30 часть
С того момента прошло много времени. До конца учебного года оставалось всего ничего. Неделя. Я всё так же избегала Джеффри и пыталась выяснить, в какие моменты Тайлера чаще всего нет в его комнате. И я это выяснила. Каждую пятницу в 18:00 он уходит на встречу с кем-то. С кем — мне было безразлично. И в один из вечеров я решила действовать.
Я пробралась в его комнату и быстро начала искать ту книгу, о которой он мне рассказал, но не отдал. Мне нужно это чертово заклинание. Я не могу так жить. Джен преследует меня по пятам, давит, манипулирует мной, и с этим она справляется отлично. Джефри всё чаще и чаще разговаривает с ней. О чём? Я не знаю. Но факт остаётся фактом: её план работает. Но это пока. Я испорчу его и сделаю по-своему.
Я нашла толстую книгу в тайнике под его кроватью.
— Не знала, что ты так хорошо прячешь вещи, — сказала я самой себе.
Взяв в руки толстую книжонку в кожаном переплёте, я сунула её в рюкзак и, быстро прибрав комнату как было раньше — по щелчку пальцев, — вышла из комнаты. Вместо того чтобы идти в комнату, где, вероятнее всего, ещё не пришла Джен, но может появиться в любой момент, я пошла на улицу. В глубь леса, подальше от чужих глаз.
Я забралась в самую чащу, туда, где меня не увидят, где обычно не ходят ни ученики, ни учителя, ближе к ручейку. Я села на камень и открыла книгу. Из неё вылетело много пыли, которая полетела мне в лицо. Я чихнула, прикрыв рот рукой.
— Он что, вообще не открывал её? — спросила я саму себя и начала искать то заклинание, о котором он мне говорил.
Сидела я долго, часа три. На улице потемнело окончательно. Я уже собиралась уходить и продолжить поиски завтра...
— Нашла! — чуть не заорала я от счастья и начала вчитываться в текст.
«Заклинание изменения земной оболочки, континуума».
Для того чтобы изменить вселенную, вы должны быть уверены, что сильны, подготовлены и готовы как морально, так и физически к этому.
Побочные эффекты: изменение мира, людей; исчезновение людей — как близких вам, так и незнакомых; потеря памяти, изменение личности, потеря магии и любых других способностей, особенностей; смерть.
Заклинание:
«Я снимаю кожу с планеты,
Стираю шрамы тектонических плит.
Пусть суша вспомнит, как течь, как литься,
Как дышать сквозь миллионы лет.
*
Где был Тихий — станет сушей,
Где был Урал — станет проливом.
Горы сгорбятся, впадины выпрямятся,
И океаны поменяются именами.
*
Не взрывом, не болью, не кровью,
А плавным шагом во сне.
Перепиши, Земля, свои линии,
Угодные только мне!
Re-cognitio Terra! Re-forma Continens! Fiat!»
Что надо делать: быть собранной и чтобы вас никто не отвлекал. Быть единственным человеком в комнате. Представить тот мир, в котором вы хотите быть, чётко и ясно, иначе ничего не получится или, в худшем случае, мир взорвётся.
Переписав себе это заклинание в блокнот, я сложила книгу в рюкзак и пошла обратно к школе.
В школе было темно, ученики сидели в своих комнатах. Лишь изредка слышались шаги или цоканье животных.
Я зашла в свою комнату, и, на удивление, соседки моей не было. Она перестала не появляться в комнате давно и всегда была тут каждую ночь. Я спрятала рюкзак под кровать и, переодевшись, легла спать.
Утро наступило рано. Я проснулась от писка по всей школе. Из соседних комнат девочек слышались шорох и топот их ног, а также разговоры: «Человек в школе», «Что им тут надо?», «Кто включил сирену? В это время все должны спать». Тогда я посмотрела в окно. Был рассвет. А в мае рассвет наступает раньше — лето же близко. Посмотрев на часы, я увидела время — 4:00.
— Зашибись, — проворчала я и, плюнув на сирену и этот надоедливый писк, легла обратно, укрывшись с головой в одеяле.
— Лина, бери лучше бургер. Стейк сегодня не очень вышел, — посоветовал мне Караг, проходя мимо.
Я решила послушать его совет и взяла бургер, на что повариха посмотрела на меня косо. Видимо, она услышала замечание Карага, и ей не понравилось, что я послушала его.
Ко мне подскочила Холли:
— Лина, садись с нами. Ты в последнее время либо не появляешься на завтраках, либо сидишь сама по себе.
— Ладно, ладно. Всё равно конец учебного года. Сегодня можно.
