе, сгодится. - от идеи, что его одежда могла быть еще и с разноцветными крысами, хотелось блевануть.
- Ну вот и отлично! - сново хлопнул в ладоши Гоголь - Ты ведь уже очнулся... Надо наверное позвать Федю... Или нет?
Словно ждя ответа на свой вопрос, Гоголь уставился на Осаму и застыл.
- Нет. Я не буду звать сюда Федю! Он опять все веселье испортит! - через минуту серьезно воскликнул Николай, приподнимаясь на носоках, а потом падая на пятки, катаясь ими по полу.
Не найдя, что на это ответить, Дадзай просто хмыкнул, как бы поддерживая разговор.
- Кстати! Как тебе мое письмо? Помнишь, я посылал тебе его с букетом? Да, это был именно я! - гордо заявил шляпник, положив руку на сердце.
- Да, да, как такое забыть? - механически пропел он.
- Ну так вот! Там я сказал, что хочу подружиться! И это абсолютная правда! - совершенно не обращая внимание на незаинтересованность Дадзая в разговоре, продолжал Гоголь - Давай дружить?
Как-то по детски и так наивно он предложил Осаму свою дружбу, что Дадзай хмыкнул, осторожно улыбнувшись.
- Да, давай. Меня зовут Осаму. - острая улыбка сменилась миловидной мордочкой.
- А я уже зна-а-аю! - запел Коля - Меня Николай!
И он протянул ему руку. Постоял так несколько секунд, под неодобрительным взглядом Осаму, и явно что-то осознав отнял ее быстро спрятав за спину.
- Ой, прости. Так вот! Давай поиграем в ладушки! - крикнул он, на что Дадзай лишь непонятно уставился на него. - А.. В города! Играем в города!
Играть в города, как и вообще разговаривать с этим чудиком, простите, Николаем, не хотелось. Спать - вот что хотелось, но ни как не вспоминать какие там в мире вообще есть города. Но похоже Николая было уже не остановить.
- Красноярск! Тебе на к.
- Кёльн. - не задумываясь бросил Осаму.
- Нью-Йорк! Ой, тебе опять на к.
- Кальяри.
- Дай-ка подумать...Иерапетра!
- Афины...
Внезапно Осаму почувствовал снова ужасную усталость, глаза начали слипаться, а голова безудержно кружиться.
- Ыйван!
Казалось, что он уже не может контролировать себя, но из-за всех сил, старался держаться в сознании.
- Ниц...
Его голова завалилась вниз, а руки безвольно повисли в наручниках. Гоголь присвистнул.
- Неужели оно еще и так работает! Надо бы Федю позвать.
Выпрямившись и размяв спину, потому что от долгого наклона, она казалось отвалиться, Коля вприпрыжку подошёл к массивной железной двери и звякнул ключами, которые только что вынул из своего кармана. Открыв дверь, он вышел, закрывая её и уходя в противоположную от камеры сторону по огромным коридором, но через минуты три снова вернулся, напряженно вглядываясь в дверь, а после дёрнул ее со всей сила. Когда та не поддалась, Николай спокойно выдохнул, понимая, что точно запер её. Да и вряд ли в таком состоянии Осаму за дверью, прикованный цепями к бетонной стене, один на один со странным наркотиком, сможет что-то сделать.
Начиная отходить от двери, Николай остро ухмыльнулся, раздвинув свою улыбку на, почти, все лицо. Это еще цветочки, а дальше будет терапия. Терапия, которая будет длиться очень долго, и закончится в тот момент, когда Осаму будет полностью сломан. И тогда то он и перейдет в руки Федора, который научит его сидеть на цепи и не лаять по пустякам.
***
Уроки географии от Дадзая с Гоголем - это то, чего не хватает в обычной школе.
Автор долбаеб
♡ Пока-пока! ♡