Я пошла следом за радостной белкой, которая шла впереди, а я за ней.
Ребята за столом встретили меня то ли с улыбкой, то ли с разочарованием — не разобрать их было. Но я не обратила внимания и села на место, где раньше чаще всего сидела, — ближе к проходу.
За столом стояла тишина, которая явно давила не только на меня, но и на других. Первым не выдержал Нимбл:
— Вы слышали?
— Что? — хором спросили остальные, сидевшие за столом. Я же промолчала и просто подняла голову, уставившись на Нимбла.
— Сирену. Кто в такую рань не спит?
— Тебя только это беспокоит? А то, что кто-то в такое время в школу зашёл, ничего, бывает, — не выдержала я и ответила. Тот, если бы был сейчас в своей второй форме кролика, прижал бы уши к голове.
— Да, я тоже об этом думала. Кто такой смелый, что зашёл в школу? — Холли будто не обратила внимания на реакцию Нимбла и продолжила разговор.
— А директриса ничего не говорила? — спросил Брэндон, который явно сидел в напряжении, что довольно плохо для него, ведь от нервов он может превратиться в бизона, снова.
— Нет, — ответила Лу. — Лина, она же твоя тётя. Спроси её.
— Если это что-то серьёзное, она скажет и без этого. Даже если не серьёзное. Я не буду её спрашивать. Делать мне нечего, — закатила я глаза, попивая чай. Бургер уже был съеден.
— Ну как хочешь, — ответила мне Лу, пожав плечами. Она явно хотела продолжить, но решила не продолжать — ведь эта перепалка могла перейти в спор. А я и так на нервах, и по мне это можно было бы понять, если бы кто-то из них знал меня достаточно хорошо.
— И всё же, впервые такое происходит. Это странно, — продолжила Холли.
— Очень даже, — поддакивал ей Дориан. — Лина права. Кристалл всё равно должна будет рассказать ученикам, что произошло. Это же безопасность. Я утром не видел ни одного животного. Что странно. Я сам даже решил не рисковать и не превращаться.
— Ого, да ты прям ответственно подошёл к этому, — сказала Холли с издёвкой. — Ты прям не ты. Случаем не заболел?
— Очень смешно, Холли, — поморщился Дориан, но сам улыбнулся.
Та тишина, которая давила изначально, начала рассеиваться, и мы завели разговор, как в мою первую неделю в школе, когда я только подружилась с ними, и они сразу приняли меня как свою. Я включалась в разговор, иногда отвечая. Мы все улыбались, смеялись временами над шуточками Холли.
Из-за нашей болтовни и смеха мы не услышали, что прозвенел звонок. Мы бы так и сидели дальше, если бы повариха Шерри Плеск не начала бы нас прогонять. Спохватившись, мы забыли убрать подносы, успели лишь схватить свои сумки и побежать в кабинет. Мне с Холли надо было в один кабинет, а остальные разделились между собой. И нам не повезло, ведь сейчас был урок у Билла Зорки, и это была борьба.
— Нам конец, — подытожила Холли.
— Ещё какой, — согласилась я с ней. — Прогуляем?
— А вы попробуйте, — послышался голос за нашими спинами, и мы с Холли синхронно повернулись.
— Ой, тётя Кристалл... то есть директриса, вы нас не правильно поняли. Мы просто того самого... — я незаметно ткнула Холли локтем, мол, помогай.
— Да, да, того самого. Просто мы не услышали звонок.
— Во-первых, в школе я тебе не тётя, а директор — миссис Байер. Во-вторых, будут нормальные объяснения? Вы хотели прогулять урок, перед этим опоздав на него. Это недопустимо! — ругала нас директриса.
— А что за сирена была в 4 утра? — перевела я тему. И это не ушло мимо глаз ни тёти, ни Холли.
— Были бы на уроке — узнали. Учителя рассказывали о ситуации. Просто какой-то приколист нажал на кнопку. Человека в школе не было. Мы его или её ищем. А вы, две мадам, прошу в мой кабинет — будем решать, что с вами делать. Хотите отработки до конца учебного года? — Кристалл развернулась и пошла вперёд, а мы за ней.
— Ну, тётя Кристалл, то есть директриса Кристалл, может, как-нибудь без этого? Мы честно не хотели опаздывать, — начала я давить на жалость.
Холли показывала руками какие-то движения, имитирующие мои жесты, когда я колдую, и кивала в сторону директрисы. Я показала пальцем у виска: «Ты сдурела? Я не буду этого делать!» — и та фыркнула, но перестала махать руками.